Потёмкинские деревни на нашей крови

Теракты на общественном транспорте как гвозди, не забитые микроскопом

Егор Ермаков

29 марта 2010 г. произошёл двойной теракт в метрополитене Москвы: в утренний час пик на станциях «Лубянка» и «Парк культуры» с интервалом в 45 минут прогремели два взрыва. Погибли 40 человек, более сотни получили ранения.

Это событие послужило извержению массы гневных слов высших лиц государства по поводу угрозы терроризма. И принятию Комплексной программы обеспечения безопасности на транспорте. Той самой программы, благодаря которой на вокзалах всех видов транспорта начали внедряться дорогостоящие инженерно-технические средства: сидящие/стоящие у входов полицейские и ведомственная охрана. А в дополнение к ним рентгеновские сканеры для пассажиров и багажа, на которые никто не обращает внимания, многочисленные камеры видеонаблюдения и многое другое. Той самой программы, в которую за три года было вбухано 46 миллиардов рублей. Той самой программы, от которой головняков пассажирам больше, чем пользы.

Есть отдача?..

24 января 2011 г. – теракт в аэропорту Домодедово. Смертник взорвал себя в толпе встречающих. Погибли 37, ранены 180 человек. Спецслужбы о готовящемся теракте знали, но так и проворонили случившееся.

21 октября 2013 г. – теракт в Волгограде, взрыв пассажирского автобуса, погибли 7 человек, большая часть которых – люди до 30 лет, преимущественно студенты, 32 человека пострадали.

29 декабря 2013 г. – снова теракт в Волгограде. В результате взрыва в здании железнодорожного вокзала 18 человек погибли, 45 пострадали.

30 декабря 2013 г. – ещё один теракт в Волгограде. В результате взрыва в троллейбусе погибли 16 человек, 25 ранены.

Потёмкинские деревни на нашей крови«Весёленькая» хронология, не правда ли? Три последних крупных теракта произошли с разницей в чуть больше чем два месяца. И всё в одном и том же городе! По ходу дела власть уже не ходит по граблям. А прыгает на них с разбега, получая в качестве бонуса восхитительные искромётные «фейерверки» – правда, не в глазах, а в общественном транспорте. Гибнут юноши, девушки, дети… Сухие цифры, в которых исчисляются жертвы, напоминают военные сводки о потерях. Потерях в войне, которая ведётся отморозками с нашим правительством за счёт нас с вами. И которую правительство выигрывать не собирается. Только спокойно-размеренные голоса новостных комментаторов говорят об этом как о чём-то обыденном. Ну, взорвали, мол… Да, террористы – негодяи, их надо покарать. Делается всё возможное. Родственникам выплатим компенсацию. Всё ж таки на смерть деньги давать – это не на каждый день. Таков цинизм властей – народ приучили вытирать плевки в лицо. Приучат и к тому, что его можно пачками за просто так на тот свет сплавлять. «Государство не обеднеет, забирайте!»

Кто-то наверняка скажет: давить нужно террористов, ваххабитов проклятых!.. Ну, спору нет – с волками надо по-волчьи. Но, как гласит известный анекдот, есть нюанс. Соотношение террористов и наёмников с численностью всех наших органов – как у блохи с псиной. Раз укусит, два укусит, но на третий-то раз выгрызть можно. Не поленитесь вспомнить историю. СМЕРШ сразу после войны так толково поработал с бандеровцами на Украине и «лесными братьями» в Прибалтике, что только внучки их опомнились свастики на себя нацепить. Ваххабиты и прочие, которые сейчас не добиты, вполне себе продолжают ездить в общественном транспорте. Видимо, граждане с щитами и мечами у нас только с оппозицией и демонстрациями – вожди апачей…

Ладно. Это всё справедливые и горькие эмоции. А теперь вдумайтесь, отдайте себе отчёт в том, что эта самая программа обеспечения безопасности на транспорте, на которую угрохано 3 года и 46 миллиардов бюджетных – наших с вами, по сути – денег, не стоит гроша ломаного. Какой толк от понатыканных в проходах сканеров, если террористы запросто проносят взрывчатку в здания вокзалов? Толку – ноль! С такой системой самым безопасным и надёжным видом транспорта становится похоронная процессия…

Не надо быть лауреатом Нобелевской премии, чтобы понять очевидную – и печальную истину: на что бы ни уходил российский бюджет, он будет распилен. Деньги простых людей вместо службы этим людям оседают на чьих-то оффшорных счетах, отмываясь через закупки бесполезного оборудования и подрядчиков установки этого хлама. Новёхонькие системы безопасности, конечно, появляются… но чаще в репортажах новостей. А потом их либо отключают за неудобством и сложностью использования, либо, как декорацию, переставляют в другое место. А всё, что остаётся в работе, больше напоминает микроскоп, которым пытаются забить гвозди.

Пароход упёрся в берег,
Капитан кричит: «Вперёд!»
Кто такому раздолбаю
Доверяет пароход?!

Спустя всего 10 дней после того, как в Волгограде сила взрыва оторвала от земли троллейбус, премьер-министр Медведев уже завёл речь о продолжении пресловутой программы безопасности на транспорте. Если до предновогодних терактов правительство запланировало потратить на неё ещё миллиард, то теперь, вероятно, эта сумма увеличится в разы.

Заставь дурака богу молиться – весь лоб себе расшибёт. Почти сразу после волгоградских взрывов власти Москвы расписались в собственном идиотизме в вопросах безопасности. А как иначе можно расценить их требования к водителям общественного транспорта следить за ситуацией в салоне? Может, вовсе не смотреть на дорогу?.. Как можно понять призыв искать террористов среди «проводящих фото и видеосъемку зданий, жилых домов, вокзалов, аэропортов»? «Каждый турист – потенциальный террорист», – таков, что ли, лозунг дня?! Говоря языком политологии, началось нагнетание массовой истерии, поиска мнимых врагов. Пополам с конвульсивной имитацией бурной деятельности и заботы о гражданах…

А ты ещё веришь в свою безопасность?

У тебя ещё есть убеждённость, что, отправляясь в дорогу, ты вернёшься домой?

Где гарантия, что в каком-нибудь Саратове или Ростове, а то и в Волгограде в четвёртый раз не прозвучит очередной взрыв, выжигая и разрывая тела ни в чём не повинных нас с вами?

Последние (хочется верить, что последние) теракты в Волгограде засахарены новогодними праздниками. Едва было собравшийся народный сход рассосали по домам. Но послевкусие осталось. Послевкусие бессильной – пока – злобы. На бессилие властей, её социальную импотенцию и наплевательство на собственный народ.

Утрёмся, ребята? Или как?..

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter .