Жить «по средствам» или жить как человек?

В Самаре прошёл пикет валютных заёмщиков

Разразившийся в стране кризис уже ударил по многим категориям населения. Несмотря на заверения о грядущей «стабилизации», цены и тарифы растут, валютный курс нестабилен. Антикризисные меры правительства вызывают, мягко говоря, недоумение. Население потчуют обещаниями и более чем странными рекомендациями, а решать возникающие социальные проблемы никто не спешит.

Одной из заметных групп населения, пострадавших от кризиса, являются валютные заёмщики. Это граждане, которые взяли в банке валютный заём (чаще всего ипотечный). После скачка валютных курсов банки начали репрессии в отношении даже рублёвых должников. Что же до валютных должников, то они оказались попросту в безнадёжном положении. Кабала, на которую они себя обрекли, грозит стать надгробным памятником.

Кто такие валютные заёмщики? Что они думают о создавшемся положении? Насколько трезво оценивают ситуацию и собственные перспективы? Есть ли у них какие-то иллюзии?

28 февраля в Самаре прошёл пикет ипотечных заёмщиков, которые попытались таким образом привлечь внимание к собственной проблеме. Наш корреспондент побеседовал с некоторыми участниками пикета.


Шагитова Римма Ринатовна рассказала об отношении банков к проблемам заемщиков.

Пикет валютных заёмщиков в Самаре — Мы как молодая семья поженившись, решили взять ипотеку, чтобы вести достойное существование, зарабатывать, жить, рожать детей. Своей квартиры не было. В рублях банк нам не одобрил кредит, одобрил только в долларах. На тот момент это была политика многих банков – они выдавали в долларах. Долларовые продукты они считали, что нужно продавать, и активно этим занимались. Это банк «ДельтаКредит», 2008 год, июнь месяц. К концу 2008 года начал доллар расти, и тогда мы уже начали просить банк перевести нас в рубли, но нам отказывали постоянно. И вот, когда доллар стал выше пятидесяти, они сочли, что им это выгодно, и перевели нас в рубли.

— А на момент, когда вы брали ипотеку, Вы рассчитывали, что сможете её выплатить на тех условиях?

— Да, мы были абсолютно уверены, мы считали, что сможем. И мы сможем, если нас переведут по нормальному курсу, по адекватному. Но 53 рубля за доллар – это просто кабальный курс и это нереально.

— Как Вы пришли к необходимости совместных действий?

— Ну, ситуация, когда квартира стоит 3 миллиона, а мы должны 5,3 миллиона… где взять 2,3 миллиона? Банкиры говорят: «Идите, займите. Возьмите потребительский кредит.» А кто нам с таким большим долгом даст даже потребительский кредит? Что, мы должны, имея маленького ребёнка, остаться на улице и еще выплачивать практически такую же стоимость квартиры? У нас просто безвыходное положение. И нам остается биться до конца. Поэтому все люди стоят на улице и требуют. Не мы виноваты в том, что произошло. Это форс-мажор. Это неправильные действия Центробанка или, даже можно сказать, бездействие Центробанка, то что людей вогнали в такие условия. Ипотека – это социально значимая программа по сути, для того, чтобы люди могли купить себе квартиру. А сейчас все отворачиваются и делают вид, что ничего страшного не происходит. Почему помогают тем, кто от наводнения пострадал? Тем, кто на Украине без жилья остался? Так мы, получается, в худших условиях – мы остаемся без жилья и плюс ещё с большим долгом с грудными детьми на улице. Это, получается, наш статус? Хуже даже, чем бомжовский, рабский получается.

— Как Вы считаете, когда банки решили давать ипотеку в валюте, это была прихоть отдельных банков, или же это системная проблема?

— Это проблема законодательства. Законодательство не ограничило риски, а банки этим просто воспользовались, выдавая в валюте кредиты.

— А сама ипотека, как Вы считаете, это благо? Или это в любом случае закабаление?

— На данный момент по ипотеке достаточно высокие процентные ставки, но мы, когда брали, понимали, что без ипотеки мы не накопим и не сможем купить квартиру. Это был единственный инструмент, с помощью которого можно было осуществить свою мечту и иметь свое жилье. Но валютная ипотека поставила нас даже в более худшие условия, чем рублевых ипотечников. Мы не просим простить нам долг, мы просим хотя бы сравнять нас с рублевыми. Мы готовы тянуть, платить, работать, но на реальных условиях, а не на таких кабальных, в которые на банки вгоняют. И при этом не идут на контакт. Сколько мы пытались встречаться с руководством банка, они не хотят контактировать. Они понимают, что они заработали сверхприбыль и рады этому.


Почапский Денис Вячеславович смог взять ипотеку в рублях, но снежный ком экономического кризиса и жадности банков не пощадил и его.

Пикет валютных заёмщиков в Самаре — Я брал ипотеку до кризиса, правда, брал не в валюте, а в рублях. Но в любом случае из-за кризиса потерял работу и попал, так сказать, под нехорошие санкции банка. Поэтому пришел поддержать валютных ипотечников. Взял ипотеку, не смог выплачивать, обращался за рассрочкой, за отсрочкой платежей, банк меня не слушает, и квартира ушла с торгов. Да, я потерял жилье. Я два года безукоризненно выплачивал с 2006 года по 2008. Ипотека была на 10 лет.

— Это было единственное Ваше жилье?

— Да, единственное.

— Как Вы оцениваете действия банка? В чьих интересах он действует? Правомерно ли отнимать у человека единственное жилье?

— Я считаю, что это мошенничество банков, прикрытое государством. Потому что когда мы берем ипотеку, банк занижает стоимость нашего залога на 20%, сейчас по моему на 40%, т. е. страхует свои риски. И теперь, когда выставляет на торги, квартира получается еще дешевле. И получается, что риски несет только заёмщик, а банк остается в прибыли. В дальнейшем, если он берет на баланс эту квартиру, он продает её по выгодной цене, банк остается в прибыли, а заёмщик — со своими долгами. Вот как, например, валютные ипотечники. У некоторых из них долги выросли в три раза, при реализации квартиры они останутся должны банку еще много много денег. Я считаю что это просто мошенничество банков.

— Такое явление как ипотека, высокие такие цены на квартиры — всё это справедливо?

— Огромные цены — я считаю что это не справедливо. Это опять же идет всё от государства, от чиновников, которые не хотят регулировать эти цены. Так же как и Центробанк не хочет регулировать курс национальной валюты.

— Кто-то по собственному опыту, кто-то с рассказов родителей, бабушек, дедушек помнит, что в советское время квартиру давали за бесплатно. Как Вы считаете, это были заслуженно полученные квартиры? Или этих людей смело можно называть халявщиками?

— Нет, я считаю что это были заслуженно полученные квартиры. Потому что много работали, работали на государственные структуры. И чтобы квартиру получить — это не просто, нужно было отработать 10 — 20 лет на государство.

Социалистическая стройка (ГДР)(Это не совсем так. Слабые, небольшие предприятия действительно не могли дать своим работникам квартиры быстро. Но многие мощные предприятия, заводы и НПО имели свою жилищную базу. И давали квартиры практически сразу при поступлении туда. Другое дело, что обычно сначала это были квартиры коридорного типа, т.н. «малосемейки» на 2-3 человека — жилая комната, кухня и санузел. Но была и другая возможность, которой широко пользовались: жилищные кооперативы. Пайщик платил первоначальный взнос (20-40% себестоимости квартиры) и становился членом кооператива, заселялся, а потом выплачивал оставшуюся сумму в течение 15 лет. Это было вполне по силам семье простых инженеров. Ведь рынка недвижимости не было, квартиры продавались по себестоимости. И, разумеется, цены были фиксированными, а советская финансовая система не была привязана к валюте… А государственные квартиры дарились бесплатно. — Ред.)


Захаров Дмитрий Евгеньевич, как один из организаторов пикета, рассказал о том, каких масштабов достигла проблема заемщиков валютной ипотеки.

— Я восемь лет жил в общежитии студенческом, а моя супруга жила пять лет в общежитии. Собственно, там мы и познакомились. Когда у нас образовалась семья и мы ждали появления ребенка, мы захотели обзавестись собственным уголочком, уютным, чтобы с ребенком и с узлами не мотаться по съемному жилью и по общежитию. Мы обращались в несколько банков, в том числе ВТБ 24. Нам везде отказывали в рублевой ипотеке по причине недостаточных доходов. У меня на тот момент был доход 40 тысяч рублей официально. В Банке Москвы мне предложили в швейцарских франках, скзали, что с моим доходом официально прохожу, но и, соответственно, ипотека будет предоставлена в валюте. Я, имея высшее математическое образование, постарался серьезно к этому вопросу отнестись, провести какую-то аналитику, посмотрел курс валюты, поинтересовался у сотрудников банков, на что рассчитывать, взвесил, что стабильно развивается экономика нашей страны и ничего не предвещало в 2007 году каких-то кардинальных изменений. Я рассчитывал досрочно погасить, потому что за рождение ребенка по программе “Молодая семья” мне была предоставлена субсидия в размере 390 тыс. руб. на погашение ипотеки, то есть эти деньги тоже провалились в нынешнюю мою ипотеку. Как только взял ипотеку — начался рост курса валют. Кризис 2008 — ситуация усугибилась и за кризис 2008 года валюта подорожала на 90%, долг увеличился на 90% процентов, почти в два раза. Сколько мог — выполнял, все запасы ушли на ипотеку, в 2013 году перестал платить, потому что не смог выполнять дальше свои обязательства, а банк не захотел пересмотреть условия договора.

— И какие у банка сейчас к Вам претензии?

Пикет валютных заёмщиков в Самаре — Я хочу изначально сказать для сравнения: банк оценивал, что при моем доходе я могу платить максимум 18 тыс. рублей, а мой ежемесячный платеж был 16 тыс. рублей. Сейчас по сегодняшнему курсу мой платеж должен составлять около 60 тыс рублей и, соответственно, долг увеличился с 2 млн. до 7,5 млн. рублей. Претензии со стороны банка заключаются в том, что он просто хочет денег. И желание получить деньги вылилось в то, что он обратился в суд с иском на взыскание, на выставление моей квартиры с торгов. Квартиру за 60% стоимости планируется продать. Это единственное жилье, мы прописаны всей семьей (несовершеннолетний ребенок, 7 лет), и банк уверенно заявляет, что для него это не проблема. Банк имеет все законные основания, чтобы выселить нас на улицу.

— Как Вы пришли к пониманию необходимости совместных действий?

— Я просто понял что в одиночку бесполезно бороться. Мои обращения были безрезультативными. Я начал искать в интернете товарищей по несчастью. Первая волна возмущений была после кризиса 2008 года, когда именно заёмщики «Банка Москвы» со всех городов начали объединяться. Потому что они первыми попали под удар со своими швейцарскими франками. Но нас тогда было мало и мы не смогли вызвать какой-то существенный резонанс, чтобы нам пошли навстречу, чтобы нам помогли. Соответственно, декабрь 2014 года подвел под удар уже тех, кто в долларах брал. Соответственно, нас стало больше. Таким образом, мы объединились, мы нашли друг друга, в наших рядах уже 6000 людей.

Условия выплаты ипотечных кредитов доводят людей до отчаяния Я не банковский сотрудник, для меня не понятно как у них там кухня варится. Но сразу скажу, что ещё мне не понятно. Все мы готовы платить, но разумную цену. В той ситуации, в которой мы сейчас оказались, мы не в состоянии выполнять свои обязательства. Мы, рано или поздно, все перестанем платить. И банк, не то что сверхприбыли, он никакой прибыли не получит. Он выставит наши квартиры на торги за бесценок, он возьмет только эту сумму. Но у большинства заемщиков, кроме этой квартиры, ничего нет. Поэтому мне просто не понятно. Лучше синица в руках, чем журавль в небе. Какие-то убытки они, может быть, и понесут в связи с этим, но нельзя же все убытки на людей списывать. Я повторюсь, у меня же нет каких-то запасов прочности многомиллионных, я просто к ипотеке тогда не обратился бы. Соответственно, я не могу принять на себя такие громадные риски. Если бы они пошли навстречу, то все бы остались в плюсе – и они бы регулярно получали дальше свои платежи, и в конце концов люди бы выплатили и остались в своём жилье.

— Как Вы считаете, стоимость недвижимости, даже по ценам 2007-2008 годов, была справедливой или нет?

— Не совсем вопрос понял. Насколько адекватны цены на недвижимость вообще? Ну, цены на недвижимость диктуются рынком. Есть спрос, есть, соответственно, и цена. Больше спрос – повышается цена. Поэтому я считаю, что продукт стоит столько, сколько он стоит, и недвижимость в свое время стоила тех денег, которые на неё просили. Если когда я брал ипотеку, моя квартира хрушёвка двухкомнатная стоила 2,3 миллиона, то сейчас по декабрьским расценкам это уже порядка 2,9 – 3 миллионов, а её за 2 миллиона продать хотят.

— Какие действия вы собираетесь предпринимать в дальнейшем для решения ситуации?

— Я не могу однозначно сказать какие именно действия, но я скажу, что на данный момент люди борются за своё, отступать людям просто некуда. Мы вынуждены выходить на улицу с плакатами, привлекать к себе внимание и просить поддержки правительства, администрации, госдумы, чиновников. Пока эта сила созидательная, как дальше будет – никто не знает. Когда начнутся массовые выселения, вы сами поймите настрой народа.

Народ выбирает власть, а власть их не защищает. И я не знаю, какие могут быть крайности.


Выступление участницы пикета Татьяны Щербенковой, которое мы намеренно приводим в формате «как есть», без сокращений и литературных правок:

Есть мнение, что русские люди за рубежом не образуют диаспор, в полном понимании этого слова. К сожалению, ситуация с валютными заёмщиками отчасти подтверждает такую точку зрения. Разве можно представить, что армяне в России не поддержали бы «своего», когда тот попал «по глупости» в передрягу? Неужели они оставят его «гнить в тюрьме»? Так почему же многие граждане России с таким необъяснимым раздражением встречают наши крики о помощи?!

ИпотекаЛюди, которые сегодня вышли на улицу с просьбой о помощи, оказались в этой ситуации по разным причинам. И, конечно, отрицать, что среди нас есть те, для кого этот кредит был способом инвестировать свои средства с целью получения прибыли, нельзя. В основном, гнев тех наших сограждан, кто не хочет помогать нам, направлен на них. Но нужно понимать, что в нашей стране, в условиях нашей системы принятия решений оказание помощи «действительно нуждающимся» создаст очередную коррупционную схему, и таковыми скорее будут признаны те, кому есть, чем дать за это взятку. Поэтому-то нежелательно принятие закона, направленного на помощь только отдельным социальным категориям граждан! Закон нужен один для всех!

По АИЖК — о неэффективности и, в общем-то, преступности такого подхода к «решению» нашей проблемы сказано довольно много. Я, конечно, понимаю, что у существующих чиновников много родственников, которые хотят работать в «приличном месте на приличных зарплатах», но цель-то у нас другая.

И теперь главное: просрочки, невыплаты и прочее — это результат преступных действий или бездействия Центробанка как регулятора, как гаранта стабильности национальной валюты. И, конечно, разделить последствия падения национальной валюты с заёмщиками должен именно он. Только на уровне государственного закона может быть решена эта проблема, так же, как она была решена в Хорватии при резком взлёте швейцарского франка, где приняли закон, фиксировавший сумму долга на дату предшествующую обвалу национальной валюты. Но такое решение для нашей страны не будет эффективным, поскольку по сравнению с 2007-м годом курс на 1 октября 2014 года (как рекомендовал ЦБ) уже вырос в 1,6 раза. Таким образом, вырос не только ежемесячный платёж, но и размер тела долга. По такому курсу я могу просто отдать эту квартиру банку и забыть о тех 2,5 миллионах, что я уже выплатила! У меня двое детей, у меня даже автомобиля нет, мне нечего продать, чтобы даже комнату в коммуналке захудалую купить! Поверьте, мы уже заплатили за наше неверное решение! Даже простейшая калькуляция покажет, что ничего мы не выгадали на этих кредитах!

Хочу ещё раз подчеркнуть: мы просим помощи у государства не в части выплаты за нас наших кредитов, но в части обеспечения целесообразности этих выплат, ведь если переплата по кредиту выросла до 5-6 раз, то в ситуации отсутствия положительного решения это просто спровоцирует социальный взрыв! Как мне объяснить детям, зачем я плачу более 40 тысяч за однокомнатную квартиру банку, когда я могу за 20 снять трёхкомнатную в лучшем районе?! Кем меня мои дети будут считать?!  Как я к себе относиться должна? Откуда у меня силы возьмутся на поддержание семейного очага, на развитие детей, поддержание их в возрастных кризисах, помочь в решении тех сложных задач, которые встают перед ними в процессе социализации? Какое поколение мы опять вырастим? Если нам нужно работать круглосуточно, чтобы удовлетворить только базовые потребности своих детей?! Повторюсь: мы готовы выплатить кредиты, но это должно быть оправданно!


И вновь предоставляем слово Дмитрию Захарову. Вот фрагмент его выступления:

ИпотекаОбходите стороной кредитные учреждения. Учитесь жить по средствам, а не в долг. «Берёшь чужое — отдаёшь им всё своё» — так нам говорило более старшее поколение, теперь мы вам говорим тоже самое. Ведь кредит это рабство, добровольное рабство. Когда вы берете ипотеку, первую половину срока вы отдаете лишь проценты. То есть вы добровольно подписываетесь, на то что половину своей зарплаты относить в банк, за то что они Вам дали подержать деньги и приобрести жилье. Есть и другие способы как приобрести жилье. Будьте сплочённее со своей семьей, родней. Объединяйте свои усилия. Купите сначала одно жилье, потом второе, потом третье. Но ипотека это кабала, и каждый здесь присутствующий подтвердит мои слова. Ипотека на данный момент в России — это не социальный продукт. Это асоциальный продукт. Спасибо.

* * *

«Продукт стоит столько, сколько он стоит», «Жить по средствам…» Вполне закономерно, что заёмщики не понимают коренных причин происходящего. Основные мысли и сама тональность высказываний выдаёт типичных обывателей, которые вряд ли раньше задумывались об устройстве нашей жизни. Всё как-нибудь утрясётся, само собой образуется, нам бы самим выжить, а не о «политике» думать… А оно не утряслось. Безжалостная «невидимая рука рынка» вытолкнула этих людей на улицу и побудила к протесту. Очень показательна аналогия со стихийным бедствием в словах одного из участников пикета.

Правда жизни проста: таков капитализм, он слеп как стихия и он не считает своих жертв. Более того, для успешного функционирования рыночной системы нужны постоянные жертвы: нищие, обездоленные, безработные, вся та «резервная армия труда», которая своим жалким видом будет устрашать обывателей и, глядя на них с голодным блеском в глазах, будет готова по первому свистку хозяина заменить собою провинившихся работников.

Но заёмщикам не хочется с открытыми глазами смотреть на эту правду. Уж больно она страшна. Трудно свыкнуться с мыслью, что при капитализме ты никому не нужен и обречён барахтаться в вечном выживании. Трудно привыкнуть к тому, что буржуазному государству наплевать на тебя, твоё здоровье, твою жизнь. Переедут и не заметят. Ещё труднее принять как данность тот факт, что достойную жизнь обеспечит лишь борьба. Борьба упорная, целеустремлённая и солидарная. Всего этого не хочется видеть. Хочется верить в сказку с хорошим концом, хочется надеяться на чудо…

Однако законы развития общества — вещь объективная. С равнодушной неумолимостью наказывают они тех, кто пытается закрывать на них глаза. Сколько ещё времени, лишений, страданий понадобится этим валютным заёмщикам, чтобы расстаться с иллюзиями насчёт «хорошего капитализма»? Мы этого не знаем. Но во всяком случае выбор у них есть всегда. Путь к борьбе подсказывает сама жизнь.