Классовый инстинкт

Социологический опрос среди рабочих

На сайте РКСМ(б) вышла статья Н. Фрольцова «Вспомнили о рабочем классе (рассказ об одном маркетинговом исследовании)». Автор стал свидетелем социологического опроса по теме «Положение наёмного работника в России» и с коммунистических позиций описал свои наблюдения.

Рабочий классПо правилам соцопросов, респонденты подбираются случайно, что даёт возможность считать результаты исследования объективными. В данном случае вопросы задавали рабочим и служащим питерских предприятий: завода «Звезда», «Обуховского завода», ЛМЗ, фабрики «Авангард», различных предприятий лёгкой промышленности. Отвечая, люди рассказывали о своём экономическом положении и раскрывали свою точку зрения на ситуацию в сфере труда. Исследование показало, что современные наёмные работники разных возрастов в основном положительно оценивают Советскую власть, которая могла обеспечить и стабильность, и защищённость. А вот текущий исторический момент для простого человека, не имеющего каких-то капиталов и дополнительных источников дохода, совсем не кажется благоприятным.

Главным своим опасением участники опроса единодушно назвали страх быть уволенным. Кто-то вынужден постоянно (чуть ли не ежемесячно) продлевать контракт о найме, кому-то уже официально сообщили о предстоящих сокращениях. «Работодатели» часто негативно относятся к тому, что у работниц есть маленькие дети: они часто болеют. Когда матери ухаживают за захворавшими малышами, бизнесмены несут неоправданные, по их мнению, убытки. А уж болезнь самого наёмного работника может легко привести к его увольнению.

Распространена на современных российских предприятиях система штрафов (которая часто стыдливо именуется «депремированием»). Кто-то из респондентов упомянул про неблагоприятные условия труда, на улучшение которых собственник предприятия не хочет раскошелиться. Почти все опрошенные оказались недовольны своей зарплатой, будучи твёрдо убеждены, что им недоплачивают за труд.

Затронуло исследование и методы борьбы с несправедливостью: пытаются ли наёмные работники использовать для отстаивания своих прав профсоюзы? Выяснилось, что люди не доверяют профсоюзам, считают, что ничего нельзя изменить, и что всякая организованная борьба в настоящих условиях бесперспективна. Многие из опрашиваемых всё ещё думают, что «бумажные» индивидуальные методы борьбы (жалобы, письма и т.п.) могут быть действенными. Бороться на своём предприятии никто из респондентов не готов — разве что «пошли бы за лидером», если таковой найдётся.

Описанный товарищем Н. Фрольцовым срез положения работников и их воззрений ярко отражает современное бытие значительной части рабочего класса. Несомненно, кто-то уже сейчас борется, создаёт боевые независимые профсоюзы и готов предъявлять счёт «работодателям» за каждую недоплаченную копейку. Однако массового и организованного рабочего движения в России пока не существует. Есть лишь отдельные, устойчивые очаги борьбы и ряд эпизодических всполохов профсоюзной работы в регионах. Разобщённость, упование на везение и надежда на индивидуальное выживание — вот те иллюзии, с которыми российские рабочие пока массово не могут справиться.

Французский профсоюзНезависимые профсоюзы являются исключением в нашей стране. И это связано не только с яростным антирабочим поведением капиталистов и чиновников. Нужно понимать, что класс буржуазии и подчинённое этому классу государство всегда настроены против рабочих. Законы в современной РФ принимаются депутатами и чиновниками, которые лоббируют интересы тех или иных корпораций и групп капиталистов. В Госдуме нет ни единого депутата, который хоть как-то выступал бы против существующего режима именно со стороны рабочего класса. Очевидно, что вся эта государственная шайка-лейка является совершенной антирабочей машиной, готовой после расчётов выгод и прибылей отменять льготы пенсионерам, повышать пенсионный возраст, принимать законы, позволяющие капиталистам со всё большей лёгкостью нарушать права рабочих.

Наступление на жизненные интересы трудящихся ширится уже много лет — оно будет продолжаться и дальше до тех пор, пока не встретит организованного сопротивления. И самый первый узел обороны со стороны рабочих — это профсоюз. Только собравшись в группу и выдвинув коллективные требования, рабочие имеют хоть какой-то шанс на то, что их интересы будут учтены. Это — точка фиксации. Капиталисты и дальше будут наступать, но если профсоюзное движение станет массовым и организованным, оно уже сможет отстаивать не только экономические права рабочих, но и в некоторые политические. Там, где рабочее и коммунистическое движение сливаются в единое целое, интересы рабочих становятся одной из высших ценностей.

Сейчас это выглядит лишь как перспектива. Рабочие ещё не выработали классовый инстинкт к объединению, к выходу из паутины индивидуального сопротивления. Что такое этот классовый инстинкт, можно понять из книги Энгельса «Положение рабочего класса в Англии». Там есть такое место:

…Почему же рабочие объявляют стачку в таких случаях, когда бесполезность этой меры ясна для каждого? Да просто потому, что рабочий обязан протестовать против снижения заработной платы. Даже против самой необходимости этого снижения. Потому, что он обязан заявить, что он, человек, должен не применяться к обстоятельствам, а, наоборот, приспособлять обстоятельства к себе, к человеку, потому что молчание рабочего означало бы примирение с этими обстоятельствами, признание за буржуазией права в периоды процветания торговли эксплуатировать рабочего, а во время застоя обрекать его на голодную смерть.

В положении рабочих со времён Энгельса кое-что поменялось. Сейчас даже в кризисный период можно найти хоть какую-то работу и не умереть с голоду. Но суть в положении рабочего осталась прежней: капиталисты по-прежнему готовы выбрасывать на улицу тех, кто не даёт им достаточно прибыли и производят манипуляции с зарплатой всегда, когда не встречают сопротивления.

Жаль, но описанной Энгельсом готовности к противостоянию, к организованному протесту даже тогда, когда надежды на успех мало, в современных российских рабочих пока нет. Иллюзии ещё не разбиты, опыт начала прошлого века ещё не вспомнился как практическое руководство к действию.

Алексей Этманов, лидер МПРАВ феврале тверские активисты МПРА проводили семинар, на котором участники в самом начале встречи составили своё определение профсоюза. Коллективно решали, какие признаки подходят лучше всего. Получилось, что профсоюз — это независимая, самофинансируемая, демократическая организация наёмных работников, представляющая и отстаивающая их права и интересы путём коллективных действий и солидарности. После того, как определение было выработано, работники разных сфер труда стали делиться опытом, который уже есть. Такое мероприятие — капля в море, но вода, как известно, точит камень.

Нельзя научить рабочих создавать профсоюзы, это внутреннее дело трудящихся. Профсоюзный устав — не скрижали, дарованные «лидеру» высшими силами. Как нечто внешнее и чуждое рабочие воспринимают то, к чему они пока не готовы. Лишь собственный опыт трудовых коллективов может заставить их развивать эффективные способы отстаивания собственных прав.

Помогать рабочим перенимать профсоюзный опыт — это сейчас дело самое нужное. Это ускорит зарождение полноценного рабочего классового инстинкта. Без него коммунисты так и останутся непонятыми, а рабочие разбитыми и обманутыми.

Вячеслав Сычёв

«Трудовая Россия», № 439