МАРКС, МАКДОНАЛЬДС И… ВАМПИРЫ

«Вы социализированы – и, следовательно, вас приучили специально подставлять свою шею под зубы вампира»

Предисловие переводчика: Когда переводилась эта статья, пришла информация о готовящейся в Нью-Йорке и еще нескольких городах США забастовке работников Макдональдса и ряда других заведений фаст-фуда. Такого рода забастовка беспрецедентна не только для США – работники фаст-фуда являются одной из наименее защищенных категорий рабочих, и, как правило, они неорганизованны. Текучесть кадров и ограничения на создания профсоюзов в этой сфере позволяют эксплуатировать работников фаст-фуда сильнее, чем в других сферах, повышая, соответственно, уровень прибыли «кровососов»….

«Согласно данным Бюро трудовой статистики США, работа в ресторанах быстрого питания является самой низкооплачиваемой категорией рабочих мест в Нью-Йорке. В то же время численность рабочих, занятых в данной индустрии увеличилась в городе на 55 процентов с начала XXI века. Прибыль McDonald’s увеличилась на 130 процентов за четыре года».

И, тем не менее, организованное выступление работников фаст-фуда – McDonald’s, Burger King, Domino’s, KFC, Taco Bell, Wendy’s и Papa John’s – все-таки, состоялось. Этому предшествовала не только длительная агитация среди работников сетей фаст-фуда, но и более глубинная работа ряда американских преподавателей вузов, старавшихся донести до своих студентов марксистские экономические теории, излагая их доступным языком и иллюстрируя примерами, имеющими непосредственное отношение к реальной жизни студентов, которые зачастую и подрабатывают в заведениях фаст-фуда, чтобы оплатить учебу.

Об этом, в частности, говорит статья американского антрополога, описывающего свой метод преподавания трудовой теории стоимости Маркса студентам-работникам Макдональдса.

***

«Капитал – это мертвый труд, который, как вампир,

оживает лишь тогда, когда всасывает живой труд,

и живет тем полнее, чем больше живого труда он поглощает»

Карл Маркс «Капитал» т.1.

Во время предвыборных дебатов Обама обвинял Ромни в том, что тот «неправильно считает». Однако никто из них в принципе не затрагивал самых важных для Америки математических подсчетов. Да и вообще у нас редко учат делать подобного рода подсчеты. А ведь речь-то идет о вампирах и… рабочих местах.

На протяжении своей жизни я сменил 42 места работы. Впервые я начал работать в шесть лет, когда в 1962-м году на своей красной тележке подвозил для пожилых женщин сумки с продуктами из супермаркета в родной Филадельфии. У этих женщин не было машины. За эту работу я иногда получал четверть доллара – а чаще меня просто угощали стаканом охлажденного чая.

Потом я работал в нескольких заведениях фаст-фуда. Но первую свою работу в этой сфере я никогда не забуду. В 1975-м году мне было 19 лет, и я работал в «Джино» в пригороде Филадельфии  (Джино — сеть заведений фаст-фуда, конкурировавшая с Макдональдсом – прим. ред). В рекламе Джино говорилось о «гибком графике работы», что должно было привлечь студентов. А я тогда как раз пытался подзаработать денег себе на обучение в колледже. Я подписал контракт, в котором оговаривалось, что за работу я должен получать 1 доллар 90 центов в час – плюс один бесплатный гамбургер за смену.

Однажды мне позвонили буквально в последний момент и срочно позвали в Джино на вечернюю четырехчасовую смену. Машины у меня не было. Я добирался через весь город общественным транспортом, торопясь успеть к 16.00. Тут начался дождь – я приехал весь промокший до нитки, но успел ровно к 16.00. И как только я зашел, мне сказали: «Ты нам сегодня не нужен, Брайан».

– Но я ведь больше часа добирался сюда, и я хочу работать. Пожалуйста, позвольте мне приступить к работе.

– Ты что не видишь? – менеджер указал за окно – Дождь. Льет как из ведра. Никто не придет. Клиентов не будет. Ты нам сегодня не нужен. Выходи в субботу, на смену с 11.00.

– А можно мне тогда хотя бы бесплатный гамбургер?

– Но ты же не работал!

Домой я вернулся к шести вечера. Время, затраченное на поездку от дома на работу и обратно – три часа. Заработок – 0.00.

Этот случай стал мне уроком. Я думал тогда: а почему нам не оплачивают время, затраченное на дорогу на работу, или время, затраченное на приготовление к работе? И почему у работников вообще нет никакой власти? Кто и как решает, что за час мы должны получать именно 1,90? Подобные размышления привели меня к более серьезным вопросам о времени, товарном производстве, перераспределении труда, о математике – и, в конце концов, к мыслям о том, что мы можем и должны сопротивляться.

Тайное знание

Итак, моя нынешняя работа уже 42-я по счету. Вот уже восемь лет я преподаю антропологию. На протяжении жизни я состоял в трех разных профсоюзах. С тех пор, как я в детстве толкал свою красную тележку с сумками, я много чего изучал и многое понял о том, что такое капитализм, сопротивление и… кто такие вампиры.

Один из наиболее важных уроков преподал мне Карл Маркс и его трудовая теория стоимости. Это было для меня открытием. Мне казалось, что я обрел некое тайное знание, которого не должен бы был получать. И ведь действительно – ни один преподаватель или профессор колледжа никогда не упоминал даже имени Маркса – вплоть до того момента, когда я получил диплом.

Радикальные знания говорят о преобразовании мира и вас самих. Если воспринять их должным образом, то они не могут уже не затрагивать вас лично. Как писал антрополог Стэнли Даймонд: «Если антрополог не противостоит своему собственному отчуждению, которое является лишь частным примером общих условий; если он не пытается понять, откуда идут корни его собственного отчуждения; если он в результате не созревает до беспощадной критики своей собственной цивилизации – той самой цивилизации, которая и является символом современного человека, как такового, то он, следовательно, не в состоянии понять самого себя или даже просто опознать себя самого в других и других в себе».

Даймонд писал эти строки около 40 лет назад. И я с ним полностью согласен – поэтому я сейчас здесь и работаю. Хотя, надо признать, в современных университетах не хватает серьезной критики самой нашей цивилизации. И я понял, что применение положений Маркса к ежедневной жизни является отправной точкой борьбы с отчуждением моих студентов. Например, о бургерах и фаст-фуде я рассказываю им следующим образом.

Маркс в Макдональдсе

– Кто-нибудь из вас работал в Макдональдсе? – спрашиваю я своих студентов. И обычно пять-шесть человек поднимают руки.

– А как насчет оплаты? Сколько вам платят?

– Да кошмар, вообще – около  семи долларов в час. Нас там просто эксплуатируют.

– Эксплуатируют? И как же?

– Нам следовало бы платить 9-10 баксов в час.

– Нет. Вы даже не представляете, сколько вам должны были бы платить. Давайте вместе рассмотрим, что писали по этому поводу Карл Маркс и прочие прогрессивные экономисты.

Если бы Маркс был жив, то он заметил бы, что корпорация Макдональдс, как и любая капиталистическая институция, платит продавцу бургеров за его (или ее) «рабочую силу», а не за сам «труд». Это означает, что босс будет вам платить фиксированные 7,15 долларов в час – а затем использует все возможные средства (надзор, принуждение, технический контроль), чтобы выжать из вас каждую каплю труда. Вашего труда, прибавленного к стоимости гамбургера, достаточно для того, чтобы ваша часовая зарплата окупалась за первые 20 минут работы. Иными словами: большую часть вашего рабочего дня вы работаете «за бесплатно».

А теперь давайте сравним два периода времени на кухне Макдональдса. Первый период – часы-пик – это 5-6 часов вечера. Второй период – все остальные часы, со средней посещаемостью клиентов.

В часы-пик продавец гамбургеров бегает, отчаянно пытаясь успеть всех обслужить, и продает в среднем 210 гамбургеров в час. Он готовит гамбургеры под неусыпным взором надзирателя. Лихорадочно добавляет кетчуп, горчицу, майонез. Заворачивает все это и подает (биг-маки и чизбургеры требуют больше времени на приготовление). Бургеры продаются по 1 доллару за штуку.

Приготовление бургера, естественно, прибавило к его стоимости стоимость затраченного на его приготовление труда (в добавление к стоимости труда рабочих, выращивавших коров, забивавших их, транспортировавших мясо, строивших используемую при этом технику и машины и т.д.). И все это для того, чтобы помочь Макдональдсу получить те самые 210 долларов за час, на которые продает гамбургеры в час-пик один продавец.

Затем, через два часа – с 8 до 9 вечера – посещаемость падает, и уровень продаж бургеров возвращается на средний уровень – около 70 бургеров в час. Работник по-прежнему постоянно занят, однако продажи падают, и он приносит Макдональдсу лишь около 70 долларов в час.

– А теперь вопрос к классу: если учитывать, что продавец работал втрое больше во время часа-пик, и, соответственно, принес своему боссу втрое больше прибыли (210 долларов и 70 долларов, соответственно), сколько он получит в качестве компенсации за работу в час-пик?

– Нисколько. Он получает такую же почасовую оплату – отвечают студенты.

– Да, столько же – и ни центом больше. Работнику платят те же 7,15 долларов в час, без каких-либо дополнительных бонусов. Ему платят за «рабочую силу», за его способность работать, будучи «рабом зарплаты» – то есть за его способность исполнять приказы, исполнять потенциально неограниченный объем работы по требованию надзирателя. Ему не платят за фактические результаты его труда. По сути, работник – это «курица, которая несет золотые яйца».

Однако в сущности, если бы работнику платили за его фактически исполненную работу, он получал бы приблизительно 64,35 долларов за работу в час-пик и 21,45 долларов за обычный час работы. Эта сумма была бы намного ближе к той стоимости труда, которую он прибавил к стоимости товара (далее я объясню этот момент детальнее, основываясь на работах политэкономиста Ханса Эрбара).

После этих слов мои студенты обычно начинают нервно ёрзать – чувствуется, что они не верят.

Я говорю им: «Вы социализированы, и, следовательно, вас приучили специально подставлять свою шею под зубы вампира».

Именно поэтому Карл Маркс и сравнивал капитал с вампиром. Вы, вероятно, много знаете о вампирах из фильмов типа «Сумерки» или «Авраам Линкольн: охотник на вампиров» – но вы немного еще знаете о тех вампирах, которые присутствуют вашей повседневной жизни. Несмотря на то, что в школе вы много лет учили математику, вам так и не преподали основной математический урок: какова же в действительности стоимость вашего труда за час? Кто-нибудь хочет что-то сказать по этому поводу?

Далее обычно начинается обсуждение, в котором высказываются несогласие, критика и сомнение. Для кого это открытие, кто-то воспринимает мои слова с юмором. Критика, которую высказывают студенты, обычно сводится к тому, что капиталисты, якобы, «создают рабочие места», помогая людям выжить. «Капиталист рискует и заслуживает тех денег, которые зарабатывает. А рабочие обычно ленивы и ими необходимо управлять» – такие и им подобные фразы нередко можно услышать от студентов.

– Но разве не рабочие создают все богатства капиталиста? – спрашиваю я. Затем я позволяю студентам свободно обсуждать этот вопрос и общаться, не перебивая их. Каждому надо дать возможность высказать свои взгляды. Я стараюсь не сдерживать дискуссию студентов в рамках так называемой «политкорректности». Ведь задача педагога – научить студентов мыслить и задумываться над всем тем, что непосредственно влияет на их повседневную жизнь.

Итак, откуда же берется прибыль?

Затем я задаю студентам вопрос: «Откуда же в таком случае берется прибыль»?

Они наперебой отвечают:

– Спрос и предложение.

– Цены в магазинах поднимают.

– Заводы переносят в Китай.

Они, словно бы не слышали, о чем я перед этим рассказывал. Я говорю им: «Вы в чем-то правы, когда упоминаете Китай – но дело-то в данном случае совсем в другом. Суть в том, что согласно Марксу, именно труд создает всю стоимость. И я возвращаюсь к центральной теме дискуссии: «При капитализме вам платят за единицу времени – за час, но не за единицу производства – в данном случае, за бургер. Короче, капитализм – это кража. Источником прибыли капиталиста являетесь именно вы. Его прибыль – это украденный у вас труд». А в качестве иллюстрации к вышесказанному я предлагаю им посмотреть вот это шестиминутное видео о марксовой теории стоимости.

Колледжи, в которых я учился, давали мне немного знаний по этим вопросам. Но однажды я заметил, что такие издания, как Philadelphia Inquirer и Daily News часто пишут о жизни рабочих в моем городе. Поэтому я начал ежедневно читать эти газеты. Читать пристально и внимательно, пытаясь найти соответствия между написанным и моим личным опытом жизни в этом городе.

В студенческие годы я подрабатывал по 40 часов в неделю на разных работах. Я мотался из одного конца города в другой, и потому много времени проводил в метро. Я старался использовать это время с пользой – я читал. И понял, что можно взять практически любую мейнстрим-газету, почерпнув из нее больше знаний о жизни в городе, чем можно получить в колледже.

Современные колледжи лишь приспосабливают вас к рабочему месту, при этом не оспаривая саму трудовую политику. Сейчас, когда я пишу эту статью, и вижу у себя на столе воскресный выпуск New York Times. Если бы я сейчас преподавал, то использовал бы его в дискуссии со студентами для подтверждения своего тезиса о вездесущности критической информации (если мы ее, конечно же, ищем). В этом номере есть материал, который подтверждает мой личный опыт работы в сфере фаст-фуда. И положение там действительно незавидное.

Журналист Стивен Гринхаус, в статье «Неполное рабочее время – часы работы сокращаются», написал, что «за последние двадцать лет во многих крупных сетях предприятий розничной торговли по всей стране коэффициент работников, работающих полное рабочее время, сократился с 80 до 70%». В 2012-м году менеджеры компаний уже не смотрят в окно, чтобы определить погоду и решить, стоит ли кого-то еще вызывать на работу. Они используют программное обеспечение, которое на основании прогноза погоды, составляет график работы». Одна из таких программ – Kronois – позволяет сократить часы работы, и с точностью до минуты определяет время, когда именно нужно вызвать работника. Если же работник не успевает выйти на работу, хотя его и вызывают в последний момент, тогда он рискует потерять работу».

Как мы получаем цифры: 17 и 64 доллара за час работы.

Я сам ознакомился с марксовой трудовой теорией стоимости в «Центре Народной Экономики» в Амхерсте (штат Массачусетс) во время недельного летнего лагеря для активистов, еще в 1983-м году. На мое решение поехать на этот лагерь повлияло прочтение таких книг, как «Педагогика угнетенных» Паулу Фрейре, «Школа в капиталистической Америке» Боулс и Джинтис, «Теория и сопротивление в системе образования» Генри Жиру.

Я хотел найти ответы на те вопросы, которые интересовали меня более всего, но которых всячески избегала формальная система образования. «Центр Народной Экономики» работает уже более 30 лет и продолжает свою деятельность и сейчас. Я теперь часто советую своим студентам посещать именно его. Там я когда-то ознакомился со многими ресурсами, которые и по сей день использую в своей работе: Dollars and Sense, Monthly Review и профсоюзными изданиями. Сейчас я читаю еще и такие ресурсы, как Left Business Observer, Democracy now, Progressive Economists Network, PEN-L.

В процессе написания этой статьи я попросил некоторых авторов PEN-L высказать свое мнение. Ханс Эрбар, политэкономист, который преподает в университете Юты, рассказал мне, как он преподает теорию стоимости Маркса.

«Я говорю своим студентам, что их зарплата – это лишь приблизительно половина той стоимости, которую создает их труд».

«Чтобы вычислить размер прибавочной стоимости, производимой продавцом бургеров за час работы, вам необходимо вычесть из цены стоимость материалов и используемого оборудования» – говорит Ханс Эрбар. «Вы не сможете использовать при этом данные компании, так как по причине уравнивания нормы прибыли, часть прибавочной стоимости, созданной трудоемкими формами производства, проявляется в качестве прибыли, созданной капиталоемкими формами. Тем не менее, такого рода препятствия можно обойти, если пользоваться данными национального дохода».

«Я могу подтвердить свой тезис с помощью простого подсчета. Согласно данным американского Бюро Трудовой Статистики, общее количество занятых в США на данный момент – 142,974 тысячи человек. В году 52 недели. Умножаем 14974 на 52. Получается в общей сложности 7,434648 тысяч недель или 7,434648 миллиардов часов отработанных в течение года».

«Затем, согласно, данным американского Бюро Экономического Анализа, ВВП в третьем квартале 2012-го был на таком уровне, что, суммируя, за весь год в целом мы получаем 15,775,7 миллиардов долларов. Делим эту цифру на количество недель  и получаем стоимость, произведенную работником за неделю в долларах: $15,775.7 / 7.434648  = $2121.92.

«Однако бюро трудовой статистики говорит, что «средний заработок в неделю» у нас 760 долларов. Делим эту цифру на полученные нами ранее 2121.92. Получаем 35,8%. Если даже учитывать всяческие дополнительные выплаты и бонусы, и даже учитывая все необходимые поправки, мы видим, что средняя зарплата составляет менее половины стоимости, реально созданной работником».

– А зарплаты в Макдональдсе? – спрашиваю я.

– Что касается Макдональдса, то там, похоже, зарплата приблизительно равняется лишь трети производимой стоимости ($7.15х3=$21.45 за обычный час работы и $64.35 за час-пик), так как неквалифицированные работники находятся в менее благоприятных условиях – им сложнее торговаться с руководством и требовать повышения зарплаты. Но даже на так называемой высокооплачиваемой работе, работник получает лишь около половины стоимости, произведенной его трудом. И важно отметить, что сдельная оплата труда для продавцов бургеров тоже не решает проблему. Даже если работникам будут платить сдельную оплату, она все равно останется на уровне 1/3 от прибавочной стоимости гамбургера.

Еще в 2007-м году Эрбар произвел для моих студентов аналогичные подсчеты, используя те же источники. Его результаты оказались на этот раз более благоприятными для работников – их зарплата составляла около 40% от производимой ими стоимости. «Думаю, что разница объяснима ускорением, наблюдающимся с тех пор, как начался кризис 2008-го» – объяснил Ханс Эрбар.

Один из авторов PEN-L Джим Дивайн тоже преподает студентам «Капитал» Карла Маркса. Он считает: «наиболее важным в капитале является то, что, несмотря на отсутствие прямого применения силы… сама природа капиталистического общества означает, что рабочих эксплуатируют несмотря на то, что они свободны. Как писал Маркс: «рабочий покупает свое право на работу, чтобы обеспечить себе средства к существованию, и взамен он отдает за это право прибавочный труд».

Доктор Дивайн настоятельно советовал мне напрямую опровергать утверждение о так называемых «создателях рабочих мест».

«Скажите своим студентам, – говорил он – что, хотя капиталисты у нас и считаются создателями рабочих мест, но это лишь потому, что так устроена сама капиталистическая система (в которой лишь незначительное меньшинство обладает средствами производства), и, соответственно, лишь они могут позволить себе создавать рабочие места. И они создают их лишь в том случае, если предполагают, что могут «умножить таким образом свою собственность» – то есть, получить значительную прибыль. Хуже всего, что сами рабочие изначально считают, что лишь абсолютное меньшинство, назовем их 1%, может быть «создателем рабочих мест».

Отдельные рабочие практически никогда не могут себе позволить быть самозанятыми, а те из них, кто пытается, очень скоро оказываются «выбитыми» из бизнеса. Еще сложнее организовать рабочие кооперативы – в основном потому, что банки отказываются выдавать им ссуды». Кроме того, капиталисты всегда весьма активно действуют на политической арене, препятствуя тому, чтобы рабочие места создавало государство (разве что за исключением военной сферы и тех сфер производства, которые не конкурируют с их бизнесом). А уже «спрос и предложение» и «повышение цен в магазинах» являются побочным проявлением глубинных движений капитала, раскрытие сущности которых требует более детального изложения.

Сумерки демократии

Многие антропологи преподают марксову трудовую теорию стоимости в различных вузах: Пэйдж Уэст в Колумбийском университете, Набриэла Варгас Сетина в университете Юкатана. Но наиболее выдающимся я считаю Ричарда Роббинса, чью замечательную работу «Глобальные проблемы и культура капитализма» (2010) я использую в своих лекциях.

Восемь из десяти самых востребованных (количественно) в 2010-12 годах профессий не требуют высшего образования. В список этих профессий входят, например, продавцы розничной продажи (№2), сиделки (№3), работники сферы фаст-фуда (№6). Рабочих буквально вынуждают позабыть о «Билле о правах» на рабочем месте. Здесь уже нет таких понятий, как «свобода слова», «право на собрания», «право на приватность», «право требовать возмещения моральных страданий» (особенно учитывая нынешний коллапс профсоюзов).

Поэтому нам необходимо посылать все больше и больше студентов в колледжи, чтобы: 1) они смогли там изучить все тайны нашей варварской культуры; 2) чтобы они могли осознать, насколько их нынешнее положение зависит от исторических условий; 3) чтобы они, наконец, могли научиться в колледже бороться и противостоять угнетению.

На рабочем месте нет никакой реальной демократии – а именно там она наиболее необходима. Капитализм предполагает неустанные поиски дешевой рабочей силы, дешевых материалов и рынков сбыта. В результате мы и получаем войны.

Антропология же, наоборот, учит людей рассматривать свою культуру, как чужую. А это очень непросто. Замечательный антрополог Питер Ригби говорил: «Капитализм – наиболее непрозрачная форма угнетения из всех известных человечеству, потому что при капитализме люди убеждены в том, что они свободны, когда, в сущности-то, они закованы в цепи».

Если вы решили изучать антропологию в своей разоряемой стране, вам следует начать с изучения ваших условий работы. Критично рассматривайте и изучайте властные отношения на своем рабочем месте. Затем, в свободное от работы время, постарайтесь критически переосмыслить свою роль в них. Читайте Маркса. Читайте столько, сколько сможете осилить. Ежедневно читайте радикальные Интернет ресурсы, типа: CounterPunch, Labor Notes, Monthly Review, New Left Review, Truthout.

И я обращаюсь к режиссерам: нам необходим римейк фильма «Авраам Линкольн – охотник на вампиров». Только на этот раз вместо охоты во время Гражданской войны на рабовладельцев, целью охоты должны быть уже капиталисты – владельцы рабов на зарплате – реальные вампиры нашего времени.

Брайан Маккена

Источник http://liva.com.ua/mcdonalds-vampire.html