Революционное движение Вьетнама в 1932-1939 годах

Цикл лекций об истории коммунистического и рабочего движения

Хо Ши Мин

Хо Ши Мин

Расправа с участниками национально-освободительного движения 1930-1931 гг. сопровождалась разгулом террора в течение более двух лет. Хотя французским карателям удалось арестовать большую часть руководящих кадров, в том числе и Хо Ши Мина, и разгромить красные профсоюзы, однако, коммунисты, которые смогли либо уйти в глубоко подполье, либо уехать в эмиграцию, начали работу по восстановлению сети партийных ячеек.

После поражения Иенбайского восстания буржуазия утратила руководство национально-освободительным движением. Однако поражение привело к тому, что националисты резко разошлись вправо и влево, и, в результате, во Вьетнаме действовало много националистических партий и организаций: от группы, возглавляемой Нгуен-ан-Нинем, который сотрудничал с вьетнамскими коммунистами в рамках легальной деятельности, до политико-религиозных сект буддистского толка таких, как «Каодай», которая к середине 30-х годов стала в своей деятельности ориентироваться на Японию. Каодаизм в период спада движения получил широкое распространение среди крестьянства.

Французские власти попытались использовать не только прямые репрессии, но и различные национал-реформистские организации, которые находились бы под полным контролем властей. Таковы были, например, «Ассоциация частной собственности», «Партия добропорядочных жителей деревни», «Рабочая партия Аннама», «Буддистское общество».

Помимо создания марионеточных организаций французы решили использовать монархические иллюзии части населения и вернули на родину императора Бао Дая, которому позволили сформировать «свой» кабинет.

Между тем, положение трудящихся оставалось настолько тяжелым, что волнения затихли ненадолго, и уже во второй половине 1932 г. начались новые выступления в деревне. Движение 1932-1933 гг. сильно уступало движению 1930-1931 гг. и по численности, и по глубине. Однако его география значительно расширилась – в него включились ранее остававшиеся спокойными горные районы Вьетнама.

Возобновилась борьба рабочих, вызванная, прежде всего, снижением заработной платы. В 1932 г. были выступления типографских рабочих и рикш в Сайгоне, а также рикш в Хюе. Произошли также выступления рабочих на плантациях. Кули с каучуковых плантаций «Мишлен» попытались организовать марш на Сайгон, но были расстреляны войсками.

В 1933 г. в Аннаме несколько раз вспыхивали волнения кули, занятых на дорожном строительстве. В связи с 1 Мая 1933 г. бастовали железнодорожники в провинции Куанг-нгай и рабочие аэропорта близ Ханоя.

Расправа колониальных властей с коммунистами не в состоянии была остановить процесс развития национально-освободительного движения, хотя ему и был нанесён большой урон. КПИК продолжала жить и действовать, вопреки пораженческим настроениям некоторых ее членов. Уже в 1932 г. из числа вьетнамских коммунистов, находившихся за границей, создаётся партийный центр, который в том же году, за подписью «Временный ЦК КПИК», опубликовал в «Юманите» Программу действия Коммунистической партии Индокитая.

В следующем году Программа действия вышла подпольным изданием в Сайгоне. Основой для нее послужили Политические тезисы 1930 г. В программе делался упор на борьбу с пораженческими настроениями и на необходимости восстановления партийных организаций в условиях строгой конспирации и использования для легального прикрытия пропаганды массовых движений.

Те, кто оставался на свободе в подполье, предпринимали попытки вместе с членами КПИК, тайно пробравшимися на родину из эмиграции в Китае и Сиаме, восстанавливать партийные ячейки. Это вначале удалось только на севере страны, в пограничных районах — Ланг-соне и Каобанге, а также в Лаосе — Саваннакете и Такеке.

На рубеже 1932-1933 гг. из Москвы возвращается по завершении учебы в Коммунистическом университете трудящихся Востока (КУТВ) группа вьетнамских коммунистов. Её деятельность развернулась в Кохинхине. Был восстановлен партийный комитет в самом Сайгоне, возобновлён выпуск газеты «Ко до» («Красное знамя»), предпринято издание теоретического журнала «Конг шан» («Коммунист»).

Массовое возрождение партийных организаций началось с Кохинхины потому, что здесь колониальные власти чувствовали себя гораздо прочнее, чем в других частях страны, а поэтому и свирепствовали меньше. В Конхинхине началось создание сети массовых организаций, как подпольных, так легальных.

Основной задачей вьетнамских коммунистов в период спада революционного движения в 1931-1933 гг. стало восстановление партийных организаций и накопление сил для нового этапа борьбы.

В условиях реакции важнейшее значение имела идеологическая борьба, так как необходимо было противостоять национал-реформистским настроениям снаружи и капитулянтским и оппортунистическим тенденциям внутри партии. В этот период большое значение имела дискуссия о материализме и идеализме на страницах легальных журналов, которая послужила для КПИК трибуной для пропаганды марксистских идей и борьбы с буржуазной идеологией.

Идеологическая борьба шла и в стенах тюрем: власти допустили большую ошибку, посадив вместе арестованных представителей национальной партии и коммунистов. Националисты, под воздействием последних, постепенно переходили на марксистские позиции, и в последствии многие политзаключённые вступили в КПИК и массовые организации коммунистов.

Та Тху Тхау

Та Тху Тхау

Часть вьетнамских коммунистов, из тех, кому удалось остаться на свободе, в начале 1933 г. стала сотрудничать с троцкистами для использования возможностей легальной деятельности. Первая троцкистская группа появилась в Кохинхине в мае 1931 г. под названием «Коммунистический союз». В следующем году из Парижа в Сайгон возвращается Та Тху Тхау (в Париже он возглавлял группу вьетнамских интеллигентов) и с этого времени становится лидером индокитайских троцкистов. Большая часть из них была выходцами из семей интеллигенции и буржуазии, которые, отучившись во Французских университетах, примкнули к троцкистам. За счет больших литературных способностей они пользовались большим влиянием, в первую очередь, в интеллигентской и мелкобуржуазной среде, но были мало связаны с рабочим движением.

В Сайгоне троцкисты стали легально издавать газету «Ля лютт» («Борьба»). Образовавшаяся вокруг этой газеты группа была очень пестрой по своему составу: от коммунистов до лиц, не имевших строго определенных политических убеждений.

В мае 1933 г. во время выборов в муниципальный совет Сайгона группа «Ля лютт» выступила с «рабочим» списком в восемь кандидатов и с предвыборной программой, содержащей требования об улучшении условий жизни рабочих, о разрешении забастовок и о предоставлении демократических свобод населению. Главным соперником этой группы во время выборов была Конституционная партия. Но, несмотря на давление со стороны колониальной администрации, были избраны два «рабочих» кандидата: коммунист Нгуен Ван Тао и троцкист Чан Ван Тхать. Колониальные власти затем, придравшись к разным формальностям, аннулировали избрание этих кандидатов и арестовали ряд членов группы «Ля лютт». Деятельность последней возобновилась лишь в октябре 1934 г.

Необходимо отметить, что сотрудничество было неравным, так как КПИК по его условиям воздерживалась от критики троцкистов, в то время как последние продолжали критиковать КПФ и СССР.

Это накладывалось на организационные проблемы в самой КПИК, в которой происходило размежевание правых и левых. Первые отрицали возможность революционного подъема в ближайшем будущем, вторые, напротив, выступили за организацию вооружённых стачек в условиях отсутствия революционной ситуации.

Между тем, экономика Вьетнама продолжала падать из-за кризиса, что обостряло все противоречия и заставляло даже крупную буржуазию возражать против французской политики, которая была нацелена на преодоление кризиса во Франции за счет колоний.

1934-1935 годы характеризуются оживлением рабочего и крестьянского движения. В 1934 г. прошло новое снижение заработной платы и продолжалось сокращение рабочих и служащих (ряд фирм вообще закрылись). Против этого и были направлены основные требования бастующих. Самой крупной в 1934 г. была всеобщая забастовка рабочих 12 рисоочистительных фабрик Тёлоне.

Большое значение в ходе развития рабочего движения имели также забастовки рабочих, занятых на железнодорожном строительстве в Туихоа и на участке дороги Ханой — Намдинь (февраль и апрель 1934 г.).

В 1935 г. движение расширяется и приобретает более организованный характер. Первыми бастовать стали рабочие текстильных фабрик Намдиня, и весь год был связан последовательной цепью забастовок в разных городах, а осенью хозяевам пришлось уже столкнуться с тем, что в ряде случаев начинали забастовку в нескольких городах одновременно рабочие одной и той же специальности.

Так, в октябре 1935 г. бастовало более 2 тыс. человек, работавших на печах для обжига в Тхузаумоте и в Бунге. Потребовалось даже вмешательство губернатора Кохинхины, который распорядился сохранить им прежнюю заработную плату. Таким образом, несмотря на то,что генерал-губернатор предпочитал политику «твердой руки», из-за усиления забастовочного движения администрации в ряде случаев приходилось идти на уступки.

На фоне роста рабочего движения ускорился процесс воссоздания партийных организаций и их объединения.

Ле Хонг Фонг

Ле Хонг Фонг

В начале 1934 г. в Макао был создан заграничный комитет руководства КПИК во главе с Ле Хонг Фонгом. А уже осенью того же года были воссозданы руководящие партийные органы во всех трёх частях Вьетнама, а в декабре уже действовало единое партийное руководство для всего Вьетнама, которое находилось в Тонкине. Восстановление партийных организаций не остановило даже раскрытие Конхинскиго комитета партии в 1935 г.

В 1935 г. КПИК усиливает борьбу в рамках легальной деятельности для расширения политической пропаганды среди населения. Поскольку для прессы в этот период действовали драконовские законы, которые предполагали заключение на срок 5 лет для любого журналиста, который бы открыто критиковал генерал-губернатора и Францию, то приходилось искать для идеологической работы обходные пути.

Так, группа членов КПИК во главе с Хай Чиеу развернула в 1935 г. в прессе новую дискуссию на тему: «Искусство для искусства или искусство для жизни?» На многочисленных примерах они доказывали необходимость социальной тематики в искусстве. Дискуссия привела к появлению во Вьетнаме множества сторонников КПИК среди интеллигенции и развитию в литературе социального направления.

С начала 1935 г. в газете «Ля лютт» стали вновь сотрудничать некоторые члены КПИК, в основном, вернувшиеся из эмиграции или вышедшие из тюрем. Воздействие коммунистов на массы через эту газету было значительным: как отмечает Чан-ван-Зяу при рассмотрении рабочего движения в 1935 г., многие считали группу «Ля лютт» коммунистической. В этом плане важную роль играло участие группы «Ля лютт» в выборах. Представляя свой «рабоче-крестьянский» избирательный список к выборам в Колониальный совет Кохинхины весной 1935 г., группа «Ля лютт» изложила в своей газете программу требований. Вот ее основные пункты:

1) «основные государственные законы должны устанавливаться представителями, избираемыми всем народом; должен быть создан народный парламент на базе всеобщего равного избирательного права»;

2) «конфискация без возмещения крупных владений, собственности католической миссии, собственности Индокитайского банка и филиалов компаний»;

3) «право объединяться в профсоюзы, право организовывать забастовки, 7-часовой рабочий день для всех рабочих и служащих, занятых в промышленности, торговле, на транспорте, в сельском хозяйстве и в административных учреждениях».

В результате выборов в Колониальный совет Кохинхины в 1935 г. так и не удалось провести ни одного рабоче-крестьянского представителя. Членами его были, в основном, национал-реформисты, а также конституционалисты во главе.

Однако в мае 1935 г. на выборах в муниципальный совет Сайгона прошли все четыре кандидата по «рабоче-крестьянскому» списку от группы «Ля лютт». Два кандидата были членами КПИК, а два другие – троцкистами.

Вместе с тем, в этот период всё сильнее обозначились противоречия между КПИК и троцкистами по поводу Народного фронта во Франции и создания единого фронта во Вьетнаме. КПИК поддерживала линию Коминтерна на создание широких блоков и включение в национально-освободительную борьбу, в том числе, и национальной буржуазии. Троцкисты выступали против, настаивая на том, что Народный фронт во Франции – оппортунистическое объединение, а национальная буржуазия Вьетнама уже стоит на позициях реакции.

В этом же 1935 г. состоялся 1-й съезд КПИК, на котором присутствовали представители партийных организаций из всех трёх частей Вьетнама, а также из Лаоса и Камбоджи. На нём было принято решение о создании единого антиимпериалистического фронта. Съезд призвал всех членов партии постоянно сочетать в своей деятельности подпольную работу с легальной, съезд отметил, что использование даже самых малых возможностей легальной деятельности значительно облегчит работу тех же подпольщиков.

Также на съезде были поставлены задачи восстановить влияние коммунистов в профсоюзах, в значительной степени утраченное из-за разгрома красных профсоюзов, и активно работать в союзах сельских рабочих, превратив их таким образом в связующее звено между рабочим и крестьянским движением.

Затем, в соответствии с решениями 7-го конгресса Коминтерна в КПИК была проанализирована ситуация во Вьетнаме, КПИК пришла к следующим выводам. В качестве главного врага были названы силы французской реакции. В их поддержку выступали вьетнамские реакционеры. Указывалось также на опасность японской экспансии, а также на то, что японские фашисты и французские реакционеры могут в определенных условиях пойти на соглашение на почве антикоммунизма и желания сохранить за Вьетнамом статус колонии.

Пересмотрев свою программу в соответствии с решениями VII Конгресса Коминтерна, вьетнамские коммунисты пришли к выводу, что для успешной борьбы необходимо создание единого Народного фронта Индокитая, объединяющего все классы и все прогрессивные политические группировки в борьбе против фашизма и войны.

Новая тактика смогла воплотиться в полной мере, когда Леон Блюмв результате парламентских выборов во Франции в апреле-мае 1936 г. к власти пришло правительство социалиста Леона Блюма — представителя Народного фронта. Французские коммунисты в это правительство не входили, но поддерживали его. Для Индокитая начался новый период, так как КПИК получила возможность перейти на полулегальное положение. Большего достичь не получилось из-за непоследовательности правительства Народного фронта и противодействия реакционеров, активно блокировавших все прогрессивные инициативы левых.

Тем не менее, с подачи Народного фронта генерал-губернатор Робэн был снят со своего поста и на его место назначен Жюль Бревье. Начались некоторые послабления во внутренней политике колониальных властей. Были амнистированы несколько тысяч политических заключённых.

Правительство Народного фронта в 1936-1937 гг. издало ряд прогрессивных законов. Так, был введён восьмичасовой рабочий день, издан закон о расширении политических прав вьетнамцев, в частности, предусматривалось расширение присутствия вьетнамцев в высшем колониальном совете.

Однако прогрессивные законопроекты наталкивались на сопротивление колониальной администрации, и за их реализацию трудящимся приходилось постоянно бороться.

Примером может служить борьба за свободу печати. Например, за первое полугодие 1937 г. колониальные власти расправились с семью редакциями периодических изданий без всяких видимых причин, а в середине 1937 г. было предписано всем газетам никоим образом не сопровождать какими-либо комментариями официальную информацию, публикуемую по распоряжению генерал-губернатора.

Но всё же развернувшаяся в метрополии борьба за Народный фронт дала возможность предъявить соответствующие требования колониальной администрации для расширения борьбы и перехода КПИК на полулегальное положение. Стали создаваться легальные коммунистические группы: официально это были группы сотрудников той или иной легальной газеты, по имени которой они и назывались. Такова была, например, группа «Тин тык» («Известия») в Ханое.

Периодически то одна, то другая газета по воле колониальных властей переставали выходить совсем или временно, но работа была налажена так, что имелись газеты в резерве, которые тотчас же появлялись вместо упразднённых.

Тактика создания легальных коммунистических организаций наряду с подпольными помогла КПИК пережить репрессии, последовавшие осенью 1939 г. А в период подъёма борьбы населения Индокитая за демократические права (1936-1939 гг.) эта тактика имела исключительно большое значение, ибо таким путем КПИК стала сразу устанавливать непосредственные связи с народом.

В июле 1936 г. был созван пленум ЦК с целью внести дополнения в резолюцию I съезда КПИК в Макао в условиях прихода к власти Народного фронта во Франции и его создания во Вьетнаме. Была создана программа из 12-ти пунктов, которые позволили выразить значительные общие интересы трудящихся, оставаясь при этом на легальном положении. Главными были: создание во Вьетнаме собственного избираемого всеобщим голосованием парламента для Вьетнама, обеспечение соблюдения всех прогрессивных законов, принятых Народным фронтом, амнистия политических заключённых и обеспечение свободы слова. Программа носила достаточно ограниченный характер, особенно в области аграрного вопроса. Так, для крестьян предполагалось лишь списание долгов и запрет на конфискацию земли за долги. Ограниченный характер носили и политические требования, так как вопрос о полной независимости был временно снят и оставлен в качестве дальней стратегической цели.

Борьба в КПИК за единый народный фронт вылилась в форму движения за созыв Индокитайского конгресса, который мыслился как конгресс представителей различных слоёв населения. Это движение возникло в ответ на решение правительства Народного фронта направить в колонии правительственные комиссии для ознакомления на месте с положением дел и сбора сведений относительно требований местного населения. Наибольший подъем движения падает на август-сентябрь 1936 г. и январь-февраль 1937 г.

Во Вьетнаме начали создаваться подготовительные комитеты, которые формально были временными организациями, и отвечали за сбор пожеланий населения и составление «тетрадей требований», однако, на деле они играли важную роль в придании движению за конгресс организованности.

Местные власти объявили о роспуске комитетов и, не добившись этого, приступили к арестам. В общей сложности число арестованных в Индокитае в сентябре 1936 г. превысило 3 тыс. человек.

Помимо арестов и угроз власти прибегли и к пропаганде, используя реакционных журналистов. Они приписали своим сторонникам в палатах народных представителей в Аннаме и Тонкине роль «выразителей интересов населения» для фабрикования «пожеланий», далёких от действительных требований народа.

Журналисты-коммунисты, в свою очередь, решили организовать контрпропагандистскую кампанию. В марте-апреле 1937 г. состоялось несколько конференций журналистов Тонкина и Аннама, и было подготовлено собрание представителей печати, которое и состоялось 24 апреля 1937 г. На нём было решено бороться за введение таких же прав для печати, как и во Франции. Движение за свободу печати было неоднородным, и властям удалось расколоть его. Но тем не менее, борьба привела к тому, что к 1938 году в крупных городах Конхины смогли легально выходить коммунистические газеты.

Поскольку пропаганда и аресты не оказали должного воздействия, колониальные власти попытались использовать в дополнение к ним административные уловки. Генерал-губернатор Индокитая потребовал вручать «тетради пожеланий» непосредственно ему или другим представителям колониальных властей, и не позднее 15 ноября 1937 г., для последующей передачи их в Париж. Естественно, что при таком порядке требования основной массы народа были бы оставлены в стороне.

Однако этот план в значительной степени был сорван. Так, в сентябре 1936 г. в Сайгон прибыла контрольная комиссия во главе с Жюстэном Годаром, направленная сюда правительством Народного фронта с целью рассмотрения на месте положения в Индокитае. Петиции и тетради требований начали вручать Годару и представителям комиссии.

Кампания за созыв Индокитайского конгресса сопровождалась мощным забастовочным движением. Руководство осуществлялось коммунистами, что обеспечило его хорошую организованность, забастовки солидарности и боевой наступательный характер забастовок. Но, в конечном итоге, Индокитайский конгресс так и не был созван, сопротивление реакции было ещё слишком сильным. Однако значение движения за его созыв заключается в том, что оно создало почву для подготовки Демократического фронта Индокитая.

На мартовском пленуме 1937 г. ЦК КПИК принял конкретное решение по вопросу организации Демократического фронта. Был образован национальный комитет Демократического фронта. В решении указано, что создание Демократического фронта (в решении подчеркивалось, что именно «демократический», а не «народный») должно «опираться на опыт предшествующей борьбы», и что он включает в себя «все слои народа и часть прогрессивной демократической интеллигенции, в том числе, французов».

ФКП оказывала большую помощь в создании фронта и в начале 1937 г. специально направила в Индокитай своего представителя Онеля, с целью поделиться с КПИК своим опытом в деле организации Народного фронта во Франции.

В Демократический фронт включились различные прогрессивные партии, группы, общества. Среди них — легальные коммунистические группы «Тин тык» и «Зан тюнг», реформистская группа «Нгай най» («Сегодня»), объединившая, в основном, представителей мелкой городской буржуазии, Федерация социалистов в Тонкине т.д.

Позиции, занятые КПИК в ее борьбе за создание Демократического фронта, предопределили разрыв между коммунистами, действовавшими в группе «Ля лютт», и троцкистами. Троцкисты по-прежнему критиковали практику создания Народных фронтов в Европе и Азии.

В марте-апреле 1937 г. в «Ля лютт» стали появляться статьи троцкистов, направленные против Народного фронта во Франции. Коммунисты стали отвечать как на страницах той же газеты, так и в партийной печати. Это положило конец сотрудничеству, и КПИК повела борьбу направленную на вытеснение троцкистов из массовых организаций.

Период создания и деятельности Демократического фронта был периодом небывалого в истории Вьетнама подъёма рабочего движения. В него втягивались не только наиболее активные рабочие (например, с ткацких фабрик), но и те категории трудящихся, что ранее находились в стороне от борьбы. Также большое значение имело то, что рабочая борьба смогла преодолеть национальные рамки. Так, в Тонкине была организована забастовка китайских рабочих, поддержанная вьетнамцами, а в 1937 г. в Камбодже бастовали французские моряки, поддержанные работниками порта.

Не меньший размах получило и крестьянское движение. В нём за три года приняли участие около 1 млн. человек.

Колониальные власти, оказавшись перед лицом мощного и хорошо организованного рабочего и крестьянского движения, вынуждены были идти на уступки.

Бастующими промышленными и сельскими рабочими в первую очередь выдвигались следующие требования: повышение заработной платы (во многих случаях на 30%, что было связано с инфляцией и ростом цен) и сокращение рабочего дня, запрет на грубое обращение с рабочими и освобождение товарищей, арестованных во время стачек.

Следует отметить при этом длительность забастовок: бывали случаи, что забастовки длились 35 и даже 50 дней, чем отличались выступления рабочих паровозоремонтных заводов и железнодорожных мастерских. Особое место занимает всеобщая забастовка железнодорожников в 1937 г., имевшая большое мобилизующее значение для всей страны.

КПИК работала с рабочими, используя как легальные, так и нелегальные методы, координируя забастовки и организуя акции солидарности. В легальном поле коммунисты действовали под видом различных общественных организаций — от обществ взаимопомощи до просветительских и даже спортивных клубов.

Одновременно, в период подъема рабочего движения, были воссозданы нелегальные профсоюзные организации, а затем их сеть расширилась. Наибольших успехов профсоюзам удалось добиться в Тонкине. В ходе рабочего движения с середины 1936 г. до середины 1939 г. хозяева предприятий, как правило, бывали вынуждены удовлетворять требования рабочих. Обострение рабочей борьбы вызывало и подъем протестных настроений среди мелкой буржуазии, что сделало общественное движение в городах очень широким и массовым.

Одновременно набирало силы крестьянское движение, особенно в Кохинхине. Оно, как и в начале 30-х годов, вылилось в форму манифестаций и шествий к районному центру для вручения представителям колониальной администрации требований крестьян. В ряде случаев это заканчивалось арестами, избиением и пытками для тех, кого считали зачинщиками. Движением крестьян руководили местные комитеты КПИК.

В соответствии с решением пленума ЦК в марте 1937 г. об усилении работы среди масс в деревнях тоже создаются различные общества взаимопомощи, проводится разъяснительная работа. Благодаря этому, лозунги, под которыми проходили выступления, значительно выходили за рамки чисто крестьянских требований. Крестьяне требовали не только отмены старых феодальных форм повинностей, наделения бедняков участками из общинных рисовых полей и реформы налоговой системы (уменьшения налогов, отмены подушного налога и налога на табак), но и последовательного применения трудового законодательства.

Особенно много манифестаций организовывали в конце 1938 г. голодающие крестьяне Кохинхины с общим требованием об улучшении условий их жизни, а также в апреле 1939 г. в связи с выборами в Колониальный совет Кохинхины, когда КПИК направила народную борьбу в поддержку Демократического фронта.

Следует особо отметить движение крестьян в провинциях Нгеан и Хатинь, где, благодаря советам, в 1930 г. уже создалась определенная традиция солидарности крестьян и рабочих в борьбе. Ярким примером является поддержка крестьянами забастовки в депо города Виня: крестьяне доставляли забастовщикам продукты питания, а те семьи бастующих, которые оказались в особенно тяжелом материальном положении, селили у себя в деревне.

Благодаря массовой борьбе и организованности и помощи Народного фронта и ФКП, вьетнамские коммунисты, начиная с 1937 г., смогли открыто и массово проводить митинги 14 июля и 1 мая, используя их для ведения массовой пропаганды.

Вместе с тем, период 1936-1939 гг. стал и периодом роста опасности со стороны Японии и прояпонски настроенных националистов. Особенно она обострилась после начала полномасштабных военных действий Японии в Китае в 1937 г. Японцы стремились перекрыть все иностранные поставки вооружения Гоминьдану и, поэтому, оказывали постоянное давление на Францию, чтобы она прекратила перевозки оружия по Индокитайской железной дороге.

Также японцы поддерживали группы националистов, которые продолжали выступать против французов, уже не надеясь на получение независимости своими силами. Таковы были разнообразные буддийские секты типа Као Дай и Хао Хао. Японцы также предоставили политическое убежище принцу Кыон Де, который при необходимости мог послужить символом для объединения различных правых сил.

Чтобы оттолкнуть массы от левых, прояпонские националисты стали выдвигать лозунги «за независимость Индокитая против Народного фронта во Франции».

В период Демократического фронта вьетнамские коммунисты боролись против прояпонских настроений, получивших в 30-е годы определенное распространение во Вьетнаме, и призывали к национальному единству против японского милитаризма, понимая, что рано или поздно придется оказаться в состоянии войны с ним. Коммунистическая пресса, а за нею и многие прогрессивные газеты выступали против французской политики «невмешательства» в дальневосточные дела. КПИК в это время ведет пропаганду за широкую мобилизацию масс ввиду японской опасности. Силами Демократического фронта был организован сбор средств в помощь китайскому народу.

В течение 1937-1938 гг. коммунисты и другие представители Демократического фронта неоднократно ставили перед колониальным правительством вопрос о защите Индокитая.

После «мюнхенского сговора» западных держав КПИК опубликовала декларацию, осуждающую политику Англии и Франции, отдавших на съедение Гитлеру малые страны. В декларации выдвинуто требование французскому правительству об организации обороны Индокитая и содержится призыв к народным массам Индокитая — всячески противодействовать опасности агрессии. КПИК обратилась к Французскому правительству с предложением организовать оборону Индокитая в порядке «искреннего сотрудничества», для чего предлагалось распространить на территорию Иднокитая все права и свободы для трудящихся, действовавшие в метрополии, и сформировать армию под командованием местных офицеров.

Однако это предложение было отвергнуто, поскольку в апреле 1938 г. правительство Народного фронта пало. Новый премьер-министр

Даладье

Даладье

Даладье издал ряд чрезвычайных декретов. Вьетнамские коммунисты справедливо восприняли это как действия, направленные против трудящихся всех стран в угоду правящим кругам Германии, Италии и Японии и их союзников в лагере французских реакционеров. Положение в метрополии не замедлило сказаться на положении в колониях.

Во второй половине 1938 г. начали усиливаться репрессии против коммунистов, а падение Народного фронта плохо сказалось на состоянии Демократического фронта, дезориентировав многих его сторонников. Тем не менее, Демократический фронт продолжал активно действовать, до начала Второй мировой войны, когда Даладье принял закон о Запрете ФКП и распространил его действие на колонии.

В Индокитае были немедленно арестованы около 2 тыс. человек, в том числе и многие члены ЦК, закрыты легальные печатные органы коммунистов. Коммунисты вынуждены были снова переходить к подпольной работе. Демократический фронт, по сути, перестал существовать, а многие организации, входившие в него, были также подвергнуты разгрому. Тем не менее, период существования Демократического фронта прошёл не зря, КПИК получила признание среди широких народных масс и смогла создать программу, которая способствовала объединению широких слоёв населения в борьбе против колонизаторов. Этот опыт оказался особенно ценным в период, когда японские оккупанты стали показывать свое истинное лицо, и популярность тех марионеточных движений, которые они создавали на базе различных правых националистических организаций и религиозных сект, стала стремительно падать; даже среди самых отсталых слоёв населения распространились настроения как против колонизаторов всех мастей, так и против их марионеток. Тактика Демократического фронта в значительной степени подготовила идеологические и организационные предпосылки для создания Вьетминя, который сначала возглавил борьбу против японской оккупации, а затем против французских колонизаторов.

Михаил Марков

Предыдущая лекция

Следующая лекция

Виктор Алексеев

Дежурный по сайту: Виктор Алексеев

Инженер-машиностроитель. Люблю свою Родину. Люблю свою жену. Люблю свою семью. Люблю своих детей. Люблю Землю и людей, верю в разум и прогресс. Поэтому коммунист. А как иначе? Член РКРП с 2001-го года, член РОТ ФРОНТ с момента основания.

Tags: