Армавирская педакадемия как символ окончательного развала российского образования

Армавирская педакадемия Сейчас можно констатировать факт: творимое в российской системе образования безобразие — это полный крах того опыта и навыков, накопленных десятилетиями и даже веками. Хотя разруха в науке и просвещении, а с ней и смута в умах — явление не чисто российское, а общемировая тенденция. На Западе кромсать образование стали после студенческих бунтов 60-х, когда поняли, что молодежь слишком много знает, чтобы безропотно подчиняться большим начальникам. После развала Советского Союза в России и других бывших союзных республиках, за исключением разве что Белоруссии, новоявленный класс капиталистов посредством сговора с чиновничеством стал активно проводить ту же политику по отношению к подрастающему поколению, что и их западные собратья.

С коллапсом советской экономики социальное обеспечение населения свелось к минимуму, и вовсе не было восстановлено с приходом Путина, как талдычат кремлевские СМИ, а теперь, на излете лет путинской власти, от него остались и подавно рожки да ножки. Постоянное недофинансирование школ, училищ да техникумов, институтов с университетами, к тому же воровство поступающих туда денег непосредственно руководством учебных заведений, тотальная коррупция, разъедающая мораль преподавателей, их сплошная некомпетентность, вторжение мракобесия да геббельсовская пропаганда олигархической власти — все это превратило некогда одну из лучших образовательных систем в мире в фантик-пустышку, красивый снаружи, а внутри полный ноль.

Я хочу рассказать за один вуз моего родного города — он считается главным в Армавире, за АГПА, в котором я имел несчастье учиться. Характерные проблемы у Армавирской Государственной Педагогической Академии (АГПА после 2011, а до этого АГПУ — университет, и до 2003 АГПИ — институт) появились еще в Перестройку, в 1987 году, с приходом на пост ректора сотрудника этого же вуза Владимира Тимофеевича Сосновского. Я ссылаюсь на расследование, проведенное в 2004 году армавирским правозащитником и общественным деятелем Андреем Мозжегоровым, он тесно общался с доцентом из АГПА Борисом Федоровичем Кохановым — заслуженным ученым Советского Союза, новатором в области образования и изобретателем.

Особенности национального проекта «Образование».

В городской, региональной и центральной прессе за последние годы опубликовано около трех десятков статей, очерков и журналистских расследований, посвященных неудовлетворительному положению дел и безнравственному моральному климату в АГПУ (ранее АГПИ). В результате своего критического осмысления фактов, имеющих место в АГПИ, армавирский правозащитник и общественный деятель Андрей Мозжегоров подготовил три журналистских расследования. Первые два из них («Сколько времени нужно для правды» и «Криминальные сюжеты правдоискательства в АГПИ») были опубликованы в нескольких номерах главной газеты Краснодарского края -«Кубанских новостях» (№№ 202-203, 208-209, 210-211 и 214 за 2002 год). Вскоре после этого на Мозжегорова было совершено покушение, которое широко освещалось в СМИ Кубани. Лишить правозащитника жизни и нанести серьезный ущерб его здоровью организаторам покушения не удалось, однако им удалось (подковерной возней) воспрепятствовать публикации в прессе третьего журналистского расследования Мозжегорова об АГПИ.

Публикуя запрещенное журналистское расследование армавирца А. Мозжегорова, мы информируем жителей Кубани о негативных фактах работы АГПУ, которые ему удалось установить и которые, как нам стало известно, продолжают иметь место как в работе вуза, так и школ города.

От редакции сайта армавирского отделения N-ской партии, ныне ликвидированного (2004 г.)

Итак, статья Мозжегорова.

Нынешний ректор Армавирского государственного педагогического института (АГПИ) Владимир Тимофеевич Сосновский, о котором пойдет речь в этой статье, принадлежит к той плеяде руководителей современной высшей школы, деяниями которых не только сведено на нет качество высшего образования в России, но и дискредитировано само звание «учителя» и «педагога», как некоего нравственного ориентира для подрастающего поколения, впитывающего в стенах наших учебных заведений не только знания, но и этические начала для своей дальнейшей жизни.

Однако в этой статье речь пойдет не о том, как и по какой цене в наших вузах покупаются зачеты, экзамены и дипломы, а о том, что атмосфера нравственного разложения, созданная людьми подобными Сосновскому В.Т., привела не только к этической, но и научной деградации российских вузов.

Эту правду жизни не принято публично и открыто обсуждать. Как уже давно не принято в государстве российском говорить правду и честно смотреть этой правде в глаза.

Одной такой правдой является то, что именно в Краснодарском крае, именно в городе Армавире, в стенах Армавирского пединститута, еще в 1976 году был создан уникальный учебный план по выпуску учителей технологии для наших школ. Новаторы замыслили великое дело — начать подготовку преподавателей, которые бы учили детей и школе не простым приемам груда, а знакомили их и обучали навыкам работы в условиях современных технологий, готовя тем самым подрастающее поколение к миру научно-технического прогресса.

1. Армавирская трансформация идеи Хрущева.

Уроки труда в советской школе появились по личной инициативе Никиты Сергеевича Хрущева. Тогда в педвузах страны оперативно было организовано более сотни факультетов общетехнических дисциплин (техфаков) по подготовке учителей труда. На Кубани такой факультет открыли в АГПИ в 1971 году по инициативе тогдашнего проректора института профессора Щеколдина А.Г. Выпускник техфака АГПИ был научен обучать школьников черчению и мелкому ручному ремесленничеству из дерева и металла на столярном и слесарном верстаках.

Семидесятые годы прошлого столетия были для нашего государства годами застоя. Однако преподавателей-инженеров, создавших техфак АГПИ, застой и отставание нашей экономики толкали к творческим и смелым решениям. Именно в высоком технологическом образовании они видели возможность преодолений все возрастающего экономического отставания СССР от развивающихся капиталистических стран. И были совершенно правы в этом своем видении. Проводившиеся в это же время исследования в США, призванные ответить на мучавший госдепартамент вопрос о том, что позволяет отстающему в экономическом отношении Советскому Союзу выдерживать конкуренцию с более развитыми капиталистическими странами, дали неожиданный результат. Именно высокий уровень образования, который давала своему народу советская школа, обеспечивал все это время прочные государственные позиции нашему Отечеству. И новое технологическое образование, задуманное новаторами из АГПИ, способствовало дальнейшему сохранению этих позиций на мировой арене, формируя через систему образования новое мышление, свободно ориентирующееся в мире современных технологий и создающее новую экономику, основанную на достижениях научно-технического прогресса.

Уже тогда было известно, что доля советских изделий на мировом рынке наукоемкой продукции гражданского характера снизилась до 5%. Этот нерадостный показатель говорил о необходимости введения новых технологических стандартов образования, отсутствие которых вело к тому, что достижения научно-технического прогресса проходили мимо нашей промышленной продукции. Наша экономика была обречена на нарастающее отставание и утрату способности к автономному развитию. В такой тревожной ситуации преподаватели-инженеры АГПИ пришли к выводу, что необходимо срочно перестраиваться на обучение студентов современным высоким технологиям и через учителей перенести это обучение на школьников, обеспечив приоритет технологическому образованию в стране.

Таковыми были предпосылки к зарождению в СССР нового школьного учебного направления — технологического обучения в школе. И произошло это, как мы видим, на Кубани, именно в Армавире, где в стенах АГПИ с разрешения Министерства образования РСФСР началась с 1977 года пятилетняя экспериментальная подготовка учителей технологических дисциплин.

АГПИ первым в стране разработал экспериментальный технологический учебный план, впервые в системе педвузов СССР открыл две выпускающие кафедры: «Механизации сельского хозяйства» и «Технологии». Последнюю из них возглавил доцент, кандидат технических наук Коханов Б.Ф., которому суждено было не только участвовать в создании уникального учебного плана, но и стать свидетелем его полного уничтожения новым ректором — Сосновским В.Т.

Основу нового учебного плана составляли технологические дисциплины по приоритетным и критическим технологиям промышленности и сельского хозяйства Кубани. Планировалось за 20 лет, с 1982 по 2002 год, выпустить из стен АГПИ не менее 4500 учителей технологии, обеспечив преподавание нового предмета — технологии, всем школам Краснодарского края.

2. Триумфальное шествие техфака и «алаверды» Сосновского.

Предшественникам Сосновского ВТ. на ректорской должности удалось собрать на двух выпускающих кафедрах плеяду специалистов-инженеров, состоявшую из 10 доцентов, кандидатов технических наук. Эти люди оказались не только теоретиками нового школьного учебного направления. Они проявили себя работоспособными инженерами-практиками, которые даже в условиях институтского безденежья создали за 2-3 года и практически «с нуля» удовлетворительную учебную материальную базу для технологического обучения студентов.

Например, кафедре «Технологии» удалось построиться за счет финансовых средств, добытых хоздоговорной деятельностью научной лаборатории «Труботехнического и специального материаловедения», работавшей под научным руководством доцента Коханова Б.Ф. Эта лаборатория стала самой крупной хоздоговорной научной лабораторией в системе вузов Министерства образования РСФСР. Она проработала 16 лет и в течение 10 лет ежегодно выпускала уникальную научную продукцию, пополняя годовой бюджет АГПИ на 25-30%.

Через 3 года после основания, кафедра «Технологии» стала лучшей в АГПИ. В 1982 году был выпущен первый выпуск преподавателей современных технологий. В Армавире состоялась Всероссийская конференция, посвященная окончанию в АГПИ экспериментального учебного плана по выпуску новых учителей. Министерство образования РСФСР одобрило экспериментальный технологический учебный план АГПИ, наградило его ведущих разработчиков и рекомендовало его для внедрения в иные педвузы России. На базе экспериментального плана АГПИ в дальнейшем был создан всероссийский план подготовки учителей технологии.

Педагогические вузы страны последовали примеру АГПИ и, как ни странно, впоследствии обошли его в подготовке технологических учительских кадров. Мало того, АГПИ не просто отстал в подготовке учителей технологии, он вовсе уничтожил созданный им учебный план. Все это произошло стараниями нового ректора АГПИ — Сосновского В.Т., возненавидевшего высунувшихся на обозрение всей страны новаторов-технологов и созданный ими технологический факультет!

Сосновский В.Т. по личному произволу закрыл кафедры «Механизации сельского хозяйства» и «Технологии» и перепрофилировал технологический факультет на выпуск «учителей физики и труда», которых, судя по дипломному перечню изученных учебных дисциплин, правильнее было бы называть учителями «ни физики — ни труда». Сосновский упразднил также гордость и кормилицу АГПИ — хоздоговорную научно-исследовательскую материаловедческую лабораторию, несмотря на высокий спрос ее научной продукции и поголовное погружение студентов техфака в ознакомление с работой лаборатории, ее оборудованием и высокими технологиями по производству специальных конструкционных материалов для работы в экстремальных условиях вакуума, низких и высоких температур, пониженного износа и низкого трения.

При этом только на кафедре «Технологии» было закрыто и варварски разрушено 10 технологических учебных кабинетов и лабораторий, ставших к тому времени лучшими в АГПИ, а их современное учебное и научное оборудование стоимостью более 300 тыс. долларов США было растранжирено. Всех преподавателей-технологов постепенно вытеснили из АГПИ.

Высококвалифицированные преподаватели, опытные специалисты от приоритетных и высоких технологий исчезали из вуза тихо и покорно. Поднял свой голос против ректорского произвола и гибели технологического обучения лишь один человек — Коханов Борис Федорович, доцент, кандидат технических наук, заведовавший в АГПИ кафедрой «Технологии».

3. Одинокий голос человека.

До прихода Сосновского к руководству АГПИ Коханов был одним из центров событий в институте. Как руководитель, он никогда не требовал от подчиненных большего, чем давал сам, и считал, что на них убедительней всего действуют не слова, а примеры. Его главными детищами и своеобразными визитными карточками были: восставшая из небытия и за 3 года превратившаяся в лучшую кафедра «Технологии», самая крупная в системе вузов Минобразования РСФСР; научные лаборатории; беспрецедентная в истории АГПИ система культурно-массовой работы на техфаке, в рамках которой на факультете ежегодно проводилось около 17-ти массовых студенческих мероприятий, ставших эпицентром культурной жизни института и местом регулярных встреч сначала институтской, а затем и городской молодежи.

Профессор Тульчий В.И. — предшественник ректора Сосновского, добился предоставления квартиры для семьи доцента Коханова, как самого ценного специалиста АГПИ.

Столкнувшись с диким произволом ректора Сосновского, организовавшего перепрофилирование образования на техфаке, Коханов, стараясь не выносить сор из избы, в течение 7 лет критиковал автора регресса выступлениями на заседаниях советов и кафедр, а также служебными записками. В ответ — абсолютная тишина. А беспорядки тем временем все множились и множились.

Коллеги вели себя по-разному: одни — помалкивали, другие — покидали вуз, третьи — сотрудничали с Сосновским, а Коханов — одиноко боролся с начавшимся развалом. В конце концов, ему надоело кричать в пустоту. Он обратился письменно в Министерство образования с жалобой о катастрофическом развале учебного процесса в АГПИ. Было это в апреле 1994 года. Ответа не последовало. Он продолжал обращаться, написав десятки писем в различные инстанции: в Администрацию края, в Администрацию г. Армавира, к депутатам разного уровня. Но ни одна инстанция по сей день так и не проверила и не дала должной оценки ни одному из сообщенных Кохановым фактов — глаза и уши власти оказались крепко закрыты.

Ректор Сосновский терпел письма Коханова ровно один год, «вытерпев» за это время 36 его писем в адрес министра образования. После чего пошел на доцента войной.

Коханов Б.Ф.В начале любой войны первая ее жертва — правда! Не стала исключением и война против Коханова — ректор предпринял попытку уволить Коханова из вуза с помощью сфабрикованного уголовного дела, которое развалилось, едва родившись на свет. Вскоре было сфабриковано второе уголовное дело! Но и оно провалилось! Пришлось фабриковать третье, также потерпевшее фиаско! Все эти дела сопровождались незаконным содержанием под стражей доцента Коханова, проведшим в застенках в общей сложности 85 суток. Не будем повторяться о подробностях чудовищной истории преследования доцента Коханова правоохранительными органами и отошлем читателя к нашим очеркам «Сколько нужно времени для правды?» и «Криминальные сюжеты правдоискательства в АГПИ», опубликованным газетой «Кубанские новости» за 2, 8, 9 и 12 октября 2002 года и на которые, кстати, пока никакая ветвь нашей власти так и не отреагировала.

Уголовные дела против доцента Коханова не сработали и сделать его уголовником ректору не удалось. Поэтому, как ни хотелось Сосновскому, а увольнять Коханова пришлось не по уголовному кодексу, а по трудовому, да и то со второго раза. После первого увольнения Коханов через 3 месяца был восстановлен на работе судьей Армавирского городского суда Прищеповой Л.Д., а второе незаконное увольнение продолжается уже более 7 лет.

Усмирить Коханова этим не удалось. Он продолжал рассылать жалобы в различные инстанции. В конце концов, просто наняли киллера. Однако зашибить насмерть Коханова ему так и не удалось. Правдоборец отделался синяками, ссадинами и кровью. В общем, воистину — двигателем цивилизации являются человеческие жертвоприношения, и доцент Коханов сполна заплатил за критику произвола ректора АГПИ!

Вот такие нравы царят в кубанской высшей школе! И все-таки Коханов своим примером показал, что человек, выросший в косной, архаичной и жестокой системе, все-таки может вырваться за ее пределы. Этот пример особенно важен для подрастающего поколения, для тех, кто придет завтра. Драма Коханова заключается в том, что за правдоискательство всегда приходится платить большую цену!

4. Бездарный руководитель вуза таит в себе национальную опасность.

На ректоров вузов в российских институтах студентов не учат, но любой человек, ставший ректором, должен понимать, что уровень дела определяет уровень людей, которые в этом деле участвуют.

Сосновский В.Т.Свою деятельность на посту ректора АГПИ Сосновский начал с игры на понижение уровня руководящих кадров на техфаке. Он затеял тихую кадровую революцию, позволившую искривить перспективное и непонятное Сосновскому технологическое направление факультета, в котором он ничего не смыслил, а потому и боялся. В свое время царский генерал Ермолов говорил об особом таланте Николая I: никогда не ошибаться и всегда определять на ту или иную должность самого неспособного. Таким «особым талантом», несомненно, обладает и ректор Сосновский, которому с помощью партийных интриг удалось обезглавить техфак, сместив с должности декана одного из отцов-основателей факультета — инженера и доцента Монтакова В.А., кандидата технических наук, который был заменен начинающим ассистентом вуза и даже без ученой степени, простым учителем физики и математики. В результате этой кадровой диверсии учитель физики и математики стал руководить сложным техническим факультетом с тремя инженерными кафедрами и десятком опытных доцентов, кандидатов технических наук, ни чего в их работе не понимая! Конец технологического образования в АГПИ был предрешен!

Непрофессиональные генералы страшнее непрофессиональных солдат. Стало ясно, что замена кадров на техфаке преследует не учебные, а какие-то личные, конъюнктурные ректорские интересы. В условиях бесконтрольности сверху ректору стало возможным делать с кадрами и учебным планом все что угодно и ни за что не отвечать.

Вот так, после 8-летнего роста и плодотворного развития техфака, было организовано низвержение факультета с достигнутых высот. За неразумной сменой факультетского руководства на техфаке последовала кадровая анархия и в итоге ректор разместил на всех штатных технологических должностях людей нетехнологических специальностей (учителей физики, математики, педагогики; инженеров: электриков, химиков и т.п.). С таким кадровым составом продолжать подготовку учителей по технологическому учебному плану стало невозможно! Новые ректорские кадры быстро загнали своего патрона в угол, и Сосновскому ничего уже не оставалось, как вернуться назад — в 1971 год. Он свернул технологическую подготовку будущих учителей и вывесил старый флаг — перевел факультет на выпуск «учителей физики и труда». Лозунг начавшегося развала был прост — вперед к регрессу!

Сосновский, чуждый всего нового, фактически избрал путь академика Лысенко Т.Д., уничтожившего в зачатке советскую генетику, а его последователи и кибернетику. Сейчас хорошо известно, что последствия «лысенковщины» для нашей науки стали чудовищными, затормозив в стране на долгие годы развитие важнейших наук современности. А вот последствия «сосновщины» для экономики Кубани нам предстоит еще оценить. Об этом мы поведаем в заключение статьи.

5. Образовательная яма.

В сентябре 1994 года, под нажимом тогда еще не уволенного из института доцента Коханова, руководство АГПИ скривило мину и объявило о возврате института к подготовке учителей технологии по государственному учебному плану. Основу этого плана, как оказалось, составлял план АГПИ от 1977 года, из которого, к сожалению, исчезла подготовка учителя технологии для сельской школы, так необходимая для сельскохозяйственного Краснодарского края.

Но и возврат этот оказался фикцией, в которой легко удостовериться, заглянув в дипломы выпускников техфака 1999, 2000, 2001 и 2002 годов. Отсутствие в вузе минимально необходимой учебно-материальной базы (кабинетов, лабораторий, цехов, оборудования, дидактических материалов и т.п.) можно и не проверять, потому что перечень и расчасовка записанных в дипломах учебных дисциплин постоянно изменяются от года к году и грубо не соответствуют образовательному стандарту и государственному учебному плану (вместо 23 пунктов учебных технологических дисциплин в дипломы выпускников обнаруживается лишь 5-6 пунктов).

Куцый набор и мизерная расчасовка учебных технологических дисциплин не позволяет студентам проходить технологические практики и выполнять технологический, курсовой и дипломный проекты — студенты не имеют для этого достаточных знаний, а некомпетентные в технологии преподаватели не в состоянии разработать им задания для таких проектов и практик.

Выпускники АГПИ 1999-2002 годов, получившие квалификацию «Учитель технологии» совершенно не подготовлены преподавать уроки технологии в школе, поскольку министерская школьная программа требует проводить уроки технологии не в мелком ремесленничестве по дереву и металлу, а в обстановке технического творчества детей и заканчивать учебный год персональной творческой работой школьника, т.е. высокотехнологичным техническим изделием бытового, учебного или промышленного предназначения.

Студентов АГПИ совершенно не учат такой работе со школьниками (хотя выполнение школьником проекта на уроках технологии министерство ввело с 1993 года), им не могут показать на занятиях, как это делается, и все потому, что объем технологического обучения в вузе оказался крайне недостаточным, и в результате — после пятилетнего времяпровождения студентов в АГПИ перед ними остро встает вопрос о получении другого образования, в другом вузе, которое, может быть, сделает их годными к трудовой деятельности на иной ниве.

Уровень учебы в АГПИ находится в закритическом положении, и доцент Коханов давно поставил диагноз болезни вуза и многократно сообщал об этом в различные инстанции, вот только с лечением эти инстанции так же закритически опоздали, а точнее и вовсе ничего не желают лечить.

При нынешнем руководстве вузом и нынешней расстановкой кадров руководителей и преподавателей — ситуация на техфаке неисправима, поскольку кадры эти, давно потерявшие представление о собственной пользе, учат студентов не тому, что требует образовательный стандарт, а тому, что умеют, т.е. всякой всячине. Так, армавирская газета «Правовест» сообщила, как мама студентки техфака искала для курсового проекта дочери учебники по добыче нефти и истории одежды, вместо учебников по машиностроению.

Некомпетентные в дисциплинах образовательного стандарта руководители и преподаватели техфака вынуждены имитировать свою полезность в подготовке студентов по якобы дополнительным специальностям. Армавирские СМИ в своих публикациях перечислили весь этот перечень доп. специальностей. Очень странно выглядит сей «винегрет»:

Культура дома и декоративно-прикладное творчество;

Безопасность жизнедеятельности;

Экономика;

Экономика и управление;

Автодело и сельхозтехника;

Техника и техническое творчество.

Все перечисленные специальности, если они действительно имеются в государственном классификаторе дополнительных специальностей — не совместимы с содержанием образовательного стандарта на учителя технологии (кроме последней, которая непосредственно входит в стандарт и поэтому ее нельзя выделять в отдельную специальность). Следовательно, вводить в учебный процесс вышеперечисленные специальности, как дополнительные, можно лишь в нарушение стандарта: в учебном плане на них нет свободных часов, а отнимать часы у технологических дисциплин — незаконно. К тому же, о каком дополнительном образовании на техфаке можно вести речь, если в институте не развернута подготовка по основной специальности.

Вуз — это более совершенная система, чем ПТУ или техникум! Не понимая сути проблемы — ее не решить! Отсутствие у руководителей и преподавателей техфака необходимого для работы там базового инженерного образования — надежно гарантирует невозможность возврата техфака на прежний уровень, а тем более, надеяться на дальнейшее его развитие! Если бы кто-то замыслил дискредитировать саму идею подготовки учителей технологии, то он увидел бы, что в АГПИ опробована наиболее эффективная модель такой дискредитации!

6. Эпилог

Многолетними незаконными преследованиями и глумлением над честью и достоинством доцента Коханова правоохранительные и судебные органы надежно сковывали его профессиональную и гражданскую активность в борьбе за наведение порядка в технологическом обучении. Эти органы помогли ректору Сосновскому В.Т. вырвать правдоборца из учебного процесса вуза и продолжают удерживать его в стороне от преподавательской деятельности более 7 лет. Одновременно с этим административная власть всех уровней, в том числе и органы образования, с апреля 1994 года по настоящее время упорно дезавуируют любые письменные обращения в их адрес и скрывают «липовыми» документами кризисное положение и упадок технологического обучения в Краснодарском крае.

Например, руководитель краевого департамента науки и образования Иванова А.А., еще до вступления в эту должность, скрепила своей подписью в июле 2001 года справку о якобы благополучном положении дел на техфаке АГПИ.

В итоге на сегодняшний день незаконными совместными усилиями в пользу руководства АГПИ, осуществленными органами образования, правоохранительными и судебными органами края, «достигнуты» следующие впечатляющие результаты:

1. Доля российских изделий на мировом рынке наукоемкой продукции гражданского характера составляет ныне 0,3% (напомним, что в 1977 году, когда техфак АГПИ перешел на экспериментальный технологический учебный план, эта цифра составляла 5%). В случившемся отставании немалая вина нерадивых чиновников от образования Кубани, оказавшихся неспособными обеспечить приемлемые технологические стандарты образования населению региона. И мириться с этим более нельзя, поскольку в сегодняшнем мире экономический рост на 90% обеспечивается за счет внедрения новых знаний и высоких технологий.

2. В школах края на уроках технологии мальчики продолжают учиться мелкому ручному ремесленничеству из дерева и металла на столярных и слесарных верстаках, как это было и четверть века назад на уроках труда.

3. Студентов техфака АГПИ не обучают критическим технологиям сельского хозяйства и промышленности, используемым в Краснодарском крае, а также перспективным для края высоким технологиям, что делает выпускников АГПИ непригодными к роли современных школьных учителей технологии, не обученным в институте выполнять министерскую школьную программу.

4. Студентов техфака обучают не по образовательному стандарту. По сути, факультет из технического превратился в факультет кройки и шитья одежды и мягкой игрушки, где учебные часы и дисциплины вместо обучения студентов критическим и высоким технологиям — разбазарены и отданы под второстепенные технологические дисциплины от легкой промышленности, экономики и обеспечения жизнедеятельности, которые в случае действительной потребности преподавания их в школе, должны изучаться на факультете дополнительного профессионального образования АГПИ, а не втискиваться на техфак.

5. Если руководство края совместно с Министерством образования РФ немедленно приступит к исправлению обучения студентов в АГПИ (что оптимально сделать срочным возвратом в вуз, изгнанных ректором специалистов) — первый качественный учитель технологии поступит в кубанскую школу не ранее 2008-2010 гг.

6. Технологическое обучение населения Кубани реально заторможено проректорством и ректорством в АГПИ Сосновского В.Т. на 24-26 лет, чем нанесен катастрофический ущерб экономике и культуре края.

7. Около 5000 выпускников техфака АГПИ не обучены по вине института выполнению со школьниками на уроках технологии современных учебных программ.

8. В пересчете на современные финансовые затраты на подготовку учителя — только на техфаке АГПИ нецелевым образом израсходовано около 300 млн. рублей.

9. Кризисное положение в АГПИ и «крышевание» ректора Сосновского со стороны органов правопорядка и административной власти благодаря средствам массовой информации («Кубанские новости», «Общая газета», «Армавирская газета», «Сочи», «Правовест», «Наш Армавир», «Семь пятниц») получило широкую огласку. И власть обязана принять срочные меры по восстановлению Технологического обучения в кубанских школах! И начинать надо с АГПИ!

P.S. В бытность Советского Союза подобная деятельность в образовательной сфере была бы немедленно пресечена в минимально короткий срок, а руководители института объявлены «врагами народа» за подрыв системы государственной безопасности.
Ныне же в России иные времена. Разрушительное руководство институтом продолжается более 15 лет. Президент Ельцин удостоил ректора Сосновского В.Т. звания «Заслуженный работник высшей школы России», а декан факультета технологии Галустов Р.А. в 2002 году объявлен газетой «Армавирский собеседник» «Человеком года» по номинации «Лидер научно-творческой интеллигенции». Осталось только цикл предметов «Кройки и шитья» назвать высокой технологией, и Россия может уверенно переходить в разряд передовых стран современной цивилизации.

Это было описание ситуации в педакадемии на момент 2003-2004 гг. Мое знакомство с АГПА произошло в 2007 году. Я при поступлении в этот вуз не питал особых иллюзий относительно качества обучения в нем, мне еще по школе был известен средний уровень образования как в Армавире, так и в России в целом. Я, конечно, не говорю за какие-то особые вузы, те, которые в основном находятся в Москве и Петербурге, т.к. поступление в них требует больших денег и больших связей или исключительных талантов — ни тем, ни другим я не владел на момент окончания школы, впрочем, и сейчас тоже самое.

К 2007 году структура Армавирской педакадемии была еще больше расшатана, в вузе прибавилось коррупции, некомпетентности, морального регресса преподавателей, лжи и лицемерия высшего руководства. Мне стало известно, что большинство студентов, за небольшим исключением (включая меня), платили при поступлении взятки, от одного товарища я услышал информацию о 70 тыс. рублей. Система взятничества процветает и во время сессии, зачет стоит порядка 500-1000 руб., экзамен — 2-5 тыс. руб, курсовая 5-10 тыс. руб., дипломная — от 10 тыс. руб. и выше. Причем, за экзамены, зачеты и пр. (особенно начиная со 2-го курса) денег не дают только самые лояльные студенты: кто находится в заведении «по блату», кто занимается так называемой «общественной работой», заключающейся в прославлении курса Путина и «Единой России» — вожатые, помощники депутатов от «Едра», профорги и прочие «нашисты». Они могут вообще не являться на занятия и не заниматься ни учебой, ни научными исследованиями. Главное — сиди тихо и смирно, никакой инициативы и никакой критики за рамками неофициально предписанных порядков. Студенческое самоуправление, профсоюзы, демократические принципы в научно-образовательной работе — все это фарс в современной российской высшей школе. Как увидишь нынешних профессоров — за голову хватаешься! На протяжении 2-х лет моего пребывания в педе я был свидетелем стремительного возвышения кандидатов наук в доктора и просвоения им звания профессоров! Это за какие такие заслуги? За то что громят российское образование? Такими темпами скоро профессоров станет больше, чем студентов! Распределение выпускников сведено к минимуму, выдали диплом — и гуляй на все четыре стороны, к тому же дальше учителя и аспиранта 95 % студентов не пойдут. Кто остается делать карьеру в АГПА — это либо «свои люди», либо гиперлояльные подхалимы.

Сосновский пробыл на посту ректора до 2009 года, после чего перешел окончательно в городскую Думу, он то сам давний «единоросс», а в 2010 году был назначен мэром Армавира А. Харченко председателем гордумы. Новым руководителем стала Гатиева А.М., которая через два года вылетела из педа из-за разрозившегося скандала, связанного с ее поддельным дипломом о высшем образовании. Ее сменил А.Р. Галустов. Распад вузовского образования, подогреваемый реформами Минобрнауки, продолжился. Это касается всех без исключения кафедр.

И логическим завершением гибели АГПА стал пожар, начавшийся в 7 часов вечера 12 января 2012 года, в котором оказался значительно поврежден главный корпус вуза, была сожжена новая компьютерная техника и пострадала самая большая в городе библиотека, где находились в т.ч. и редкие книги. В связи с пожаром учебный процесс был подорван бесповоротно, началась бессмысленная ротация кадров, многие преподаватели стали покидать академию. Причина пожара — неисправная электропроводка. Раз за разом до того рокового дня пед навещала пожарная инспекция, обнаруживала нарушения, давала указания руководству, но исправлений не последовало. Хотя и закрадывается мысль, что это мог быть не пожар, а поджог. Здание АГПА находится все-таки в центре города, многие бизнесмены положили на него глаз, в воздухе носились слухи о закрытии вуза и продажи его помещений частным лицам. Но тем не менее, педакадемию было решено восстановить в прежнем виде, правда основные ремонтные работы стали производиться лишь спустя 10 месяцев после пожара, а до этого сразу же по происшествии были выделены из краевого и городского бюджетов около 50 миллионов рублей, потом в сентябре опять 50 миллионов, ремонт корпуса не закончен и по сей день и далек от завершения.

Для одних упадок школ и университетов — трагедия, для других — повышение по службе. Наталья Наумова, которая была вице-мэром Армавира по социальным вопросам, курировшая в т.ч. и городское образование, в 2012 г. стала министром образования Кубани.

Диагноз российскому образованию: оно если еще не убито окончательно, то находится в глубокой коме.

О.Полицковой