На защиту капитала становись

Экономические и политические кризисы в мире капитализма – это сложные периодические явления. Когда курс национальной валюты пикирует как самолёт безумного камикадзе, а на биржах паника, то у тех, кто руководит государством, очень быстро просыпается тяга к политическим фокусам и кадровым заменам. Каждая перестановка в группе управленцев высшего звена торжественно преподносится миру как найденное решение (точнее, не решение, а РЕШЕНИЕ). Рокировки обычно следуют одна за одной, а ситуация в экономике при этом может только ухудшаться. Глубинная суть данного процесса на самом деле проста как три копейки: государственная машина работает на ту главную цель, для которой и существует, то есть на спасение господства крупного капитала. Речь идёт о самих олигархах и их несметных богатствах в виде денег, яхт, заводов и дворцов. Министры и правительства могут то призывать народ «жить по средствам», то делают красивые жесты в виде мелких подачек – это лишь череда отвлекающих манёвров. Власть капитала должна устоять, а говорить при этом можно всё что угодно, лишь бы было убедительно.

Кризис 1998 года

Кризис 1998 года

Постоянные пустые обещания становятся средством спасения правящего класса, способом общения с терпящим бедствие населением. Кризис всегда по трудящимся ударяет очень больно. Если миллиардеры теряют проценты прибыли, то рабочие лишаются основных условий жизни. Лавинообразно растущая безработица и отказ населения верить в ранее хорошо работающие мифы оказывают мощное давление снизу на всю до этого прекрасно работающую систему. Забастовки, манифестации, столкновения с полицией становятся ежедневной обыденностью, рутинными репортажами журналистов. Убедить людей не бунтовать – насущная задача для тех, кто хочет сохранить своё господство.

Что обычно предпринимают «отцы нации», чтобы предотвратить свержение олигархического строя? В их арсенале история накопила целый ряд средств в диапазоне от расстрелов до кейнсианства. Принято чередовать кнуты и пряники до того момента, как режим миллиардеров почувствует себя в безопасности.

Ципрас и МеркельОдним из возможных приёмов является допущение умеренных левых к формированию правительства. Это очень выигрышный ход со стороны господствующего буржуазного класса. Во-первых, создаётся видимость демократического решения. Критика, исходящая от тех, кто сидел в оппозиции и раньше на пушечный выстрел не подпускался к министерским портфелям, вдруг признаётся конструктивной. Прежние «не левые» члены кабинета покидают свои кресла – они ведь не справились, не остановили кризис и значит должны уступить место тем, кто ранее критически выступал в парламенте и ратовал на словах за трудящихся. Во-вторых, сбивается волна революционного протеста низов. Новые министры на языке, понятном простому народу, требуют остановить забастовки и уличные выступления. Вышедшим на улицы людям внушают, что победа достигнута и «их» правительство уже приступило к работе. Потерпите, граждане, ещё немного и всем станет хорошо. В-третьих, господствующий олигархический режим без опаски нагружает новый кабинет работой. Ответственность за любые повороты в экономике теперь можно смело переложить на плечи команды «леваков». Те же попадают как кур в ощип: с одной стороны они вынуждены по полной отрабатывать заказ «элит», выполнять всё, что требуется для спасения ранее критикуемого ими режима, а с другой стороны, им приходится предавать своих бывших сторонников, которые иногда не сразу могут поверить в подлую измену оборотившихся вождей. И, наконец, в-четвёртых. Когда угроза олигархам миновала, правительство умеренных оппозиционеров отправляют в отставку. Дело сделано, власть капитала сохранена, бунты закончились. Бывших министров высылают на парламентскую галёрку.

Яркий, но затянувшийся случай «левого» прислуживания крупному капиталу разворачивается сейчас в Греции, где правительство Ципраса (бывшего коммуниста) устраивало даже референдум перед тем, как обмануть трудящихся в интересах международных респектабельных грабителей. Драма в Элладе продолжает разворачиваться. Планы «левых» министров периодически наталкиваются на волну рабочих протестов, в которых активно участвуют не липовые, а настоящие греческие коммунисты.

Ельцин и ПримаковНашим российским классическим примером описываемого приёма можно считать «правительство народного доверия» Примакова-Маслюкова. К 1998 году как раз сложилась кризисная и даже революционная ситуация. Широкое распространение имели невыплаты рабочим и без того нищенской заработной платы со стороны собственников предприятий. В мае в Печорском угольном бассейне и в Кузбассе началась Всероссийская акция протеста. 15 мая Транссибирская железнодорожная магистраль была перекрыта в районе г. Анжеро-Судженска. На рельсы вышло не менее одной тысячи шахтёров, пенсионеров, безработных и представителей бюджетных организаций. Они требовали отставки правительства Сергея Кириенко, прекращения закрытия предприятий без предварительного создания рабочих мест, погашения задолженности по зарплате и т.д. Увидев в перекрытиях эффективное оружие, трудящиеся других городов стали проводить подобные акции. На какое-то время в Кузбассе власть фактически оказалась в руках шахтерских стачкомов. Во второй половине года экономическая ситуация только ухудшилась: 17 августа правительство и центральный банк объявили дефолт. Курс рубля резко упал и сбережения граждан моментально обесценились. Хуже всех пришлось трудящимся, то есть тем, кто и до того получал низкую зарплату. Рельсовая война грозила перейти на новый уровень и капиталистический строй почувствовал для себя опасность. Принимая экстренные меры, ельцинский режим нашёл решение. 11 сентября 1998 года Госдума утвердила нового председателя правительства Евгения Примакова. Его первым заместителем стал Юрий Маслюков, член КПРФ. Сложилось как раз то самое «левое» и «оппозиционное» правительство, в котором так остро нуждались активно проворачивающие приватизацию новые хозяева России. Кроме «государственника» Примакова и «коммуниста» Маслюкова, в кабинете числились такие «оппозиционеры» как недавний сторонник ГКЧП Вадим Густов, член КПРФ Геннадий Ходырев (он потом предал даже зюгановцев). В целом же компания подобралась разношёрстная – в команде Примакова хватало так же министров и без всякого налёта левачества. Очень важный момент: новое правительство устраивало обе палаты парламента и президента (различные ветви власти до этого долго не могли договориться). Итак, правительство сформировано. Сразу же от нового кабинета поступила просьба к народу: дать поработать и не ждать чудес за сто дней. Этим сбивался накал рельсовой войны. Таким образом, одна из главных целей удачно достигалась сразу – борьба пошла на спад. КПРФ как главная официально оппозиционная партия выказала доверие новому кабинету. Люди ещё раз поверили Зюганову, за которого за два года до этого проголосовало пол страны (и даже больше, но Зюганов «слил» свою победу). Правительство, тем временем, работало дальше. Было заявлено о необходимости смены экономического курса. В обнищавшем рабочем классе такие слова могли вызвать энтузиазм. На самом же деле капиталистическая экономика только совершенствовалась новым правительством. Стадия грабительского накопления капитала объективно заканчивалась, олигархический режим нуждался в стабилизации, в других формах эксплуатации трудящихся. Примаков с компанией в полной мере смогли обеспечить переход к новым способам господства олигархов. Утверждался профицитный бюджет. Сократились долги по заработной плате (подобные долги для капиталистических стран – нонсенс). В то же время никакого отхода от курса антинародных реформ даже не планировалось. Лишь словами остались речи о национализации промышленности, о государственном контроле над ценами на жизненно важные продукты. Даже открытое хождение доллара и то сохранялось – как в зависимых полуколониальных странах. К маю 1999 года, когда угроза олигархическому режиму уже остро не стояла, когда вполне сложилась новая модель эксплуатации рабочего класса и народного достояния, необходимость в слегка подкрашенных красным цветом министрах отпала. Ельцин без труда смог устроить отставку правительства Примакова-Маслюкова. Мавр сделал своё дело, он теперь не нужен.

Рельсовая войнаЧто в этом примере полезно для сегодняшних как бы левых, то есть для тех, кто под красным флагом готов выполнять заказы олигархического режима на стабилизацию? Достижимость цели – вот что немаловажно в современных условиях. Крупный капитал при следующем впадении в кризис будет искать новых достойных его доверия «леваков». Сложно понять, кто и как себя поведёт в министерском кресле. Но ведь есть на рынке политических услуг и проверенная партия, в меру «левая» – настолько, что кто-то может даже поверить в её верность трудящимся. Без лишнего фанатизма, с красными флагами, но со счетами в банках. И главное, эта партия уже проверена на деле, в участии в правительстве Примакова.

Вот что мы видим на сайте КПРФ.

По сути, это резюме, подписанное самим Зюгановым и обращённое к настоящим хозяевам олигархического режима. Возьмите нас на работу и наше новое «правительство народного доверия» снова вас не обманет.

Начинается всё с предложения Дмитрию Медведеву убраться. Прямая аналогия из 1998 года: «Правительство Кириенко – в отставку!» В слегка негативном ключе упомянуты «российские и зарубежные олигархи». Ну как же, ведь «страна ежегодно продает за рубеж сырья на 16 триллионов рублей, но госбюджет получает из этой суммы лишь около 6 триллионов». Ничего не говорится о том, что конкретно сделает новое «народное правительство» с этим беспределом. А если олигархи не согласятся даже слегка поменять приведённую пропорцию? В материале сайта всё очень размыто. Плох не капитализм, а правительство Медведева, которое виновато не только в бедах трудящихся, но и в уничтожении малого и среднего бизнеса (то есть в одну кучу смешаны и эксплуатируемые, и эксплуататоры и те, кто сбежал от эксплуатации в сферу самозанятости). По сути, предлагается режим оставить прежним, заменив одних министров на других. Капитализм как был, так и останется, со всеми миллиардерами, биржами, банками и рынком труда. Далее, следует ряд лозунгов, некоторые из них даже с виду прогрессивные (например, национализация материально сырьевой базы, повышение зарплат и т.д.). Всё это мы уже видели в примаковские времена – и бессодержательные проклятья антинародному режиму, и размытые лозунги с вроде как прогрессивным смыслом.

Носке готовится подавлять восстание рабочихНо только сейчас, пока кризис не свалился в штопор и Медведев ещё на коне, в профессиональных спасателях нет никакой нужды: итоги выборов в последнюю Думу красноречиво говорят о сегодняшнем спросе со стороны «элитариев» на политиков с красноватым оттенком.

Но, может, «левые» министры потребуется капиталу для услуг уже другого рода?

Современным рабочим следует помнить «социалистическое» правительство Эберта — Шейдемана — Носке, орудовавшее в послевоенной кризисной Германии 1919 года. Национальная буржуазия потерпела поражение в империалистической войне и теперь могла лишиться всего, но уже от руки революционного рабочего класса. Тогда чуть ли не впервые нашлось политическое решение с участием «левых». В итоге те, кого называли правыми социал-демократами, руководили расстрелами рабочих, душили революцию и всеми экономическими и политическими мерами работали на удержание господства крупным капиталом. «Кровавая собака» Носке, бывший когда-то в молодости плетёнщиком корзин и одним из создателей профсоюза плетёнщиков и деревообработчиков, член СДПГ с 1884 года, стал организатором убийства Розы Люксембург и Карла Либкнехта. А Филипп Шейдеман, типографский рабочий, социал-демократ ещё со времён Энгельса и Вильгельма Либкнехта, как глава правительства сделал всё возможное для подавления Баварской Советской республики и других выступлений восставших рабочих.

Не для подобных ли дел могут понадобиться крупному капиталу современные «левоватые» думские сидельцы?

Вячеслав Сычёв