Валерий Дьяконов: «Неделю продолжался террор»

Борьба шахтёров Гуково продолжается!

Редакции сайта Трудового фронта удалось связаться с лидером шахтерских протестов Валерием Дьяконовым в городе Гуково Ростовской области и обсудить сложившуюся там ситуацию. О беспределе силовиков, бездействии губернатора, и мужестве пикетчиков – только на rotfront.su.


— Как у Вас там обстановка? Город так и держат в осадном положении?

— Да нет, сняли они.

— Давно сняли?

— Неделю держали, где-то во вторник (29 декабря, прим. ред.), по-моему, сняли.

Протесты шахтёров в Гуково

Протесты шахтёров в Гуково

— Есть какие-то подвижки?

— Ну какие подвижки? Вчера приезжали же сюда депутаты, в понедельник. КПРФ и единороссы. Заместитель полномочного представителя президента Софронов. И были представители правительства. … Сначала прошло совещание в администрации Гуково. Доказывали, что лучше людям куска не давать. До сентября гасить эти сорок миллионов. А потом второй вариант появился. Рашкин сказал, чтобы обратились к Медведеву. У меня было [на руках] письмо, что Медведев отписал Голодец и какому-то [чиновнику], чтобы выяснили вопрос о задолженности. И сам губернатор должен был посодействовать, чтобы получить из резервного фонда Российской Федерации 300 миллионов. А я сказал мнение людей, стоящих в пикете, чтобы рассчитались с самими пикетчиками. Тех, кто дома сидит, им деньги не нужны, они будут ждать ещё сто лет. А эти люди вышли из безысходности, чтобы власть отдала 160 миллионов. Вы посчитали? 160 миллионов, и люди уйдут с улиц. Всё. Но моё предложение поддержали только присутствующие в зале. Там человек двести было.

— Какую долю от реально заработанного составляют эти 160 миллионов?

— 340 миллионов — это общая доля. Тех, кто по гаражам пьянствует, по кухням сидят.

— Ещё хотелось бы спросить, есть ли пострадавшие или погибшие в результате конфликта?

— В результате пикета у нас появилось шесть вдов, по официальным данным.

— А по неофициальным?

— А по неофициальным данным нельзя даже подсчитать. А до 19 числа, ещё с пятницы, начались репрессии, когда силовики по домам ходили, пугали, заставляли бумаги подписывать, целую неделю продолжался террор. Человек хотел выехать, они ему перекрыли выезд. Меня товарищ должен был вывезти, довезти до Каменска. Три раза его останавливали, три раза нервы ему портили. Сейчас он лежит, у него паралич левой стороны. В этом виновны те, кто делали облаву антитеррористическую, операция «Анаконда» была направлена против людей. Первую неделю город стонал, потому что обращение правоохранительных органов оставляло желать лучшего. Если, например, у меня начали требовать паспорт, то я спокойно отвечаю. Вот товарищ, у которого нехватка образования, зато его натаскали, как овчарку, на людей. Я ему объяснил: откройте паспорт, там сзади написано: должен относиться бережно к этому документу. Поэтому я его оставляю дома, вот и все. Я не обязан вам представлять паспорт. После этого правоохранитель молча ушел от меня в свою машину. Это было… это трудно объяснить, что это было. Это была операция против своего народа, против людей. Целую неделю террор был. По квартирам ходили, по домам, в ночное время. Когда человек должен отдыхать.

— А СМИ как-то освещали эту ситуацию?

— Да, тут я и в народный фронт (ОНФ, прим. ред.) попал. Они приехали ко мне. Представьте масштаб. Я за каждое слово отвечу. Сначала мы собрались ехать на автобусах. Два автобуса. Собрали денег, я запросил, 170 тысяч, два автобуса, 150 человек должны выехать в Москву на экскурсию и на встречу с депутатами Госдумы. Это было 19-го в понедельник. Мы собрались, и когда мы собрались, нас окружили в 3-4 круга, в кольцо взяли сотрудники полиции, подразделения по борьбе с экстремизмом, какие-то мальчики ходили с видеокамерами в толпе, записывали мнения людей и выражения. В общем, обложили как ИГИЛ. Потом автобусы не пришли, мы разошлись. На следующий день я сказал: мы едем, 10 человек, едем на пленарное заседание Думы, где будет рассматриваться наш вопрос. Трём людям я успел билеты купить. Семерых, я их фамилии не называл, но их разведка узнала их фамилии. Сразу, как мы поехали покупать билеты на семерых, закрыли кассы в Гуково. Мы едем в Зверьево. В Зверьево передо мной прямо сотрудник, я его знаю фамилию, дал запрет на продажу билетов. На Москву никому, потому что они не знали фамилий. Мы пошли в другую кассу, начали покупать билеты, он тут же заходит, и кассирша сразу говорит: запрет продавать. Во всей области, в соседних городах, запретили три дня продавать билеты на Москву. Мы не уехали. У нас проводили обыски. И в Каменске мы остановились, просидели 6 часов. Мимо нас пустили автобусы, и мы так и не попали в Москву. Через три дня ко мне заехал руководитель Народного фронта Ростовской области. На двух машинах, мы вышли на улицу, поговорили, они записывали меня там. И когда я сказал, что закрыли кассы, что в кассах не продают билеты на Москву. Он отнёсся ко мне с улыбкой. Ну, подумаешь, старый человек там. Я с ними поехал в городскую кассу. Вот одна, вот вторая. А потом доедете до светофора, повернёте налево, и езжайте в Гуково, там Вас встретят. Так вот он мне через 6 часов отзвонил, извинился: я не думал, что всё так серьёзно, что так вот именно глумились. Обыск в машине. Два часа продержали на одной остановке. Только начали дальше передвигаться, они во всём городе стояли. Опять останавливают, и опять два часа, и оштрафовали за грязные номера, которые не были грязными, а просто надо было. Он сказал, что об этой ситуации он направил Путину в штаб. Со штаба позвонили, не поверили. Он им отослал видеозаписи. Доложили Путину, я не знаю, какие там меры будут. Будем обращаться. К прокурору мы обратились, он не среагировал на этот беспредел. Вот так.

— Если бы у Вас был сформирован боевой профсоюз до пикета, могло бы это как-то повлиять на ситуацию? Если бы люди были более организованы до этих событий?

— У нас инициативная группа очень организованная, грамотно действует. Профсоюз бездействует, он уже давно перекуплен. Поэтому люди от профсоюза отвернулись и создали свою инициативную группу. В неё входят представители 10 организаций.

Никакой профсоюз сейчас не пройдёт, потому что ссут в штаны и бояться вякнуть лишнее слово. А вот инициативная группа ни от кого не зависит, она зависит только от людей, которые её выбрали. И только совесть ими руководит, а не какие-то там чиновники, красиво одевающиеся и лохмато живущие.

Протесты в Гуково— Как планируете дальше действовать?

— Владельцу шахты, чтобы погасить задолженность, и чтобы пикет ушёл с улицы, нужно просить у губернатора выделять триста миллионов. Он не хочет, категорически закусил губу. Его уже дважды депутаты государственной думы предупреждали, всё равно не хочет. Поэтому как будем? Прекратили пикет. Вчера вот получили документы на согласование пикета. Пикет продолжится до 9 мая, вот. То, что будем делать, я пока не буду говорить. Поездка в Москву намечена, она должна состояться. Мы должны оказаться в Госдуме и заявить во всеуслышание, что мы есть, что губернатор издевается над людьми. Не только над нами. Потому что в области в целом нездоровая обстановка. Мы ему предлагали в письменном виде в прошлом году, что если он не может справиться с шахтами, с проблемами шахтёров, пусть передаст их в управление Тулееву. Он не нянчится с предпринимателями, в банях и бассейнах с ними не купается, и не бухает с ними, держит ситуацию на личном контроле, и не дай бог там какой-нибудь шахтёр пожалуется. Когда была такая ситуация, он взял деньги с резервного фонда, выплатил, а потом предпринимателя заставил погасить. А у нашего губернатора на это закона нет. Воровать закон есть, а отдавать закона нет. Скажите, в какой другой области предприниматель полтора года не платил миллиардные налоги и пенсионные взносы за людей? Также не платил полтора года заработную плату, и он спокойно ушёл. И его никто не привлекал, не наказывал, ничего. С ним нянькались, его предупреждали. А уголовный кодекс, оказывается, у нас не действует. Он действует только против тех, кто сопротивляется власти. Против меня, например. Они меня летом просто взяли и арестовали, чтобы я не был на пикете. Даже определение суда вынесли, чтобы я не посещал пикет. В какой я стране живу?!

— По какой статье они это сделали? 282?

— Они мне придумали нарушение подписки о невыезде. Я не давал такую подписку. Я затребовал прокуратуру о том, что я уведомлён, что я ознакомлен с условиями подписки. Ничего этого нет. Просто по заказу это устроили и вынесли мне домашний арест. В результате я полтора месяца не посещал пикет. Они думали, что люди разбегутся. Но я, даже изолированный, управлял процессом.

— Какая вам сейчас нужна поддержка от лица Трудового фронта?

— Знаю про РОТ ФРОНТ, ребята приезжали, когда у нас были акции протеста. Я не знаю, это нужно Вам с инициативной группой встречаться, приезжать, смотреть самим.

— Хорошо, тогда мы пока соберем информацию и обязательно окажем посильную помощь.

— Смотрите, 23 ноября первый раз приезжали представители государственных служб. Были представители угольной промышленности. Выступали, говорили о том, как этот вопрос решить. Но не хочет господин губернатор повернуться к людям лицом. Ему удобнее задницей к нам стоять. Его бесит, что люди организовались. Вот в чём дело.

Записал Максим Тузин