Митинг в Ревде: Рассерженная глубинка

Жители Ревды выступили против «пенсионного мошенничества»

Урал всегда славился вольнолюбием и своенравностью; эдакий побратим мятежного Донбасса. 28 июля уральцы не подкачали. Тон задали свердловчане: митинг против пенсионной реформы (а, лучше, пенсионного мошенничества) собрал, по усреднённым оценкам, около 10 тысяч очень сердитых горожан. Но об акциях в крупных городах и так сказано достаточно много, мне бы хотелось рассказать о ситуации в глубинке.

Митинг в Ревде: Рассерженная глубинка

Екатеринбург, митинг против пенсионной реформы

На первый взгляд, все уральские города похожи друг на друга: один-два завода, дающих жизнь городу, несколько предприятий поменьше, зачастую разваленных «эффективными менеджерами» и, собственно, сам город, где жизнь населения почти полностью зависит от заводов. На самом деле, города разные. Есть молодые, построенные после войны; там население, не задавленное грузом многовековых традиций и провинциальной патриархальности, довольно активно. Например, дерзкий Качканар с боевым профсоюзом на градообразующем предприятии, который не раз организовывал итальянские забастовки. Есть города старинные, с церквями и реанимированными в 90-е годы монастырями, где население замкнулось на проблемах выживания и исторических корнях. Ревда Свердловской области – своеобразный усреднённый вариант: 65-тысячный город с несколькими крупными заводами, выжившими в «лихие 90-е», значительная часть горожан трудится в областном центре, расположенном в 40 километрах.

Митинг в Ревде: Рассерженная глубинка

Чем малые города отличаются от крупных? Тем, что в маленьком городе все друг друга знают. С точки зрения проведения митингов в этом есть и плюсы, и минусы. Плюс в том, что полиция ведёт себя сдержаннее и дубьём размахивать не торопится: ведь вполне может оказаться, что наши с полицейским детки посещают одну школу, кружок или секцию, а я недавно этому полицейскому помог «прикурить» аккумулятор во дворе. Неудобно как-то дубиной по горбу знакомого! Минус же в том, что это самое знакомство выходит боком: заметит проходящий мимо митинга начальник подчинённого и выскажет ему: «Ты чего это, Петрович, по митингам бегаешь?! Ну-ка, марш домой, или завтра заявление на стол положишь по собственному!» А с работой в провинции туговато.

28 июля провести митинг КПРФ (других левых партий в городе нет) ревдинские власти разрешили, но заблаговременно подсуетились: центр города – площадь Ленина и примыкающий к ней парк Победы – вдруг оказался занят под награждение молодёжных «трудовых отрядов мэра». А незадействованной молодёжи было предложено поболеть на товарищеском матче по футболу в ознаменование дней ВМФ и ВДВ, чтобы подольше сохранить мундиальное настроение. Разумеется, совпадение митинга и указанных мероприятий абсолютно «случайное».

Митинг проходил в маленьком скверике под названием Рябиновый. Сквер был создан при прошлом мэре (она, мэрша, увлекалась парками и скверами, за что получила прозвище «скверная женщина»), поэтому в нём ещё не выросли высокие деревья, способные защитить от палящего солнца. Жара была в этот день неуральская, и участники митинга прятались либо под зонтиками, либо в тени невысоких кустов сквера.

Народу было около сотни человек, в основном представители старшего поколения. Молодёжи было настолько мало, что меня, сорокапятилетнего дядьку, причислили к молодым, чем потешили моё самолюбие. Это не 40-тысячный Качканар, где на митинг собралось более 600 человек, но и не соседний Первоуральск, где митинг вообще запретили власти. Мероприятие прошло достаточно ровно и гладко: провокаций не было, лишь кучка проходящих мимо подвыпивших молодых людей, которых вопрос пенсий явно не волновал, пыталась внести разнообразие в выступления, но была выгнана полицией. Кстати, полицейских на митинге было всего четыре человека, в ход не вмешивались, никого не задерживали (специфика маленького города).

Митинг в Ревде: Рассерженная глубинкаРевда

Самым ярким выступлением, по-моему, была речь последнего оратора, не пожелавшего назваться. В людоедской реформе он прямо обвинил отца мундиаля и болельщика номер один, чем немного напугал нескольких женщин, привыкших отделять «хорошего царя» от «плохих бояр». Но большинство ему зааплодировало.

Как мне показалось, у участников митинга остались сомнения, будут ли петиции, обращения и референдумы эффективны. Столько их уже было писано-переписано, а власть с каждым годом наглее и циничнее. В случае, когда речь заходит о прогрессивном налоге, нам начинают рассказывать о том, что «не нужно оглядываться на бездуховный Запад», о «самобытности России», «уникальном пути». Зато, когда речь заходит о пенсионном возрасте, власть резко разворачивается на сто восемьдесят градусов и начинает говорить обратное: «а вы знаете, что в Европе и Америке люди в 67 лет на пенсию выходят», «нигде в мире такого низкого возраста выхода на пенсию нет». Будет ли такая изворотливая власть читать какие-то петиции? Или с ней нужно разговаривать по-другому?

Соб. корр.