Главное – Москва, главные – москвичи? Часть 1

Интервью с муниципальным депутатом Лефортово

От редакции. Во многих районах Москвы люди протестуют против уплотнительной застройки. Парки и скверы, а также объекты культурного назначения подвергаются нападкам застройщиков. Бизнес в союзе с чиновничеством старается возвести в этих местах коммерческие объекты: элитное жильё, торговые центры, офисы, спортивные сооружения, частные (а потому недоступные большинству простых людей) медицинские или образовательные учреждения. Не отстаёт от этого и Православная церковь, стремящаяся заполучить под строительство кусок земли в каждом городском парке. Эпизодов противостояния жителей за сохранение своего двора, парка или сквера с каждым днём становится всё больше, и всё чаще эта борьба доходит до физического противостояния с застройщиком.

Борьба против застройки, как и любой другой организованный протест, создаёт своих лидеров. Мы публикуем интервью с одним из наиболее активных участников этой борьбы — Александрой Сергеевной Андреевой, депутатом Совета депутатов Лефортово. Здесь, в первой части беседы, речь пойдёт о нарушениях существующего законодательства, в массовом порядке допускаемых московскими властями, и об их намерении изменить это законодательство в интересах застройщиков. Продолжение интервью, в котором речь пойдёт о тактике сопротивления жителей этому беспределу, будет опубликовано на днях.

В приведённой расшифровке по сравнению с видеозаписью мы опустили некоторые подробности и улучшили последовательность изложения.


Одной из наших, я думаю, общих задач является вовлечение в борьбу как можно большего числа новых людей. В связи с этим интерес представляет путь тех людей, которые уже сейчас ведут активную общественную деятельность. Скажите, как именно Вы прошли путь от простого жителя до лидера общественного протеста?

Александра Андреева: Я не считаю правильным говорить, что нашей задачей является вовлечение людей в борьбу. Вовлечь людей — это средство. Людей необходимо вовлекать в борьбу против, в самом широком смысле, нарушений их прав. То, чем я занимаюсь — это защита исторического города, то есть защита старинных зданий от разрушения, это защита города от незаконной и ненужной жителям застройки, каковой является почти вся застройка в Москве, и это защита прав граждан на благоприятную окружающую среду. Объяснение людям, что для защиты их прав нужно с властью бороться, а не договариваться — это средство. Целью является обеспечение конституционных прав граждан на благоприятную окружающую среду, на охрану здоровья и на доступ к культурным ценностям.

Как я попала в городской протест — это была просто классическая демонстрация идиотизма действующей власти, которая своими руками лепит лидеров протеста. Я выпускник отделения теоретической и прикладной лингвистики Филологического факультета МГУ. Я занималась машинным переводом. Я руководила детскими семинарами по лингвистике при нашей кафедре. А потом в конец 2011 года в парке за нашим домом решили организовать стройку, и я стала против этого бороться. В муниципальные депутаты я пошла с одной единственной целью: запросить документы по своей стройке. Муниципальный депутат имеет право запрашивать документы по своему району.

Потом мне стало понятно, что любую проблему незаконной застройки практически невозможно решить одному человеку. Юридические способы у нас могут являться важным и нужным дополнением, но московской власти плевать, является ли стройка законной. В Москве, по очень аккуратным оценкам, 95% строек являются незаконными. А, может быть, и все 100%. Наша власть глубоко наплевательски относится к тому, что те или иные её действия нарушают закон.

Казалось бы, намного проще было бы идти по законодательному пути: либо напрямую заставлять чиновника устранять нарушения, либо обращаться в прокуратуру. По факту это не действует. Власть останавливает только массовое давление. Если идёт некоторая незаконная стройка, Вы можете написать кучу писем, указать кучу нарушений Конституции, постановлений Правительства РФ, законов города Москвы и т. д. Собянину на это глубоко наплевать. Вам его подчинённые будут отвечать в том духе, что всё в порядке.

Пришлют ссылку на правила игры в настольный теннис?

А: А.: Это запросто. У нас был пример, когда СМИ запросило документ в департаменте культурного наследия, а департамент ответил, что не может его выдать в соответствии с законом города Москвы об архивах. Какое отношение закон города Москвы об архивах имеет, во-первых, к департаменту культурного наследия, а, во-вторых, к средству массовой информации, которое работает по федеральному закону о СМИ?! С таким же успехом можно было сослаться на закон Курской области о рыбной ловле или на закон Калининграда о мощении дорог. То есть вы будете получать отписки разной степени бредовости. Действует только массовый протест: власть будет сдавать назад в том случае, если будут понимать, что на месте люди просто не дадут строить.

К сожалению, этот наркотик вызывает привыкание, и за эти 5 лет, как я нахожусь в градозащитном протесте, дозы наркотика, которые нужны власти, чтобы остановить стройку, становятся всё больше и больше. Три года назад было достаточно массовых писем жителей. Сейчас просто письменная работа даёт результат редко. По всему городу жители вынуждены выходить на физическое противостояние с застройщиком. Сейчас это происходит на «Торфянке», где люди более полугода круглосуточно дежурят в парке, чтобы не дать застроить парк очередной никому не нужной там церковью. Причём там отменены уже все документы на строительство, но забор не убирают, и лоббисты строительства продолжают охранять свой участок. Это происходит в парке «Дубки», где на месте парка планируется строительство элитного высотного жилого дома и где застройщики начали огораживать территорию и вырубать деревья без документов. Это происходит в Тропарёво-Никулино, где хотят построить гостиницу на месте сквера. То же самое происходит в районе Лефортово, где под строительство псевдо транспортно-пересадочного узла вырубается сквер. В состав этого ТПУ входит расширение дорог, строительство подземного перехода с торговым центром и строительство высотного коммерческого жилого дома в санитарно-защитной зоне кладбища. В Раменках через сквер прокладывается 6-полосная дорога под окнами жилых домов, детских садов и школ для нового квартала коммерческого элитного жилья.

Строительство планируется и уже частично ведётся в парке Дружбы. Там ситуация абсолютно феерическая, поскольку правительство Москвы нарушило всё, что только можно, чтобы выдать документы на строительство. Парк является единым земельным участком, предназначенным исключительно для функционирования парка. Парк является природным комплексом и памятником садово-паркового искусства. Тем не менее, правительство Москвы сдаёт в аренду застройщику два куска земли, которые земельными участками не являются. Законодательство позволяет оперировать только оформленными земельными участками. Поэтому эти куски земли не являются объектами права. Их нельзя сдать, их нельзя продать. Тем не менее, правительство Москвы сдаёт их в аренду. Оно выдаёт градостроительный план земельного участка на объект, который земельным участком не является. Это юридический бред.

И это всего несколько примеров. Во всех этих случаях работают только массовые протесты жителей. «Торфянка» — круглосуточное дежурство. Парк «Дубки» — круглосуточное дежурство. Тропарёво-Никулино — круглосуточное дежурство. В Лефортово люди тоже постоянно дежурят и уже несколько раз останавливали людей, которые пилили деревья без документов. Как только у них пытаются истребовать документы, они просто уезжают. Эти ситуации — как вулкан перед извержением. Извержение не начинается внезапно. Лава подходит к поверхности, и очень часто из стенок вулкана в отдельных местах начинают вырываться пар и маленькие потоки лавы. Мы всё больше движемся к этой ситуации, когда по всей Москве вспыхивают протестные извержения.

И принятый закон Мосгордумой делается для того, чтобы эту градостроительную деятельность вести в гораздо больших масштабах?

А: А.: Сейчас уже маски сброшены. В 13-м году Собянин завалил Москву своей рекламной макулатурой с лозунгом «главное — Москва, главные — москвичи». Теперь игры в «главных москвичей» закончились. Последние пару недель различные чиновники правительства Москвы заявляют совершенно открыто, что оно работает в интересах застройщика. Сейчас бедненьким застройщикам плохо — кризис. Поэтому необходимо менять законодательство, чтобы застройщикам было легче строить.

Планы по изменению законодательства следующие. Изменение норм инсоляции — это требование о том, в течение какого времени солнце должно попадать в помещение. Они говорят, что вынуждены из-за этого делать большие квартиры, которые мало покупают. А вот если отменить норму инсоляции, они будут делать однушки, которые покупают больше. Результат понятен: люди будут покупать эти квартиры, но они в них будут болеть. Второе, что хочет сделать правительство Собянина — резко уменьшить нормативы по количеству парковочных мест.

Эти нормы будут распространяться только для новых домов?

А: А.: По парковкам — да. А вот с нормой инсоляции ситуация будет очень тяжёлой и для старых домов. Сейчас при планировании новых градостроительных объектов нужно рассчитывать не только то, сколько света будет попадать в новые квартиры в строящемся доме, но и не будет ли он затенять соседние дома. При отмене этих норм пострадают не только жильцы новых домов, но и старых.

Ну и то, что Вы уже упоминали — градостроительный кодекс. Резко уменьшаются возможности жителей принимать участие в публичных слушаниях. И, что самое главное, автоматически легализуются все ГПЗУ и проекты планировки, согласованные ранее. В том числе, сотни проектов, которые были отменены или приостановлены по требованию жителей. В том числе, абсолютно незаконные и убийственные для города проекты. Правительство открыто говорит, что действующая система не в интересах застройщика. Поэтому застройщикам надо помочь.

В тех статьях, которые публикует правительство Москвы, постоянно упоминаются интересы застройщика, один раз я видела упоминание интересов покупателей квартир, которые, по большей части, приезжие. Ни разу не были упомянуты интересы москвичей. То есть Собянин даже не скрывает, что он воспринимает Москву как место для зарабатывания бабла. Ни историческое, ни культурное наследие Москвы, ни природные территории не являются для Собянина и других чиновников какой-либо ценностью. Застройщики и чиновники воспринимают всё то, что составляет суть нашего города как помехи, как обременение. Они воспринимают Москву как площадку, которую надо застроить. И вот в некоторых местах этой площадки есть какие-то дурацкие обременения. Здесь какие-то старые дома стоят. Здесь какие-то деревья растут.

А здесь какие-то жители…

А: А.: А жителей они вообще не воспринимают. Жители для них — это такая помеха, которая где-то бегает, физически мешает строить, в интернете что-то пишет.

По официальным данным правительства Москвы нехватка озеленения в Москве составляла 8000 га. А сейчас правительство Москвы заявило, что оно будет во всех возможных случаях вместо зданий бизнес- и торгового назначения строить жильё. Это безумие. Для кого строится это жильё?.. Город существует для его жителей. Не для приезжих, не для тех, кто сюда слетелся побыстрее срубить бабла и слинять. Не для застройщиков, не для чиновников, а для жителей. Любое решение о строительстве должны принимать местные жители. И это нужно как можно быстрее внести в законодательство.

Кстати, ещё один очень важный момент: застройщики и чиновники очень изобретательны в захвате нашей земли. Один из приёмов, который часто используется — попытка захватить землю под так называемый социальный объект. Например, у нас в районе часть парка вырубили под строительство якобы нужного всему району детского сада. И когда местные жители стали требовать этого не делать, им стали говорить: вы что, против детей? Разумеется, в реальности дело обстояло по-другому. Во-первых, на этом месте строительство было незаконно. В парке строить нельзя ни коммерческий жилой дом, ни некоммерческий, ни детский сад, ни больницу. Там нельзя строить вообще. Парк существует для того, чтобы люди дышали. Если вы хотите строить детский сад, стройте его в другом месте. Однако при этом в районе было несколько закрытых детских садов. Во многих районах пытаются провернуть такие фокусы, что на месте общественной территории строится, допустим, детский сад, а мгновенно другой детский сад закрывается, продаётся под коммерческую застройку, и на его месте строится жилая башня. Или пример со стадионами: стройку в парке Дружбы объявили под предлогом того, что якобы не хватает стадионов. Одновременно в Москве хотят застроить жилыми домами стадион «Торпедо» и стадион Юных пионеров. Надо понимать эту махинацию.

Что касается стройки во дворе — это ещё одна большая тема воровства чиновниками земельных участков граждан. Дело в том, что земельные участки для строительства жилых домов выделялись в советское время. Земельный участок оформлялся для строительства и последующей эксплуатации. Когда проходила приватизация, собственник становился собственником не только квартиры, но и доли в общедолевом имуществе, куда входили все части дома, которые не являются отдельными помещениями частных собственников, но кроме того — земельные участки. Эти участки не оформлены. Собянин делает вид, что их не существует, и что гражданам они не принадлежат. То есть это воровство земли у граждан.

Интервьюировал П. Бахвалов

Продолжение