АПЛ «Курск», 12 августа 2000 года

Подводные лодки — корабли по сути своей секретные, а потому не только их жизнь, но и их гибель почти всегда окутаны тайной. Море почти никогда не оставляет ни следов, ни свидетелей… Атомная подводная лодка (АПЛ) Северного флота «Курск» затонула 12 августа 2000 года в Баренцевом море, в 157 километрах к северо-западу от Североморска во время учебного похода. По официальной версии, в результате самопроизвольного взрыва торпеды весь экипаж лодки из 118 человек погиб.

Подводная лодка К-141 (проект 949-А класса «Антей», по классификации НАТО «Оскар-II») была заложена на Северном машиностроительном предприятии в Северодвинске 22 марта 1990 года. Водоизмещение лодки: 23860 тонн подводное, 14700 тонн надводное. Габариты: 154 х 18,2 х 9,2 метра. Два атомных реактора типа ОК-650 по 190 МВт каждый, две паровые турбины по 98000 л.с. каждая, 10 отсеков, одна всплывающая камера в рубке. Надводная скорость 30 узлов, подводная — 28. Вооружение лодки — 24 крылатые ракеты П-700 «Гранит» (по 12 на каждом борту) и 28 торпед (533 мм и 650 мм). Примерно через год, 31 января 1991 года строящаяся АПЛ была зачислена в списки кораблей ВМФ, а 6 апреля 1993 года ей было присвоено наименование «Курск». Строительство лодки было закончено в конце 1994 года, и 30 декабря 1994 года госкомиссия подписала акт приема корабля, подняты Андреевский флаг и гюйс. 1 марта 1995 года «Курск» был зачислен в списки Северного флота и вошел в состав 7-й дивизии 1-й флотилии АПЛ. В декабре 1996 года командиром АПЛ «Курск» назначен капитан 1 ранга Геннадий Лячин. Во время операции НАТО против Югославии «Курск» находился в Средиземном море и скрытно контролировал авианосцы США, самолёты с которых наносили удары по Югославии.

10 августа 2000 года, согласно плану учений, атомный крейсер «Курск» вышел на учебную задачу недалеко от Кольского залива. Необходимо было произвести пуск крылатой ракеты и учебную торпедную стрельбу по отряду боевых кораблей. Через два дня, 12 августа, когда подводная лодка находилась на полигоне боевой подготовки в Баренцевом море, она не вышла на связь в установленное время (в 17.30 часов по московскому времени). О крушении «Курска» военному руководству стало известно вечером в субботу 12 августа, когда в 23.00 командир подлодки повторно не вышел на связь. В 23 часа 30 минут подводная лодка «Курск» в соответствии с требованиями нормативных документов была объявлена «аварийной». Две американские подлодки и норвежский институт сейсмических исследований зарегистрировали два мощных подводных взрыва в Баренцевом море в районе действий российской АПЛ.

Утром следующего дня, 13 августа, на поиски подлодки отправилась группа кораблей во главе с командующим Северным флотом адмиралом Вячеславом Поповым. В 04.51 гидроакустической аппаратурой крейсера «Петр Великий» был обнаружен корабль, лежащий на грунте на глубине 108 метров. В 7 часов 15 минут утра министр обороны Игорь Сергеев доложил о случившемся президенту В.Путину, заявив, что ситуация с «Курском» находится под контролем, и будут приняты все меры по спасению экипажа. В 10 часов 00 минут на место трагедии прибыли спасательные суда Северного флота. В 18.00 часов по московскому времени был осуществлен первый спуск батискафа к затонувшей подлодке, который оказался неудачным. При погружении батискаф ударился о корпус лодки и вынужден был всплыть. В тот же день, уже зная, что связи с «Курском» нет и об этом уже доложено в Главный штаб ВМФ, адмирал Попов дал интервью представителям СМИ, в котором высоко оценил результаты учений, мастерство моряков и состояние боевой техники. Об аварии на «Курске» не было сказано ни слова.

Только 14 августа в 11.00 утра командование флота сделало первое публичное заявление о том, что подлодка «Курск» в результате аварии легла на грунт. Тогда датой аварии назвали воскресенье, хотя на самом деле трагедия произошла в субботу, около 11 часов утра, о чем первыми сообщили западные информационные агентства. В заявлении ВМФ говорилось, что с подлодкой поддерживается радиосвязь. Позже представители флота сообщили, что связь осуществляется только через перестукивание, что опасности для жизни экипажа нет, что через спасательный аппарат «Колокол» осуществляется подача топлива, кислорода и продув систем АПЛ. Военные сообщили, что атомный реактор подлодки заглушен и радиационная обстановка в районе соответствует норме.

При осмотре лодки со спускаемых аппаратов выяснилось, что АПЛ воткнулась в дно моря под углом около 40 градусов и у нее сильно повреждена носовая часть и рубка, выведена из строя всплывающая спасательная камера. Главком ВМФ России адмирал Владимир Куроедов высказал предположение, что причиной аварии стало столкновение субмарины с подводной скалой или иным препятствием. Он признал, что ситуация сложная, волнение моря в районе катастрофы — 4-5 баллов, поэтому шансов на спасение экипажа немного. В тот же день руководство спасательной операцией было возложено на командующего Северным флотом адмирала Вячеслава Попова.

15 августа Главный штаб ВМФ официально сообщил о начале спасательной операции. Представитель штаба Северного флота сообщил журналистам, что в результате перестукивания установлено, что члены экипажа подводной лодки «Курск» живы, но неизвестно, есть ли среди них раненые. Он же заявил, что на борту лодки находится 103 человека. Информация о количестве экипажа на борту лодки в течение суток менялась — флотские пресс-службы утверждали, что там находится то 107 человек, то 130, то 116 или 117 человек. Это дало повод некоторым журналистам справедливо негодовать — складывалось впечатление, что атомная субмарина — это простая электричка, на которой ехали все, кто успел в неё перед отправлением запрыгнуть. Только вечером в среду Путин заявил, что на борту лодки — 118 человек.

Экипаж «Курска» планировалось эвакуировать с помощью спасательных снарядов. В районе катастрофы сосредоточились суда аварийно-спасательной службы Северного флота — подводная лодка, атомный крейсер «Петр Великий» и еще около 20 кораблей и спасательных судов, но шторм не позволил спасателям начать работу. Спущенному с борта судна «Михаил Рудницкий» спасательному подводному снаряду, способному эвакуировать 16-20 человек за одно погружение, удалось приблизиться к «Курску», но состыковаться с подлодкой из-за подводных течений аппарат не смог. Генеральный конструктор ЦКБ морской техники «Рубин» — разработчика субмарин типа «Курск» — Игорь Баранов признал, что воздуха на АПЛ хватит всего на 5-6 дней. В Москве создана правительственная комиссия по расследованию причин аварии во главе с вице-премьером Ильей Клебановым, его заместителем был назначен главком ВМФ, адмирал Куроедов. Наряду с военными в состав комиссии вошли гражданские специалисты — конструкторы подводных лодок. С момента катастрофы прошло уже более 48 часов. Владимир Куроедов заявил, что запаса кислорода морякам хватит до 18 августа. В Брюсселе российские военные начали консультации с коллегами из НАТО. Великобритания, Франция и США выразили готовность оказать России любую посильную помощь в спасении экипажа подлодки. Илья Клебанов заявляет, что иностранной помощи в спасении экипажа «Курска» России не требуется.

16 августа при волнении моря около 2 баллов с судна «Рудницкий» был спущен глубоководный спасательный аппарат «Приз». Всего за ночь, несмотря на сложные погодные условия, было предпринято несколько попыток проникнуть к лодке. В 15 часов президент России В.Путин заявил, что «ситуация с подводной лодкой «Курск» тяжелая, критическая, но флот располагает всем необходимым арсеналом средств спасения, и попытки спасения будут продолжаться до конца». Адмирал Куроедов заявил, что Россия примет любую предложенную Западом помощь. Москва запросила помощь Великобритании и Норвегии в спасении экипажа подлодки. На британской военной базе в Глазго начали готовить специальную подводную лодку для операции по спасению российских моряков. Объявлено, что по уточненным данным запаса кислорода экипажу «Курска» хватит до 25 августа. Все попытки пристыковать спасательные капсулы к лодке вновь остались безрезультатными.

17 августа к месту трагедии направилось норвежское судно «Seaway Eagle» с глубоководными водолазами на борту, а из порта Тронхейм вышло транспортное судно «Normand Pioneer» с британскими специалистами и оборудованием. В Главном штабе ВМФ сообщили, что команда «Курска» перестала подавать акустические сигналы, которые ранее фиксировали спасатели. Министр обороны Игорь Сергеев опроверг западные версии о том, что причиной аварии мог стать взрыв на борту подлодки. К вечеру начальник пресс-центра ВМФ Игорь Дыгало оценил обстановку как «критическую».

18 августа операция по спасению была продолжена силами российских спасателей, но достоверных данных о состоянии лодки и экипажа по-прежнему нет, ситуация на борту «Курска» оценивается уже как «закритическая». Корреспондент РТР Аркадий Мамонтов заявляет в прямом эфире с места события, что в день аварии на месте катастрофы были обнаружены аварийные буи «нехарактерной для ВМФ России расцветки» — зелено-белые. Они исчезли спустя некоторое время. Обычно аварийные буи ВМФ России оранжевого цвета. Владимир Путин вернулся в Москву с юга и заявил, что после сообщения о происшествии с подводной лодкой он хотел прервать отпуск и сразу вылететь к месту трагедии. «Но я удержался, и думаю, что поступил правильно», — сказал президент. — «Всю предыдущую ночь спасатели продолжали работать, но изменить ситуацию к лучшему не удалось». По оценке президента, «шансов на спасение экипажа крайне мало». «Прибытие в район бедствия неспециалистов, чиновников высокого ранга, не помогает, а чаще всего мешает. Все должны быть на своем месте», — добавил он.

Через неделю после аварии, 19 августа во второй половине дня к месту аварии прибыло норвежское судно «Normand Pioneer» с британской спасательной мини-лодкой LR-5. Спасательное судно «Seaway Eagle» с 12 глубоководными водолазами на борту подошло в район катастрофы в первом часу 20 августа. После окончательных согласований начался второй этап операции, который характеризовался взаимодействием спасательных сил и средств Северного флота с норвежскими и британскими спасателями. Начальник штаба Северного флота адмирал Михаил Моцак заявил, что скорее всего на борту «Курска» в живых никого не осталось. Он заявил, что первоначальной причиной аварии подлодки явился сильный динамический удар. Среди возможных причин удара он назвал столкновение с каким-либо объектом, взрыв внутри отсека, а также столкновение с миной времен второй мировой войны. Интересно, что при гибели подводных лодок, случившихся в последнее время, в том числе лодок «К-8», «К-219» и «Комсомолец», перечень возможных причин катастрофы был абсолютно идентичен и включал в себя: столкновение с надводным судном или с подводной лодкой, внутренний взрыв, столкновение со старой миной. По существу, это своеобразный «классический» набор стандартных версий, которые выдвигаются при любой из подводных катастроф, когда ничего конкретного о ней сказать нельзя. А потому, как и следовало ожидать, из всех предположений, связанных с причинами гибели атомохода «Курск», в конечном счете остались только три — все те же традиционные версии для лодок, погибших со всем экипажем и не поднятых на поверхность.

Версия террористического акта была отброшена. Ходили слухи, что вскоре после гибели «Курска» кто-то из предводителей чеченских боевиков заявил, что уничтожение российского атомохода — дело их рук. Кроме того, вспомнили давнее обещание тех же чеченцев провести диверсию на одном из российских атомных объектов. Естественно, посторонние люди никак не могли появиться на борту атомохода. Муссировались слухи о возможном существовании неких диверсантов-камикадзе среди членов экипажа. Увидев в списке экипажа двух дагестанцев, пресса тотчас дружно начала раскручивать «чеченский след». Однако инженер-конструктор Мамед Гаджиев и старший мичман Абдуркадыр Ильдаров были не новичками в подводном флоте. К ваххабизму и идеям чеченских сепаратистов оба не имели ни малейшего отношения. Кстати, именно старший мичман Ильдаров был единственным членом экипажа, кто имел боевой орден Мужества, полученный за проявленный героизм при выполнении боевой задачи.

Тем временем, 20 августа за несколько часов работы норвежскими водолазами АПЛ обследована на предмет повреждений и наличия воздушных подушек в кормовых отсеках. Норвежцам удалось разблокировать вентиль аварийно-спасательного люка, однако проникнуть на лодку не удалось. Они срочно изготовили специальный инструмент для вскрытия люка. Открыть крышку аварийного люка и проникнуть в лодку норвежцам удалось утром 21 августа. Однако 9-й отсек подлодки, к которому вел люк, оказался затоплен. В 15.27 внутрь подлодки была введена видеокамера, с помощью которой попытались определить состояние 7-го и 8-го отсеков. В 9-м отсеке было обнаружено тело моряка. В 16.23 начштаба Северного флота Михаил Моцак заявил РИА «Новости», что «подтвердились самые худшие ожидания, все отсеки полностью затоплены водой, и в живых не осталось ни одного члена экипажа». Начальник пресс-службы Северного флота Владимир Навроцкий сообщил, что норвежскими специалистами принято решение о нецелесообразности дальнейшего обследования подлодки. 21 августа в 17 часов вице-адмирал Моцак официально подтвердил факт гибели экипажа АПЛ К-141 «Курск».

22 августа президент России вылетел в Североморск. В гарнизоне Видяево он встретился с родными и близкими погибших моряков. Путин не смог ответить на вопросы о том, что именно произошло с «Курском» и почему не смогли спасти подводников. После встречи с родственниками Путин своим указом объявляет 23 августа днем траура и отбывает в Москву. Российское телевидение показывает потрясающие кадры разрухи, царящей в поселке военных моряков: ободранные подъезды, разбитые окна, протекающие потолки. Председатель правительственной комиссии Илья Клебанов в этот день заявил: «Уже во второй половине дня 14 августа было понятно, что в лодке живых нет… Но мы не могли раньше сообщить, что погибли все. Оставалась скорее теоретическая, но все-таки надежда, что в 9-м отсеке есть воздушная подушка. Мы не имели морального права заявить о гибели всех до полной проверки этого отсека». Тогда же Клебанов сообщил, что основной версией катастрофы «Курска» комиссия считает столкновение подлодки с крупногабаритным подводным объектом, а военные эксперты не исключают, что это была британская субмарина. Ранее высказывались предположения, что «Курск» мог столкнуться с американской подлодкой.

День 23 августа был объявлен в России днем траура. В этот же день в пресс-службе верховного командования вооруженных сил Норвегии РИА «Новости» сообщили, что в порту норвежского города Берген находится американская подлодка «Мемфис», которая зашла туда 18 августа для пополнения запасов. Это сообщение следует за информацией ряда СМИ о том, что лодка сильно повреждена и находится в ремонтном доке. СМИ связывают это происшествие с трагедией «Курска». Однако представитель Норвегии заверяет, что заход «Мемфиса» носит плановый характер и никаких запросов о ремонте не было. Эту версию подтверждает и представитель посольства Норвегии в Москве.

На следующий день, 24 августа, генеральный прокурор РФ Владимир Устинов объявил о возбуждении уголовного дела по факту гибели АПЛ «Курск». 26 августа Владимир Путин подписал Указ о награждении государственными наградами членов экипажа атомной подводной лодки «Курск». Звание Героя Российской Федерации присвоено капитану 1-го ранга Геннадию Лячину (посмертно). Остальные 117 членов экипажа посмертно награждены «Орденом Мужества». В этот же день Путин подписал Указ «Об увековечении памяти экипажа атомного подводного крейсера «Курск».

29 августа военные и разведывательные круги США признали, что в момент аварии «Курска» рядом с ним находились две американские субмарины, однако отрицали, что причиной катастрофы стало столкновение с одной из них. Газета «Нью-Йорк Таймс» сообщила, что обе подлодки находились настолько близко к АПЛ «Курск», что зафиксировали практически все происходившее на борту российского подводного ракетоносца. При этом газета утверждала, что причиной аварии стал взрыв торпеды на борту «Курска». Одной из этих американских подлодок, по данным «Нью-Йорк Таймс», был тот самый «Мемфис», который обнаружился в норвежском порту Берген. На этом этапе российская сторона считала одной из наиболее вероятных версий катастрофы столкновение «Курска» с иностранным подводным кораблем. Однако официальные представители Великобритании и США отвергали эту версию, заявив, что их подлодок не было в районе нахождения «Курска» в момент катастрофы. Еще через неделю, 6 сентября, США передали России имеющиеся у них данные о катастрофе АПЛ «Курск», в частности, точное до секунды время взрывов на борту «Курска».

19 сентября президент Путин принял решение начать операцию по подъему останков экипажа АПЛ и самой субмарины. Операция по подъему тел была намечена на октябрь-ноябрь 2000 года, по подъему АПЛ — на вторую половину лета — осень 2001 года. Для этой цели 2 октября 2000 года в Санкт-Петербурге конструкторское бюро «Рубин» заключило контракт с норвежским отделением американской фирмы Halliburton AS. Операция по подъему тел погибших моряков началась 25 октября. В этот день главком ВМФ Владимир Куроедов разрешил руководителю водолазных спусков контр-адмиралу Веричу после проведения всего объема подготовительных работ отдать команду водолазам на вход внутрь подлодки. В 8-й отсек спустился первый российский водолаз — мичман Сергей Шмыгин. В этот же день были подняты на поверхность первые три тела моряков.

В ночь на 26 октября водолазы, вскрывшие корпус подлодки, осмотрели тела моряков «Курска». Стало ясно, что после взрыва в 6-м, 7-м, 8-м и 9-м отсеках люди были живы. В кармане погибшего командира 9-го отсека Дмитрия Колесникова нашли предсмертную записку. Часть текста была обнародована: «13.15. Весь личный состав из 6-го, 7-го и 8-го отсеков перешел в 9-й. Нас здесь 23 человека. Мы приняли это решение в результате аварии. Никто из нас не может подняться наверх». Власти заявили, что вторая часть записки носит слишком личный характер, и поэтому ее не будут обнародовать. Начштаба Северного флота Моцак позже рассказал журналистам, что в записке рассказывалось, что, возможно, два-три человека пытались выйти из лодки через аварийно-спасательный люк, однако это не удалось, потому что отсек был заполнен водой. В октябре-ноябре продолжились работы по обследованию 9-го, 3-го и 4-го отсеков. В 3-й отсек водолазы не входили — телекамеры показали «значительные разрушения, нагромождение аппаратуры, отсечных механизмов, фрагментов приборов». 7 ноября было принято решение о том, что продолжение работ в 4-м отсеке невозможно из-за сильных завалов и разрушений внутри него. В 5-м отсеке водолазы не смогли добраться до нижних палуб, где могли находиться люди — размеры этого люка оказались слишком малы. Выяснилось, что 1-й и 2-й отсеки «Курска» практически полностью разрушены, а в 6-м отсеке расположены реакторы лодки, поэтому спуск в него также невозможен. На основании этого принято решение о прекращении операции по подъему тел. Водолазы законсервировали все люки «Курска». К этому дню, 7 ноября 2000 года из лодки извлечены 12 тел членов экипажа АПЛ «Курск».

Итоговое заключение было таким — лодка получила пробоину в носовой части прочного корпуса в 1-м и 2-м отсеках в районе 24-го шпангоута. Края пробоины загнуты внутрь, а разрушения очень обширны. Подняты выдвижные устройства, в том числе и перископ. Все отсеки подлодки затоплены, в обследованных имеются следы пожара. Оставшийся после взрыва личный состав в количестве 23 человек сгруппировался в 9-м отсеке. Все месяцы, пока работы на АПЛ не производились, рассматривалось множество версий катастрофы. Были похоронены подводники, чьи тела первыми были извлечены из лодки.

Через год, 7 октября 2001 года, после проведения подготовительных работ и отделения от «Курска» 1-го отсека, началась операция по подъему АПЛ со дна Баренцева моря. Лодка была оторвана от грунта с помощью 26 подъемных захватов, установленных на барже «Гигант-4». Скорость подъема «Курска» — примерно 10 метров в час. Каждые 50 минут подъем приостанавливался для проверки баланса и распределения подъемной силы на тросах. После подъема лодки на 58 метров началась ее буксировка баржей «Гигант-4». Баржа, к которой тросами был прикреплен атомоход, 8 октября снялась с якорей и 10 октября успешно отбуксировала Курск в Росляковский судоремонтный завод ВМФ. Критических ситуаций не возникало. 22 октября атомоход «Курск» отделен от баржи «Гигант-4» и установлен на киль-блоки в плавдоке номер 50 судоремонтного завода. Для работы на АПЛ «Курск» были сформированы восемь следственных групп, которые приступили к работе после полной откачки воды из подлодки. Члены следственных групп проходили специальный психологический отбор, а также целый год изучали строение АПЛ, чтобы знать, какие параметры снимать для проведения необходимых экспертиз.

27 октября Генеральный прокурор РФ Владимир Устинов заявил, что визуальный осмотр атомохода позволяет заключить, что пожар происходил по всей лодке. В эпицентре температура достигала 8 тысяч градусов по Цельсию. Полностью водой «Курск» был заполнен «в течение шести-семи, максимум восьми часов»,- сообщил Генпрокурор. Он отметил, что подлодка очень пострадала, все переборки прочного корпуса «срезаны как ножом». Однако преграда, отделявшая 6-й реакторный отсек, осталась неповрежденной, благодаря чему реактор не пострадал. Не пострадали и 22 крылатые ракеты, находящиеся по бортам подлодки. В ходе операции удалось обнаружить и опознать 115 из 118 погибших подводников, в том числе останки командира подлодки «Курск» капитана первого ранга Геннадия Лячина.

В конце мая — начале июня 2002 года прошла операция по подъему первого отсека АПЛ «Курск». В операции приняли участие спасательные суда «Алтай» и «Михаил Рудницкий». 19 июня 2002 года Илья Клебанов заявил журналистам, что осталась одна версия трагедии — «взрыв торпеды». «Комиссия отсекла версию столкновения и версию мины», — сказал Клебанов. 20 июня спасательные суда покинули место работ.

26 июля 2002 года Генеральный прокурор России сообщил о результатах расследования причин гибели «Курска». По словам Устинова, уголовное дело состоит из 133 томов, 38 из них содержат сведения, составляющие государственную тайну, из-за чего возможность предать гласности материалы уголовного дела в полном объеме отсутствует. Было объявлено, что катастрофа «Курска» произошла «в 11 часов 28 минут 26 секунд по московскому времени вследствие взрыва, центр которого локализован в месте расположения учебной торпеды, внутри 4-го торпедного аппарата, и дальнейшего развития взрывного процесса в боевых зарядных отделениях торпед, находившихся в 1-м отсеке АПЛ». «Первичный импульс, инициирующий взрыв торпеды, возник в результате нештатных процессов, произошедших внутри резервуара окислителя учебной торпеды», — рассказал Устинов, — процессы носили сложный физико-химический характер». «Второй взрыв, — сообщил он, — произошел в 11 часов 30 минут 44 cекунды, то есть примерно через 2 минуты после первого. Второй взрыв привел к полному разрушению носовой оконечности «Курска», конструкций и механизмов 1-го, 2-го и 3-го отсеков. В результате второго взрыва смерть всех моряков-подводников, тела которых в последующем были извлечены из 2-го, 3-го, 4-го и 5-го-бис отсеков, наступила в короткий промежуток времени — от нескольких десятков секунд до нескольких минут. Возможность использования оставшимися в живых членами экипажа всплывающей спасательной камеры отсутствовала из-за разрушения носовых отсеков корабля, поэтому моряки стали готовиться выйти на поверхность через спасательный люк. «Однако из-за целого ряда объективных факторов, таких как быстрое ухудшение самочувствия людей, ослабленных в процессе борьбы за живучесть под воздействием угарного газа, в условиях недостаточной освещенности отсека, подводники так и не смогли предпринять ни одной попытки выйти из «Курска» через спасательный люк девятого отсека», — сказал Устинов. «Другие версии о причинах катастрофы АПРК «Курск» и гибели его экипажа в ходе следствия тщательно проверены и не нашли подтверждения», подчеркнул прокурор. Устинов также сообщил, что Генпрокуратура закрыла уголовное дело по гибели атомохода «Курск» за отсутствием состава преступления. По его словам, следствие не считает виновным в катастрофе никого из 118 погибших членов экипажа, в действиях должностных лиц, ответственных за проведение учений в Баренцевом море, изготовление, эксплуатацию и установку торпеды, ставшей причиной гибели «Курска», нет состава преступления.

Итак, причиной катастрофы официально был признан взрыв торпеды в торпедном аппарате, когда лодка шла на перископной глубине (около 19 м). По данным комиссии, при взрыве торпеды ее осколки ударили по боеголовкам тех снарядов, которые лежали на стеллажах. При этом произошел второй взрыв, который и затопил лодку. Многие сразу же обратили внимание на некоторую нестыковку. Между двумя взрывами разница во времени была 135 секунд. Расстояние от задних крышек торпедных аппаратов до боеголовок, лежащих на стеллаже, примерно 2,5-3 метра. Выходит, осколки летели эти три метра в течение 2 минут 15 секунд?! Выдвигалась версия, что причиной гибели лодки мог стать взрыв не торпеды, а водорода в 1-м отсеке. При этом мгновенно погиб весь личный состав отсека. Возник пожар, через 2 минуты 15 секунд он поднял температуру в отсеке настолько, что сдетонировал боезапас, который и погубил лодку. Кроме того, если бы торпеда взорвалась в торпедном аппарате и через неизбежно возникшую пробоину внутрь хлынула морская вода, лодка сразу бы клюнула носом. При такой ситуации любой, даже самый неопытный командир подводной лодки сделал бы попытку всплыть, аварийно продув балласт, благо лодка шла лишь на перископной глубине. Она на поверхность выскочила бы, как пробка. Опровергает официальную версию и тот факт, что торпеды на пероксиде водорода, который воспламеняется на открытом воздухе, не используются во всех флотах мира уже 50 лет, а «Курск» являлся новейшей лодкой. Поэтому утечка окислителя торпедного топлива — пироксида водорода на «Курске» «через неплотности сварных швов или уплотнительных прокладок и возгоранием неметаллических материалов в кольцевом зазоре торпедного аппарата» произойти не могла! Категорически отвергли эту версию и разработчики торпеды, заявив, что причиной взрыва торпеды (ее срок использования истекал в 2016 году) могло быть только внешнее воздействие. «Курск» не мог погибнуть в результате взрыва собственной торпеды еще и потому, что торпеда была учебной и не имела боевого снаряжения, а взрыв двигательного узла этой торпеды проделать пробоину в прочном корпусе не мог.

Версия о том, что после взрыва команду на всплытие просто некому было отдать, тоже неверна. Первый взрыв затронул только 1-й отсек, командный отсек погиб во время второго взрыва. Командный отсек понятия не имел, что происходит в первом. Связь прервалась. Лодка спокойно, если можно употреблять это слово в данной ситуации, шла своим курсом. В командном отсеке взрыв, конечно, слышали и первое, что они наверняка сделали, — попытались восстановить связь. Получается, что свою роль в гибели лодки сыграл человеческий фактор. Лодка была надежнейшей, но личный состав к работе с ней оказался не готов. Трудно утверждать с уверенностью, но возможно, что экипаж проявил банальную небрежность. У них просто не укладывалось в голове, что «Курск» может погибнуть. Возможно, это объясняется еще и тем, что «Курск» вышел в поход с людьми, многие из которых перед выходом в море увидели друг друга чуть ли не в первый раз: многие из прежнего экипажа ушли в запас, произошла замена специалистов. В связи с неготовностью моряков к учениям эту лодку нельзя было выпускать в море. Почему не спасли 23 человека, которые были живы после взрыва, когда лодка легла на грунт? Можно было совершенно спокойно в течение суток вытащить этих людей из отсека, даже с учетом того, что лодка легла на дно на глубине 108 м, глубине для водолазов солидной, но не запредельной.

Для водолазных работ на глубине более 60 метров для дыхания используется не обычный воздух, а специальная дыхательная смесь. Норвежцы, которые спускались к «Курску», использовали именно гелиево-кислородную смесь. Но для нас это, видимо, слишком дорогое удовольствие: гелия на флоте нет, нет и водолазов, способных на такие работы, потому что их не на чем обучать. Но такие водолазы в 2000 году уже были в Санкт-Петербурге, и их можно было доставить к месту аварии уже через несколько часов, и в течение суток они могли бы приступить к непосредственному спасению людей при любых погодных условиях на глубине до 160 метров! В конце концов, можно было и примитивным перестукиванием выяснить, сколько на борту людей и что им нужно для выхода на поверхность. Однако этого сделано не было. Заниматься начали имитацией спасения! С маниакальной тупостью проводились работы, заведомо обреченные на провал.

Наряду с самопроизвольным взрывом торпеды, рассматривалась версия столкновения «Курска» с противокорабельной миной времен Великой Отечественной войны, что возможно привело к детонации торпеды. Эта версия получила продолжение в фильме Владимира Хотиненко «72 метра». После выбора официальной версией «взрыв торпеды», предположение отпало, хотя на самом деле вариант с миной — вполне реальный. Дело в том, что первый взрыв, зафиксированный сейсмологами, соответствует по мощности мине времен войны. Однако моряки к «минной» версии относятся осторожно. Во-первых, еще не было в истории флота случая, чтобы одна старая мина уничтожила такой корабль как 25-тысячетонный «Курск». Более того, летопись Великой Отечественной войны полна фактов, когда даже лодки того времени, подорвавшись на мине, благополучно добирались до своих баз. Да и как могла рядом с «Курском» оказаться старая мина? Иногда, теперь уже не чаще раза в год в акватории Баренцева моря нет-нет да и всплывет такой обросший водорослями реликт. Но чаще всего, корпус таких мин уже настолько проржавевший от старости, что достаточно нескольких очередей из автомата, чтобы мина тихо затонула без всякого взрыва. И каким образом могла старая мина пребывать не на дне, а в свободном плавании на глубине 10-20 метров? Это уже из области фантастики! А потому, когда говорят о минной версии, ее всегда произносят последней.

В качестве еще одной версии выдвигалось предположение о столкновении «Курска» с крупным надводным судном. Как показало расследование даже первых дней, никаких посторонних судов в зоне учений Северного флота не было. Во-первых, полигон был закрыт для гражданских судов, о чем заранее было дано соответствующее оповещение. Во-вторых, документально подтверждено, что никакие суда, даже самовольно, в закрытый район во время учений не заходили. В-третьих, никакое надводное судно с обширной пробоиной в подводной части далеко уйти и скрыться не могло, если вообще осталось бы на плаву. Командующий Северным флотом адмирал Попов высказался на этот счет однозначно: «Я могу безоговорочно утверждать, что никаких надводных кораблей и судов в районе не было. Все находилось под контролем нашей авиации».

Пожалуй, больше всего обсуждалась версия о том, что «Курск» был торпедирован другой подводной лодкой. Возможно, эта версия наиболее правдоподобна. Известно, что в районе учений Северного флота 12 августа 2000 года находились три иностранные подводные лодки. Ими были американские «Мемфис» и «Толедо» и английская «Сплендид». Это обычная практика и ни для кого это не секрет. Российские подводники давно привыкли к их присутствию. Вот и на этот раз «Курск» выполнял строго определенные мероприятия по плану учений, и даже если он обнаружил иностранную субмарину, то не стал бы тратить время на противолодочную операцию. Возможно, «Курск» маневрировал на небольшой глубине, рядом находилась иностранная лодка, которая не имела постоянного гидроакустического контакта с «Курском» и поэтому оказалась в секторе стрельбы на небольшой дистанции. В это время внезапно производится торпедная стрельба. Что должен предпринять в этот момент командир иностранной подлодки? На ее борту — ядерное оружие, а на раздумье всего несколько секунд, и никто не знает, что приближающаяся торпеда без боезаряда! Еще немаловажный момент: американскому командиру разрешается применять оружие на свое усмотрение. Он считает учебную стрельбу «Курска» боевой и приказывает ответить из дежурных торпедных аппаратов уже боевыми телеуправляемыми торпедами «MK-48».

Командир «Курска» обнаруживает их и не имея возможности из-за минимальной дистанции уклониться разворачивает крейсер, чтобы встретить торпеды в лоб, полагая, что этим уменьшится воздействие взрыва. Вот почему руль «Курска» переложен право на борт. Но торпеды идут выше корпуса и взрываются в районе стыка 1-го и 2-го отсеков. Оба носовых отсека погибают мгновенно. Лодка приобрела отрицательную плавучесть и со стометровой высоты ринулась в грунт. Через 2 минуты с небольшим происходит удар корпуса о скалистый грунт. В этот момент, возможно, и произошел взрыв боезапаса в первом отсеке. В итоге взрывов и удара о грунт «Курск» получил повреждения всех аварийно-спасательных устройств. Спасти экипаж уже было невозможно, ведь судоподъемных средств, способных быстро поднять такую субмарину целиком не существует. Оставшиеся отсеки через некоторое время тоже заполнились водой под давлением в 10 атмосфер фильтрующейся через неплотности переборочной арматуры, образовавшиеся после сотрясений корпуса.

Вероятно, иностранная подлодка тоже получила повреждения и лежала на грунте некоторое время, пока с ними не справилась. Но причина повреждений не столкновение, а та самая учебная торпеда, которая была выпущена «Курском». Стальная сигара массой почти в 2 тонны, идущая со скоростью поезда вполне способна пробить прочный корпус американской лодки. Мы знаем, что вскоре после этих событий подлодка «Мемфис» типа «Лос-Анджелес» зашла «в плановом порядке» в норвежский порт Хаукосверн и также «планово» встала в док. Но согласно системы цикличного использования американских подводных лодок субмарина становится планово в док только после возвращения с боевой службы и только после смены экипажа, который отправляется на отдых. Так зачем торопиться с доком, тем более в ближайшем норвежском порту? Естественно, больших повреждений у «Memphis» не было. Как то в печати прошло сообщение, что аварийно-спасательного буя на штатном месте у нее тоже не было. Не исключен еще такой вариант, что «Memphis» лишь отвлекал внимание от настоящего виновника — тоже американской подлодки «Toledo», которая скрывалась от посторонних глаз в каком-либо укрытии.

В январе 2005 года французский телеканал France 2 показал фильм режиссера Жана-Мишеля Карре «Курск: подводная лодка в мутной воде» (Koursk: un sous-marin en eaux troubles), в котором утверждалось, что «Курск» был торпедирован американской подводной лодкой «Мемфис». Согласно его версии, «Курск» выполнял показательный выстрел новой торпеды «Шквал», эти испытания наблюдались двумя американскими подводными лодками «Мемфис» и «Толедо». В один момент, «Курск» и «Толедо» столкнулись, (видеозапись лежащего на дне «Курска» показывает длинные разрывы на его корпусе) и, чтобы предотвратить выстрел «Курска» в «Толедо», (предполагается что было услышано открытие трубы торпедного аппарата «Курска»), «Мемфис» выстрелил торпедой МК-48 по «Курску». Карре утверждает, что президент В.Путин преднамеренно скрыл правду о том, что случилось, чтобы не допустить ухудшения отношений с США. Этой же версии придерживаются канадские документалисты и некоторые отставные военные. Картина с шумным и скандальным успехом шла в Бельгии, Голландии и Канаде.

Другая, несколько видоизмененная версия, предполагает, что «Толедо», пыталась подойти поближе к «Курску», но, не рассчитав, столкнулась с ним. Капитан второй лодки, думая, что его коллегу атаковали русские, выпустил по «Курску» торпеду. Получивший сильные повреждения «Толедо» после столкновения затаился. На лодке была разбита носовая часть, частично были разрушены винт и рулевая группа. В течение двух суток поврежденная американская лодка лежала на дне и даже была обнаружена неподалеку от «Курска» российскими спасателями! Но затем ее экипаж сумел справиться с последствиями столкновения и сразу же покинул место происшествия. Адмирал Попов доложил об обнаруженной субмарине в Москву. Москва дипломатично промолчала. Да и что можно было сказать? Отдать приказ на уничтожение? Но ведь война ни с США, ни с Англией не объявлена, а найденная иностранная подводная лодка находилась в международных водах и, соответственно, под защитой всех международных законов. Да и доказательств причастности субмарины к трагедии не было.

«Толедо» отправили в один из доков США. «Мемфис» тоже получил повреждения, но смог уйти. Малым ходом, всего около 5 узлов, он двинулся в норвежский порт Берген, а оттуда на Британские острова и встал на трехнедельный ремонт в Фаслейне, на базе британских ВМС в Шотландии. Затем утверждения, что «Курск» был торпедирован американской подводной лодкой стали умалчиваться в пользу официальной версии. Хотя… Еще не было официального заявления России об аварии «Курска», а английские спасательные силы уже были приведены в полную готовность и вышли в море. Сразу же после трагедии «Курска» американцы начали весьма назойливо освещать в прессе заход в один из норвежских портов своей атомной лодки «Мемфис». Ее постоянно показывали с телеэкранов, и каждый мог воочию убедиться в ее полной целости и сохранности. Однако при этом никто и нигде ни словом не упомянул о бывшей в том же районе второй американской атомной субмарине «Толедо». Сегодня известно, что представители ВМФ России еще в сентябре 2000 года обратились к американской стороне с просьбой осмотреть не «Мемфис», который всем настойчиво показывали, а именно «Толедо». Они сразу получили самый категорический отказ. Всего за последние 33 года насчитывается 21 случай столкновения наших и американских подводных лодок. В подавляющем большинстве случаев эти столкновения происходили по вине американцев и вблизи наших берегов. По меньшей мере два из них закончились трагически, причем оба раза для наших атомоходов. А потому, если к гибели «Курска» пусть даже неумышленно, но причастна американская сторона, надеяться на признание не стоило. Ради справедливости необходимо признать, что до настоящего времени никаких материальных доказательств причастности американцев или англичан к гибели «Курска» так и не обнаружено. Водолазами не было поднято ни одного фрагмента корпуса, где были бы оставлены следы некой второй субмарины.

Итак, первый взрыв, причина которого пока остается не ясной до конца, зафиксировали 12 августа в 11 часов 28 минут. Он вызвал мгновенный интенсивный пожар в 1-м отсеке. Все люди, находившиеся там, погибли в течение нескольких первых секунд. «Курск» в это время находился на перископной глубине, готовясь к учебной торпедной атаке, а потому его выдвижные устройства были подняты. Взрывная волна первого взрыва прошла в центральный пост, находящийся во 2-м отсеке. Часть находившихся там людей, сразу же погибла, другие были оглушены ударом. Далее взрывная волна прошла по трубопроводам вентиляции, эта же взрывная волна забросила во все отсеки и запах гари. Именно поэтому весь оставшийся к тому времени в живых личный состав сразу же включился в портативные и шланговые дыхательные аппараты. «Курск» начал стремительно погружаться. Пожар в 1-м отсеке продолжался, и подводники, находящиеся в 3-м отсеке начали уходить в сторону кормы. Однако дальше 4-го отсека уйти не успели. Еще до погружения на дно на «Курске» сработала аварийная защита реактора, и почти сразу же последовал второй взрыв, гораздо большей мощности, чем первый. Причиной этого взрыва стал продолжающийся пожар в 1-м отсеке, добравшийся до стеллажей с торпедами, после чего последовала их детонация. Новая ударная волна была намного мощнее первой. От ее удара переборка между 1-м и 2-м отсеками двинулась к корме, сминая все на своем пути, срезая даже трубопроводы воздуха высокого давления. Эта волна догнала и убила всех тех, кто пытался найти спасение в 4-м отсеке. Их так и нашли там — тридцать человек, лежавших друг на друге в коридоре 4-го отсека. В 5-м отсеке от удара взрывной волны погибла в полном составе боевая смена пульта ГЭУ. Часть офицеров выбросило волной в отсечный коридор. Убийственный смерч второй ударной волны остановила лишь кормовая переборка 5-бис отсека. Когда «Курск» подняли и поставили в плавдок, оказалось, что кормовая переборка 5-бис отсека выгнута дугой. Однако свою задачу она выполнила и остаточную силу взрыва все же выдержала…

Оставшиеся в живых подводники в 6-м, 7-м, 8-м и 9-м отсеках в это время делали все возможное для герметизации своих отсеков. Потом специалисты обнаружат во всех 4-х кормовых отсеках развернутые аварийные телефоны, по которым осуществлялась связь. После подъема «Курска» специалисты будут единодушны, что именно действия личного состава 6-го отсека оказались решающими для сохранения нормальной радиационной обстановки. При этом до сих пор осталось загадкой, почему личный состав 8-го отсека не обеспечил всплытие сигнального буя, что достигалось поворотом рычага из 8-го отсека, тем более что система не пострадала от взрыва. Однако вскоре началась интенсивная фильтрация воды в 6-й отсек из затопленного 5-бис, а потому подводники приняли решение отойти в кормовые отсеки. Установлено, что 6-й, 7-й и 8-й отсеки покидались организованно и без паники. Уходя, подводники забирали с собой все комплекты регенерации, индивидуальные дыхательные аппараты для всплытия (ИДА-59) и спасательные гидрокомбинезоны. Они не бежали с поля боя, а отступали, чтобы, закрепясь на своем последнем рубеже, принять последний неравный бой в 9-м отсеке. К 13-15 часам вечера 12 августа все оставшиеся в живых к тому времени 23 подводника собрались в кормовом 9-м отсеке.

Что происходило в 9-м отсеке «Курска» после того, как прогремели взрывы? Никогда еще внимание всей страны не было так долго приковано к одному из отсеков подводной лодки. Именно 9-му отсеку было суждено вписать последнюю и самую страшную страницу в трагедию «Курска». Из всех отсеков лодки девятый — самый маленький по размеру. В техническом описании он так и зовется: кормовой отсек-убежище. В 9-м отсеке собралось 23 человека. Это были все, кто к этому времени оставался в живых. Общее командование взял на себя, вероятнее всего, капитан-лейтенант Дмитрий Колесников. Ни в одной из двух найденных записок об этом не сказано однозначно, однако бумаги, найденные в кармане Дмитрия Колесникова, позволяют предположить, что командовал именно он. Помимо записки, в его кармане оказался список всех 23 подводников. Возле каждой фамилии стояли галочки. Скорее всего, Колесников проводил перекличку личного состава. По крайней мере, он это проделал дважды — в 13 и 15 часов.

Каково было моральное состояние оказавшихся в 9-м отсеке? Будучи профессионалами, все прекрасно понимали трагичность ситуации. Однако паники не было. Сейчас об этом можно говорить с полной уверенностью. Судя по всему, подводники готовились покинуть отсек свободным всплытием. Для этого были проведены все необходимые мероприятия, приготовлены дыхательные аппараты. По мнению врачей-физиологов, при всплытии со стометровой глубины сто процентов выходящих наверх получают декомпрессионную болезнь, а многие и сильную баротравму легких. Но в экстремальной ситуации вопрос стоит жестко: жив или мертв, а потому к подобным сопутствующим неприятностям относятся как к неизбежности. И все же, эти 23 человека так и не попытались выйти из лодки самостоятельно, ведь терять-то им было нечего. Почему не попытались? По-видимому, они были обессилены — лейтмотив записок: «будем пытаться всплывать, но вряд ли выдержим декомпрессию». Они готовились к выходу — 19 человек имели снаряжение. Но в таких случаях очень важен контакт со спасателями. А контакта не было. На них просто не обратили внимания.

Невозможность самостоятельного выхода на поверхность осложнила и без того тяжелое положение подводников. Но потеряно было далеко не все! Скорее всего, именно к этому времени относятся написанные Дмитрием Колесниковым слова: «Не надо отчаиваться!» И капитан-лейтенант Колесников, и остальные подводники прекрасно понимали, что после того, как лодка не вышла на связь, по флоту уже объявлена тревога, и их ищут. А потому теперь надо было всеми силами бороться за живучесть отсека, за сохранение собственной жизни и ждать. То, что после 15 часов Дмитрий Колесников пишет уже в темноте, говорит в пользу этой версии. Сколько времени придется находиться в отсеке, не мог сказать никто, а потому надо было экономить батареи аварийных фонарей. По многочисленным заявлениям руководителей флота подводники могли продержаться в 9-м отсеке до десяти суток. Сегодняшний анализ ситуации в 9-м отсеке говорит то же самое: они готовы были держаться эти самые десять суток. Однако этого не произошло. Почему? Потому что случилось нечто страшное, то, что разом перечеркнуло все надежды миллионов людей. Теперь мы вплотную подошли к тайне девятого отсека. Когда врачи приступили к обследованию извлеченных водолазами тел, они определили, что смерть подводников могла наступить в районе девятнадцати — двадцати часов 12 августа.

К вечеру в отсеке стало ощущаться кислородное голодание, и тут, при попытке зарядить дыхательные устройства свежими пластинами регенерации, произошел взрыв, который сразу же выжег весь кислород в отсеке, выделив огромное количество угарного газа. Люди погибли в течение очень короткого времени. Подводники в этот момент находились без дыхательных аппаратов, которые вполне обоснованно берегли на случай выхода из подводной лодки. А потому всем им было достаточно одного-двух вдохов угарного газа, чтобы потерять сознание. Все произошло так стремительно, что вряд ли кто-то из находившихся в девятом отсеке подводников смог до конца осознать, что же произошло. Следствие сделало вывод, что люди в 9-м отсеке погибли от отравления угарным газом, хотя его смертельная доза в крови составляет 60%, а у некоторых моряков этот показатель не превышал 40%. Смерть последовала в результате пожара в 9-м отсеке, который возник вследствие подтопления и попадания воды на патроны для регенерации воздуха: в их составе содержится калий, воспламеняющийся при соприкосновении с водой.

Главный судмедэксперт Министерства обороны Калкутин дал заключение о том, что «смерть всех подводников последовала в течение первых 8 часов после взрыва. Спасение людей было невозможно, потому что они умерли до объявления лодки аварийной». Взрыв был в 11.30, 8 часов истекло в 19.30, а лодку объявили аварийной в 23.30. План спасательной операции был разработан с многочисленными недостатками, подписан и утвержден не теми должностными лицами флота, которые по своему служебному положению должны были это сделать. При проведении операции были допущены многочисленные нарушения. По итогам расследования был сделан вывод о плохом техническом состоянии подводных аппаратов и спасательных судов, а также невысоком профессиональном уровне членов экипажей и руководителей спасательной операции. Однако следствие рассуждало так: может быть, и есть вина командования в том, что бездарно была проведена, — но она не находится в причинной связи со смертью, так как моряки были уже мертвы. Но ведь командование флотом в течение нескольких часов никак не реагировало на то, что «Курск» не вышел на связь. На «Петре Великом», где находился командующий флотом, сразу же ощутили мощный гидравлический удар. Акустик доложил, что в таком-то направлении — пеленг 96 градусов — зафиксированы вспышка и взрыв. Но руководитель учений не взял карту, не произвел несложный расчет и не убедился, что это то место, где «Курск» входит в район учений. Проявив полное безразличие, командование только в 23.30 объявило корабль аварийным. И как только о взрыве, зафиксированном акустиками, сообщили руководителю поисково-спасательных работ вице-адмиралу Бояркину, он проложил пеленг и нашел лодку — за каких-то четыре часа!

Любое событие, а тем более трагическое, зачастую предваряется невероятными предзнаменованиями. К сожалению, их смысл люди обычно начинают понимать уже после того, как трагедия произошла. Оказалось, что и в случае с гибелью «Курска» не обошлось без предзнаменований и предчувствий. А начать надо с самого корабля. Cудьба «Курска» складывалась вполне счастливо, может, даже слишком. Корабль оказался одним из немногих, которые удалось достроить в середине 1990-х годов. Именно «Курску» довелось ворваться на просторы Средиземного моря и посеять настоящую панику в 6-м флоте США. Очень многие считали этот корабль счастливым и завидовали тем, кто служил на нем. Да и сами члены экипажа по праву считали себя избранниками судьбы.

Кадры видеохроники сохранили момент крещения корабля. Непонятно почему, но вопреки традиции бутылку шампанского о борт подводного крейсера разбила не избранная экипажем крестная мать корабля (эту роль по неписаным морским законам должна исполнять только женщина), а сам его первый командир. Почему так произошло, почему был нарушен вековой обряд корабельного крещения, однозначно сказать теперь трудно. Вспоминали, что в казарме экипажа «Курска» на самом видном месте был помещен стенд «Координаты скорби», посвященный погибшей подлодке «Комсомолец». В умывальной комнате казармы находилось большое зеркало. За несколько дней до последнего выхода «Курска» в море оно треснуло. Тогда многие, глядя на него, подумали, что это не к добру… Был в дивизии, куда входил «Курск», и свой талисман — всеобщий любимец пес по кличке Бриг. Каждую уходящую в море и возвращающуюся лодку Бриг провожал и встречал на причале. «Курск» был первой лодкой, которую Бриг не проводил. Буквально за несколько дней до последнего выхода «Курска» пес был растерзан стаей бродячих собак. Подводники похоронили собаку на берегу бухты и пошли в море…

«Курск» очень много ходил в море, и тот последний выход был самым заурядным. Однако почему-то именно тогда целый вал недобрых предчувствий обрушился на членов экипажа и их семьи. Многие видели пророческие сны, вокруг происходили какие-то необъяснимые вещи. Капитан-лейтенант Дмитрий Колесников, тот самый, что находясь в 9-м отсеке, сумел написать записку, уходя в последний поход, почему-то оставил дома нательный крест, который всегда был на нем. Знакомясь с судьбами членов экипажа «Курска», поражаешься, насколько была она милостива к одним и жестока к другим. Боцман лодки старший мичман Мизяк был отпущен командиром на несколько дней, чтобы встретить возвращавшуюся из летнего отпуска семью. Вместо него пошел в море товарищ с соседнего корабля. Мичмана Корнилова спасла, сама того не подозревая, мать. Незадолго до гибели «Курска» она попала в автокатастрофу и в тяжелом состоянии была доставлена в реанимацию. По телеграмме Корнилов был отпущен. Так мать второй раз подарила жизнь своему сыну. Сколько матерей с «Курска» мечтали бы оказаться на ее месте! Увы, этот жребий выпал только ей! Отец капитан-лейтенанта Алексея Шевчука, офицер запаса, командовал одним из видяевских буксиров. Именно он 10 августа помогал выходить в последний поход «Курску». Если бы только мог знать отец, что он своими руками отправляет сына навстречу гибели! Отец капитан-лейтенанта Бориса Гелетина капитан 1 ранга Владимир Гелетин как офицер штаба Северного флота лично планировал, разрабатывал и руководил учениями, в ходе которых погиб «Курск». Мог ли он представить, что в очерченном им на карте учебном полигоне через несколько дней найдет смерть его сын?

Много необычного происходило и в природе. К примеру, в день, когда женам и матерям в видяевском доме офицеров выдавали свидетельства о смерти мужей и сыновей, небо над Видяево внезапно стало необыкновенно золотого цвета, да еще и с двойной радугой. Это было настолько необычно, что люди, останавливаясь, подолгу смотрели в небо, словно пытаясь получить от него утешение своей беде. И, наконец, последнее, тоже невероятное явление. В день, когда лодку подняли на поверхность и она в сцепке с баржей «Гигант» направилась в свой действительно уже последний путь, ее неожиданно окружила огромная стая дельфинов. Они сопровождали «Курск» до самого Кольского залива, потом неожиданно развернулись и словно растворились в морских глубинах.

Похороны моряков с «Курска» продолжались несколько месяцев по всей России, а также в Украине. Захоронение погибших подводников в Петербурге стало самым большим в стране — здесь покоится прах 32 членов экипажа. 12 человек похоронено в Курске, 8 — в Севастополе, 8 — в Северодвинске, а кроме того — в Москве, Абакане, Архангельске, Нижнем Новгороде, Белгороде, Ульяновске, Туле, Череповце, Воронеже, Рязани, Ярославле, Костроме, Йошкар-Оле, Калининграде, Уфе, Запорожье, в Архангельской, Нижегородской, Ульяновской, Московской, Липецкой, Владимирской, Вологодской, Калужской, Томской, Челябинской и Хмельницкой областях, в Республике Коми, Башкирии, Чувашии и Дагестане. Двое матросов — Дмитрий Котков и Иван Hефедков, а также главный специалист «Дагдизеля» Мамед Гаджиев навсегда остались в море… В память о погибших моряках подводного крейсера «Курск» в Москве, Нижнем Новгороде, Севастополе и поселке Видяево были открыты мемориалы. В Северодвинске воздвигнут монумент «Скорбный камень».

В Санкт-Петербурге местом захоронения подводников, погибших на АПЛ «Курск», стало мемориальное Серафимовское кладбище. Первые похороны моряков с «Курска» прошли здесь в ноябре 2000 года, когда воинские почести были торжественно отданы двум офицерам-подводникам — Александру Бражкину и Дмитрию Колесникову. Еще 30 семей направили в адрес правительства России просьбы разрешить им похоронить своих погибших родных в Петербурге. На Серафимовском кладбище была заранее определена площадка для захоронения погибших, проведены проектно-изыскательские работы, устроен дренаж, еще в 2000 году выкопали три ряда по десять могил для моряков погибшей подлодки. У могил были бетонные стены, чтобы исключить попадание в могилы грунтовых вод, так как окончательную дату захоронения тогда еще никто не знал.

Следующая траурная церемония прошла здесь только через год, когда АПЛ была поднята со дна моря и доставлена в док. 17 ноября 2001 года были похоронены 11 подводников с «Курска». Сначала родственники погибших моряков хотели дождаться доставки остальных тел — чтобы похоронить всех в один день. Однако демонтаж металлических перегородок и извлечение тел подводников затягивались, тем более, что опознание обнаруженных в Росляково моряков шло очень тяжело, учитывая сроки их нахождения сначала под водой, а затем в осушенном корпусе подлодки, поэтому решили не ждать доставки в Петербург тел всех 30 подводников, а похоронить тех, кто уже был опознан. В зале Военно-морского института — Морского корпуса Петра Великого были установлены покрытые Андреевскими флагами гробы, перед каждым — фотография моряка. На крышки положены офицерские фуражки и кортики моряков. Прошло отпевание погибших, а затем гражданская панихида. После чего тела погибших подводников были перевезены на Серафимовское кладбище и захоронены на Аллее Героев. Еще 8 подводников были похоронены в течение декабря 2001 года.

Наконец, 23 марта 2002 года на Серафимовском кладбище, предали земле тела последних 7 моряков атомохода, извлеченных из корпуса крейсера, в том числе командира АПЛ «Курск» капитана 1 ранга Г.П. Лячина. В середине августа 2002 года был объявлен конкурс на лучший памятник подводникам, который был торжественно открыт 12 августа 2003 года в третью годовщину катастрофы на атомном подводном крейсере «Курск». Черный гранитный куб с бронзовым буревестником (архитектор мемориала Г.С. Пейчев) символизирует мощную стихию и вечный покой.

Полный список всех 118 членов экипажа.

После гибели «Курска» проходят годы, но окончательная истина так и не установлена. Таинственная гибель суперподлодки относится к тому разряду морских тайн, которые будоражат воображение и по прошествии многих лет. Возникали и возникают новые версии, факты, якобы погубившие лодку. Исчерпывающего объяснения происшедшего так и не дали ни власти, ни эксперты, ни следствие. Более того, гибель «Курска» проявила одну пагубную и, к сожалению, типичную для нашей власти тенденцию: нежелание говорить правду. Вокруг гибели «Курска» была нагромождена такая ложь, что уроки катастрофы утонули во вранье и полученный печальный опыт уже невозможно использовать для повышения безопасности подводных лодок. И спустя годы после гибели «Курска» матери говорят: «Мы до сих пор не знаем, почему погибли наши дети».

69°36’59,6″ северной широты, 37°34’28,7″ восточной долготы… Отныне это последний причал лучшего корабля Северного флота — атомной подводной лодки «Курск» (бортовой номер К-141). С той самой минуты, когда разнеслась весть о трагедии, за судьбой российской субмарины и ее экипажа следил весь мир. Одна версия сменяла другую, но причины гибели атомохода для широкой общественности до сих пор остаются загадкой. У трагедии, случившейся в Баренцевом море, сотни вопросов…

источник http://funeral-spb.narod.ru/necropols/serafimofskoe/tombs/kursk/kursk.html