Улыбаемся и машем: студенты на официальном Первомае

Считается хорошим тоном среди левых сегодня возмущаться тем, что на первомайские демонстрации и прочие «пропутинские» митинги сгоняют гос. служащих. Считается (совершенно справедливо) отвратительным и аморальным, что каждый год по нескольку раз в массовку на проправительственные шествия под угрозой увольнения созываются из государственных предприятий работники, чтобы радостно махать флажками и ходить с угрюмыми лицами по Красной площади (подставьте сюда название главной площади любого крупного города).

Молодежь на "антимайдане

Молодежь на «антимайдане»

Но странное дело — мало кто задумывается, откуда на такого рода митингах берётся вся та молодёжь, которую потом «Россия 24» радостно показывает, чтобы доказать: Путина поддерживают абсолютно все. И бизнесмены и работяги, и медики и учителя, и пенсионеры и студенты. Вообще эти огромные фестивали лицемерия и фальши проводятся для того, чтобы подавить боевой дух оппозиции всех сортов: сопротивление бесполезно, «за» Путина вся страна. Пожалуй, ни одна из стран буржуазной демократии на Западе (сколь прогнившей она бы ни была) не позволяет себе такой вопиющей наглости. В Великобритании и Франции, к примеру, у правительства просто нет рычага, чтобы принудить учащихся и гос. служащих против своей воли поддерживать участием мерзкие пародии на массовое народное волеизъявление. У них там есть профсоюзное движение и политические силы, которые такого попрания прав просто не допустит. Возможно, когда в нашей стране люди обретут голос и дойдут до ужасной наглости — требования политических и социальных прав — телевидение станет чуть меньше походить на инсценировку СМИ, а общественная жизнь приобретёт истинный смысл?

Впрочем, я не хотел распространяться по поводу всем очевидных вещей. Моя цель — показать, насколько прогнили по крайней мере московские вузы и их руководство. Разумеется, не для всех вузов это описание верно, но тем не менее судя по разговорам со студентами других вузов и исходя из собственного печального опыта я могу предположить, что это более-ли-менее общее место и эту порочную практику жизненно необходимо кардинально менять.

За день или два до Первомая старосте курса звонят и говорят: так и так, нужно 70-80 человек пригнать под двери основного здания и оттуда отправиться на демонстрацию. С утра пораньше, конечно. И с вузовским знаменем, естественно. Староста (как правило, первого или второго курса; старшие курсы гоняют редко, возможно отчасти потому, что и возмутиться могут) мечется, обзванивает старост групп, и к 8 утра все стоят во дворике, вписывают, обязательно вписывают свои имена в список посетивших и отбывают в направлении центра города. Отходив всё шествие с чувством недосыпа и, наверное, выполненного долга, студенты разъезжаются по домам, люто ненавидя всё, что связано со словами «Труд», «Мир» и «Май».

Но вернёмся к листочкам и спискам. Это принципиальная вещь. Если твоего имени нет в списке, то берегись: у тебя серьёзные проблемы. На сессии, с преподавателями, с деканатом, с ректоратом — везде. Нет шанса продолжить нормально учиться, если ты регулярно уходишь от добровольно-принудительных мероприятий на вузовском и муниципальном уровне; если пропускаешь пару раз, то скажи «пока» стипендии и тем более повышенной стипендии.

Можно видеть, что студенчество отвращается от эстетики профсоюзного и социального движения. Молодёжь воспринимает слово «профсоюз» и «митинг» как что-то официально-омерзительное, связанное с принудиловкой и нарушением личной свободы. Власть убивает двух зайцев одним выстрелом, а студенты продолжают молчаливо и послушно ходить на митинги, потому что лучше один раз отмучаться, чем потом иметь проблемы до самого выпуска.

А так бы хотелось видеть массы студентов в мае на улицах, но не как несколько дней назад, а как в Париже в шестьдесят восьмом.

Левеллер