Миф о «русской лени»

Рабство как конкурентное преимущество или кому выгоден миф о «русской лени»

На днях СМИ обошла новость под типичным заголовком: «Российские рабочие признаны самыми неэффективными в Европе». Работодатели любят обвинять трудящихся в лени, иждивенчестве и «негибкости». Но так ли это?

Согласно данным исследования Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), индекс эффективности рабочей силы (средний ВВП на душу населения, произведенный за один рабочий час) в России ниже, чем во всех странах Европы, включая многострадальную Грецию (25,9 и 36,2 пункта соответственно). В среднем по Евросоюзу показатель равен 50-ти пунктам.

Праволиберальные круги в Европе, а с их подачи и некоторые российские СМИ любят говорить о «ленивых греках», будто бы паразитирующих на государственной благотворительности и не желающих расплачиваться по долгам. С этой точки зрения россияне – настоящие «Емели», лежащие на печи. Это вполне соответствует национальным стереотипам, однако… противоречит фактам. Согласно тому же исследованию, российские работники трудятся в среднем 1982 часа в год, уступая только «ленивым» грекам, работающим 2034 часа в году. С гораздо большим правом «лодырями» можно назвать французов (1479 часов), немцев (1393) и голландцев (1384). Вот только индекс эффективности у них – 59,5, 58,3 и 60,2 соответственно.

Итак, что же получается? Вкалываем, вкалываем, и все без толку! Возможно, разгадать эту загадку поможет другая статистика. Не так давно в СМИ прошел материал, оптимистично названный: «Россия стала привлекательнее Китая в области затрат на производство». Согласно исследованию Boston Consulting Group (BCG), конкурентоспособность России в области издержек на производство выросла на 9 процентных пунктов, обогнав США и Китай на 10 и 3 пунктов соответственно. В России индекс производственных затрат составляет 90 пунктов, а в таких «неконкурентоспособных» странах, как Швейцария, Бельгия, Австралия: 129, 120 и 119. Однако, не спешите радоваться. «Улучшение показателя для РФ обусловлено рядом факторов, в числе которых аналитики называют отсутствие роста заработной платы в 2014–2015 годах, значительное снижение курса рубля, а также низкие цены на энергоносители», — резюмирует автор статьи. Ничего себе, улучшеньице!

производительность труда

производительность труда

«Постойте, — удивится читатель, привыкший из года в год слышать о том, что повысить зарплаты нельзя, поскольку в стране низкая производительность труда, — Тут какое-то противоречие». Мы все привыкли думать, что конкурентоспособность и производительность это практически одно и то же, но с точки зрения рынка и работодателей значение имеет только прибыль. Ее можно получить, как увеличивая производительность труда, т.е. вкладывая в техническое оснащение производства, стимулируя работников высокими зарплатами и мерами социальной защиты, так и путем «сокращения издержек», т.е. эксплуатируя многочисленную, дешевую и бесправную рабочую силу, как это происходит во многих «новых индустриальных странах».

Да, при таком подходе производительность труда всегда будет низкой, но кого это заботит, раз можно сэкономить на зарплатах, социальных пособиях и внедрении дорогостоящих инноваций? Приведенная выше статистика свидетельствует о том, что российская элита уверенно шагает по второму пути. Очевидно, он кажется ей более легким, чем тот, на который буржуазию Запада когда-то толкнули профсоюзы и социал-демократические реформаторы. Поэтому, когда в следующий раз вы услышите о том, что низкая производительность труда, обусловленная «особой русской ментальностью» мешает индексировать зарплаты, требует повысить пенсионный возраст или урезать трудовые права, просто снимите лапшу с ушей. Все обстоит ровным счетом наоборот.

Иван Овсянников

Источник