22 июня: Война не закончена

Выбери свою сторону

«Внимание, говорит Москва. Передаем важное правительственное сообщение. Граждане и гражданки Советского Союза! Сегодня в 4 часа утра…» — раздаётся голос Левитана из уличного динамика. Что же случилось 22 июня в 4 часа утра? Помним ли мы?

Вот так мы помним. «Фашисты напали на Советский Союз» — это, пожалуй, вершина знаний у большинства наших современников. Событие, произошедшее 75 лет тому назад, в памяти потомков пробивается сквозь туманное марево как «война с немцами». Конечно, Великая Отечественная, но спроси их о причинах этой войны, и мы услышим множество самых разных версий, более или менее пересекающихся с реальностью.

Немцы хотели заполучить «жизненное пространство» на Востоке? Верно. Хотели пограбить хлеб, уголь, нефть, «живой товар»? Безусловно. Подводили под эти цели идейную базу в виде «расовой теории»? Всё так и было.

Но было и ещё кое-что, о чём сейчас даже самые пламенные патриоты предпочитают не вспоминать. Великая Отечественная война была войной классовой.

Об этом без утайки писал сам главный разжигатель — Адольф Гитлер. В своей книге и выступлениях он прямо говорил о необходимости уничтожить рассадник «еврейской болезни большевизма». И эта подоплека была, пожалуй, одной из самых важных. Недаром ближе к концу войны, когда «недочеловеки» уже ступили на землю Германии, фюрер истошно заголосил о «большевистских ордах», от которых Германия защищает весь «цивилизованный мир». Знал, чем можно пронять западных союзников. Не концлагеря, не бесчеловечные убийства, а лишь угроза «распространения большевизма» могла заставить хладнокровных западных союзников дрогнуть и заколебаться.

Великая Отечественная война была не просто классовой. Она стала продолжением Гражданской войны.

Взгляните на этих людей.

Власовцы

Власовцы

Власовцы

Власовцы

Власовцы

У них разная национальность, образование, вероисповедание, но все они были объединены единой идеей — ненавистью к воле нашего народа, к Советской власти, стремлением уничтожить всё то, что мы строили, и воцариться господами на нашей шее.

И за ними шли тысячи, десятки тысяч наших соотечественников. Одни — из трусости и слабохарактерности. Другие — сознательно, мстя народной власти за свои обиды. Третьи — мечтая о собственном поместье с холопами и дворовыми девками. Не только землю и недра захапать, но и изменить само устройство нашей жизни хотели эти люди. Они шли, вспоминая Николая II, благословляя Колчака и Врангеля, шли с теми же знамёнами, под которыми двадцатью годами ранее продажные холуи иноземных захватчиков кромсали нашу Родину.

В одном строю с ними шагали хорватские усташи и сербские четники, испанская «голубая дивизия» и дивизия «Галичина», татарские националисты и норвежские «Ваффен-СС».

А по другую сторону фронта с ними сражались не только русские люди. Вот послушайте:

Для чего я живу? Ради чего воюю? Ради чего готов умереть, на этой размытой дождями земле Подмосковья? Сын далеких-далеких степей, сын Казахстана, азиат — ради чего я дерусь здесь за Москву защищаю эту землю, где никогда не ступала нога моего отца, моего деда и прадеда? Дерусь со страстью, какой ранее не знавал, какую ни одна возлюбленная не могла бы во мне возбудить. Откуда она, эта страсть?

Казахи говорят: «Человек счастлив там, где ему верят, где его любят».

Вспоминаю еще одну казахскую поговорку: «Лучше быть в своем роду подметкой, чем в чужом роду султаном». Советская страна для меня свой род, своя Родина.

Я, казах, гордящийся своим степным народом, его преданиями, песнями, историей, теперь гордо ношу звание офицера Красной Армии, командую батальоном советских солдат — русских, украинцев, казахов.

Мои солдаты, обязанные беспрекословно исполнять каждый мой приказ, все же равные мне люди. Я для них не барин, не человек господствующего класса. Наши дети бегают вместе в школу, наши отцы живут бок о бок, делят лишения и горе тяжелой годины.

Вот почему я дерусь под Москвой, на этой земле, где не ступала нога моего отца, моего деда и прадеда!

Эти слова Баурджана Момыш-Улы, офицера панфиловской дивизии, известны нам по книге А. Бека «Волоколамское Шоссе». Говорят, выдающийся кубинский революционер Че Гевара называл её своей настольной книгой.

Момыш-Улы

По нашу линию фронта сражались не только те, кто имел паспорт с серпом-и-молотом. Под Сталинградом погиб Рубен Ибаррури, испанский коммунист и капитан Красной Армии. Испанские республиканцы, сражавшиеся под красными знамёнами на юге нашей страны, помнили его. Марсель Лефевр, французский рабочий и фразцузский лётчик, провёл тридцать воздушных боёв на нашем фронте и погиб под Витебском. Французская краснозвёздная эскадрилья «Нормандия — Неман» мстила за него врагу. Сотни монгольских и тувинских добровольцев вливались в общий рабоче-крестьянский строй… Партизаны Югославии и Греции, подпольщики Парижа и Бухареста, гарибальдисты и «Армия Людова», военнопленные и концлагерные заключённые всех национальностей — они были на нашей стороне. Многие русские эмигранты, такие как княгиня Оболенская, боролись как могли по нашу линию фронта. Сотни солдат Словакии, Румынии, Венгрии, посланные своими правительствами воевать против Советского Союза, переходили на сторону партизан. Вся реакционная, коричневая Европа нахлынула на СССР — и вся рабочая, угнетённая Европа, стиснув зубы, как могла сопротивлялась ей, помогала нам.

Да что словаки! Даже немцы… Фриц Ганс Вернер Шменкель, солдат немецко-фашистского вермахта, стал Героем Советского Союза. В самые страшные, тяжёлые дни осени 1941-го, когда иные наши соотечественники дрогнули и согнулись, этот солдат перешёл на сторону советских партизан. Он бесстрашно сражался с оккупантами. Фашисты расстреляли его в Минске в 1944-м… Об этом немце ничего не знали его соотечественники — эмигранты, которые с самого начала сражались в рядах Красной Армии против фашизма; стоит вспомнить лишь автобиографический фильм Конрада Вольфа «Мне было девятнадцать». Не знали о Шменкеле и те, кто прошёл долгий путь к прозрению, кто создавал в среде немецких военнопленных первые антифашистские группы, кто создавал затем Национальный Комитет «Свободная Германия» и «Союз немецких офицеров». Советские солдаты с изумлением встречали солдат и офицеров вермахта с белыми повязками «Freies Deutschland», появлявшихся в их расположении вместе с политработниками Красной Армии. А когда война пылала уже на польской и немецкой земле, на стороне советских войск уже действовали вооружённые подразделения немецких антифашистов. Например, боевому отряду немецкого лейтенанта А. Петера удалось пробиться в крепость Кенигсберг и вывести оттуда почти полностью одну из рот 561-й гренадерской дивизии. А при штурме Бреслау отряд обер-лейтенанта X. Фита участвовал в атаке на эсесовские штабы в северо-западной части города. Этот немец погиб и был похоронен в братской могиле вместе с советскими солдатами…

Рубен Ибаррури

Марсель Лефевр

Бойцы ЭЛАС

Немец, возможно, Фриц Шменкель

Великая Отечественная война вроде бы закончилась 9 мая 1945 года. Вторая мировая — несколькими месяцами позже. Но иногда кажется, что не закончилась. Классовые корни дают о себе знать… Путин проводит помпезные парады 9 мая и заявляет: «Невозможно перекроить историю под политическую конъюнктуру». При этом перекраивает историю. Российская власть официально покаялась за Катынь, где польские военнопленные были якобы расстреляны кровавым Сталиным. В России множатся памятники коллаборационистам и предателям — тем самым людям, которые воевали на стороне Гитлера. Недавняя история с мемориальной доской Маннергейму — душителю Ленинграда — стала лишь ярким эпизодом, но никак не исключением из правил. А теперь в Крыму собираются установить и памятник «чёрному барону» Врангелю.

Памятник власовцам

Памятник власовцам

В финском концлагереМаннергейм и Гитлер

 

Памятная доска Маннергейму

Консолидация нации? Согласие и примирение? Слова, от которых веет фальшью. Глядя в бегающие глаза современных чиновников и политиков, слушая их пустые речи из бесполезных слов, мы видим, как выстраивается в одну шеренгу череда врагов нашей страны, врагов всего честного и свободного, врагов всего того, что мы завоевали и заработали собственным трудом. Николай II и Колчак, Врангель и Краснов, Гитлер и Власов, Бандера и Маннергейм, Рейган и Горбачёв, Ельцин и Путин. Люди разные, а линия — та же.

Вчитайтесь в новости последних дней, и вы почувствуете смрадное дыхание фашизма… Полицаи Петербурга ищут патриотов Ленинграда, которые напомнили горожанам, что Маннергейм по уши в крови. Охрану памятника карателю усилили. Охраняют от народа. Государственная Дума РФ официально приняла закон Госдума одобрила применение Росгвардией оружия в толпе. Это значит, зондеркоманды смогут не только разгонять, но и расстреливать бастующих рабочих. Как это было при царе, как это произошло в Жанаозене, как это случилось недавно в Мексике, где полицаи расстреляли митинг учителей. Реальные доходы россиян за месяц сократились на 11,5%. А премьер-министр, желавший нам хорошего настроения, теперь напоминает своим однопартийцам, что «лимит на революции исчерпан». Возможность нашего народа к сопротивлению — главная головная боль для нынешней власти. Они знают: рано или поздно, так или иначе мы с вами не выдержим насилия, бесправия и безысходности. И тогда маски будут сброшены. Гауляйтеры и губернаторы новой России натравят на нас своих эсэсовцев, жандармов, полицаев. А мы… сможем ли мы достойно ответить?

Война не закончена. Наше 22 июня случилось четверть века назад. Наше 9 Мая ещё мы ещё не завоевали.

Александр Батов