Судьба советской женщины

Анна Георгиевна Молева-Сигаева прошла войну в скромной должности радистки войск ПВО, которые, как тогда говорили, «обеспечивали небо». Она одна из тех женщин, без нелегкого труда которых не было бы Победы. На войну она ушла в 19 лет добровольцем. Нынче, когда в Вооруженные Силы молодежь затаскивают с помощью облав и засад, трудно представить себе, что в 1941 году люди самых разных возрастов осаждали военкоматы с просьбами отправить их на войну. С чего бы это?

Причина проста: Советская власть дала народу то, что требовалось защищать. Нынче понятие Родины несколько подутрачено. Как-то «вдруг» все стали космополитами, только не в общественно-философском смысле, в котором употребляли это понятие древние греки, а в уголовном, хотя воровали не все, а стало быть, не всем было предпочтительнее называть себя «гражданин мира», нежели следователя «гражданин начальник».

Сама Аня происходила из бедной семьи. Она родилась в 1922 году в Бодайбо, через три года семья Сигаевых вернулась на родину отца, в Пензу. Отец всю жизнь старался чему-то учиться, но сумел проучиться только два года в церковно-приходской школе в родной Чемодановке. Потом его отец, дед Ани, умер, и десятилетнему мальчугану пришлось стать кормильцем семьи. Сначала работал подпаском, потом, став несколько старше, ходил в соседнюю деревню Мертовщину работать на помещика Молочникова. Причем летом ходил босиком, а зимой в лаптях. Но платили копейки, которых на жизнь едва-едва хватало. Поэтому мать посылала малолетнего сына в Пензу, выпрашивать остатки от праздничных застолий. Потом их размачивали и ели. В семнадцать лет он уже работал в Пензе в знаменитой тогда пекарне Кузьмина (угол Московской и Горького, у нынешнего торгового дома «Арбат») подручным пекаря, а поднабравшись опыта, стал пекарем и до конца жизни готовил к семейным праздником «венскую мелочь». Так называли в начале века выпечку в виде различных букв. Мать в 13 лет уже работала нянькой, а в 14 – на заводе у станка.

Сегодня услужливые политические проститутки с высшим образованием и учеными степенями оплевывают события 17-го года и делают вид, что не понимают, для чего праздновать годовщину большевицкого переворота или Международный женский день.

Хотя без переворота они до сих пор сидели бы за чертой оседлости и нищеты. Что же касается борьбы за права женщин, то в России, которая, как врут многие издания и вещания, при царе необыкновенно процветала, земля в общине выделялась только на мужские души, на женские земельных наделов не полагалось. а в многодетной семье Сигаевых после смерти отца остались в основном девочки. Поэтому получить наделы и хотя бы сдать их в аренду семья не могла. Потом подохли корова и лошадь. Работать в поле было негде, не на чем и некому.

Современные либеральные рыночники нынче открыто провозглашают возврат к матушке-природе, где выживает сильнейший. Мол, чем ближе к природе, тем лучше. Ученые дурачки не в силах представить себе, что весь путь человечества – это уход от животного мира, в который нас теперь затаскивают.. А в животном мире ведь как? Погибли родители – значит, детенышей или съедят, или они умрут с голоду.

В 1941 году Аня закончила четвертую школу и поехала в Ленинград поступать на учебу. И тут началась война. Аня вернулась в Пензу и обратилась в военкомат за направлением на войну. Там ей объяснили, что на войне нужны люди, умеющие что-то делать. Тогда молодая девушка поступила на работу в артель «Культурный труд», шившую белье для военных, а после работы начала посещать занятия по радиоделу. Зимой 1941-го упорную девушку наконец-то направили в Куйбышев учиться на радистку. На станции Пенза – I получили паек и в теплушках поехали. В Куйбышеве получили обмундирование, приняли присягу, начали изучать радиостанцию 6-ПК.

В январе 1942года, после нескольких месяцев учебы, рядовую Сигаеву направляют в действующую армию под Воронеж. Ехали через Пензу, но родных повидать не сумела, поезд не остановился. Выданного пайка не хватило, пришлось добывать продовольствие у местных жителей. Чуть не отстали от поезда. В Воронеже Аня получила назначение в 63 отдельный батальон связи войск ПВО. Он был сформирован из бойцов цастей, отступавших с Украины, поэтому в его составе было много украинцев.

Скромные труженики войны

Начались военные будни: строевая, изучение оружия, упражнения с передатчиком. Под Воронежем, на посту ВНОС Аня впервые увидела за речкой живых немцев. В то время под Воронежем шли настолько тяжелые бои, что впоследствии городу был присвоено звание «Город воинской славы». Здесь были остановлены немецкие войска, успешно прошедшие Украину. Дальше они на этом участке не смогли продвинуться ни на шаг.

Вскоре батальон перебросили в Сталинград. Бойцы возмущались: зачем их отводят в тыл во время столь тяжелых боев? К ближайшей железнодорожной станции шли по летней жаре сто верст. Затем по разбитой немецкими бомбами железной дороге состав дополз до Сталинграда. Штаб располагался на ул. Ленина, а место связи на Мамай-горе.

После боев Сталинград казался настолько мирным городом, что бойцы расслабились. Здесь еще текла довоенная жизнь. 23 августа Аня с подругами собирались в театр оперетты. Она стояла на дворе с утюгом в руках, когда на город наползла туча. Только то, что сначала выглядело, как туча, оказалось скоплением немецких самолетов. Началась самая страшная бомбежка города. Бомбы сыпались непрерывно. На улицах лежали убитые и раненые, части разорванных человеческих тел. Ночью от пожаров было светло, как днем. Девушки переправились на другой берег Волги, где уже находилась часть. Перевез их 14-летний паренек на своей лодке. Но уже на следующий день Аня попросилась обратно. 12 сентября во время очередного налета она получила ранение в голову и в левую руку. Лейтенант, который принес донесение, был убит. Медсестра помогла девушке дойти до баржи. Баржа была переполнена, девушке предложил помощь знакомый минометчик с лодкой.

Любопытно отметить, что в те тяжелые времена помощь предлагалась совершенно бескорыстно, знакомым и незнакомым. А нынче те, кто громче всех кричал, что, когда каждый за себя – это лучший из возможных мироустройств, почему-то удивляются, откуда берутся люди, заломившие за перевоз людей после взрывов в метро дикие цены. Между тем минометчик не просто оказал девушке услугу: он еще и спас ей жизнь. На середине реки на баржу налетели немецкие самолеты, и она затонула. С берега это видели и сочли Анну погибшей. На Аню Сигалову ушла похоронка.

Пять дней добирался состав до Саратова, раненые лежали на голом полу,. Полевая кухня подъезжала только два раза. В саратовском госпитале – 1678 из девушки извлекли шесть осколков. После выздоровления ее хотели отправить в тыл как получившую ранение в бою, но девушка добилась отправки в действующую армию и 28 ноября 1942 получила назначение в 720 зенитно-артиллерийский полк.

Полк наступал на Одессу, участвовал в Ясско-Кишиневской битве и закончил войну в Румынии, между городами Ордая и Дебрец. Около двух часов ночи по радио пришло сообщение о Победе. Любопытно, что румыны знали об этом еще днем и кричали :»Разбой капут!» («Война окончена!»).

Хотя Румыния и участвовала в войне, разрушений было мало. Плоешти с нефтеперегонным заводом союзники не бомбили, но вокруг поля были усеяны воронками, которые связисты быстро переделывали под землянки. В Яссах по улицам гуляли девицы.7 Ноября 1944 года боец Сигалова присутствовала в оперном театре на торжественном заседании, посвященном годовщине Октябрьской революции. На нем присутствовал и молодой король Михай, красавец в расшитом золотом мундире, сразу ставший центром всеобщего внимания.

После окончания войны Аня вернулась в родной город, в родительский дом, который и ныне стоит на ул Московской, 131. За службу она получила орден Отечественной войны первой степени, медали «За оборону Сталинграда» и «За победу над Германией». В Пензе Аня получила образование, вышла замуж и в 1954 году как член партии (вступила в 1944) в числе 1050 человек получила направление в деревню. Тогда сталинизм еще не был окончательно разрушен, а потому коммунистов направляли на самые ответственные и трудные участки работы. Тридцать лет они с мужем прожили в деревне. Муж был директором совхоза «Кромщинский». У них родилось четверо детей, шестеро внуков, пять правнуков.

 

 

Евгений Пырков