Борьба монополий за контроль над рынком электроэнергии в Мексике

Статья из мексиканского журнала «El Comunista»

Многие граждане пользуются благами цивилизации, не очень задумываясь об их происхождении. Они включают свет на кухне, не думая о том, как организовано производство электроэнергии. Зачем заморачиваться?.. А затем вдруг, внезапно случается очередной рост тарифов, приправленный привычными объяснениями про «инфляцию» или «кризис». Граждане удивляются, возмущаются, но продолжают платить. В России, в Германии, в Бразилии, почти везде на нашей планете.

Какова изнанка потребления электроэнергии? Какие процессы характерны для энергетического рынка? Эти темы на примере своей страны раскрывает журнал «El Comunista» — центральный теоретический орган Коммунистической партии Мексики, входящий в интернациональный проект «Международный коммунистический обзор». Название статьи говорит само за себя.

Электростанция в Мексике

Электроэнергетика жизненно важна для развития нации, она является важной стратегической отраслью для развития производительных сил, о чем свидетельствует фундаментальная роль электрификации в развитии тяжелой промышленности Советского Союза и форсированной реализации пятилетних планов, которые ускорили переход от аграрного общества к высокоорганизованному индустриальному обществу. Ленин ясно понимал основополагающую роль электрификации страны ещё накануне победы Октябрьской социалистической революции в России — до такой степени, что это почти стало для него навязчивой идеей, что нашло отражение в нескольких его работах и ​​докладах этого этапа, среди которых особо выделяется доклад о работе ЦИК от 2 февраля 1920 года, в котором он разъясняет стратегическую значимость технического оснащения для упрочения нового социалистического способа производства:

«Век пара – век буржуазии, век электричества – век социализма. Мы должны иметь новую техническую базу для нового экономического строительства. Этой новой технической базой является электричество. Мы должны будем на этой базе строить все. Это стоит долгих лет. Мы должны показать крестьянам, что организация промышленности на современной высшей технической базе, на базе электрификации, которая свяжет город и деревню, покончит с рознью между городом и деревней…»

Прошло немногим более столетия с тех пор, как электрификация стала основным катализатором индустриализации в СССР, и этот рост позволил молодой стране подняться с пятнадцатого места в мире по производству электроэнергии, занимаемого в 1920 году, и 1950 году подняться на второе, уступая только США. Подобным же образом, несмотря на неравномерность технологического развития в разных странах мира, человечество стало свидетелем быстрой технологической гонки, которая началась с небольших электрических генераторов на основе нефти, угля и пара мощностью менее 1 киловатта, и привела к разработке и строительству огромных электростанций мощностью в миллионы киловатт, технологическая база которых опирается на последние достижения науки, такие как ядерное деление, геотермальная энергия, фотоэлектрическая и ветровая энергия и другие.

Мексика, как и страны бывшего СССР, это страна с огромными источниками углеводородов и возобновляемых ресурсов, среди которых выделяются тяжелая нефть, природный газ и благоприятное географическое положение в поясе высокой солнечной радиации. Эта доступность ресурсов также позволила нашей стране (с интервалом в несколько десятилетий) достичь уровня электрификации, дающего возможность снабжать электроэнергией 99% домов на национальной территории, согласно последнему общенациональному исследованию потребления энергии в частных домах. В теории такой высокий уровень электрификации в домах должен быть следствием наличия масштабной и современной электрической системы, однако реальность совсем иная. В Мексике пока нет достаточно надежной электрической сети, которая могла бы стимулировать развитие наиболее отдаленных районов, и при этом нет возможностей для создания инфраструктуры в рамках традиционных схем частного инвестирования. В этом контексте и в качестве основного продукта крайне неблагоприятного для Мексики пакта, подписанного лидерами основных политических сил, в 2013 году родилась реформа энергетики, которая изменила модель вертикально интегрированной монополии Федеральной комиссии по электроэнергии (CFE), превратив её в государственное производственное предприятие с десятком дочерних компаний, с тем чтобы разделить деятельность электроэнергетической системы на три различных сектора: производство, передача и распределение. В качестве основного следствия реформы сектор производства электроэнергии был открыт для участия крупных частных компаний. Вследствие этого, а также благодаря аукционам по чистой энергии, проводившимся в предыдущие шесть лет, ветряная и солнечная фотоэлектрическая энергетики развивалась с головокружительной скоростью, достигая долей участия в генерации электроэнергии 5% и 7% соответственно.

Электростанция в Мексике

Сейчас, когда осуществление второстепенных видов деятельности ограничивается или приостанавливается из-за пандемии COVID-19, противоречия между частными компаниями и государственной электроэнергетической корпорацией усилились. Во время этого кризиса спрос на электроэнергию снизился чуть более чем на 10%, что вызвало дискуссию о влиянии энергии из возобновляемых (прерывистых) источников на энергосистему в сценариях с низким спросом и привело к тому, что Национальный центр энергетического контроля (CENACE) приостановил все тестовые работы по подключению новых прерывистых (т.е. не обеспечивающих бесперебойную выработку) установок к энергетической системе, утверждая, что это поставит под угрозу безопасность сети. Впоследствии Министерство энергетики официально объявило о новой политике в отношении надёжности системы, пропуская установленный процесс анализа воздействия регулирования, который давал частным компаниям аргументы для защиты своих интересов и прекращения указанного соглашения. По сути, соглашение устанавливает — исходя из очень слабой технической аргументации, — что критерий безопасности и надежности электроснабжения имеет приоритет над любым другим критерием. Чтобы понять, что означает это изменение критериев, необходимо дать краткий экскурс в текущую работу электрических сетей в мире. Все энергосистемы требуют деликатного и сложного контроля в режиме реального времени, поскольку необходимо постоянно поддерживать баланс между производством электроэнергии и спросом на каждый момент времени. Это объясняется главным образом уровнем технологического развития, который еще не сделал возможным внедрение крупномасштабного сетевого хранения при разумных затратах. В любой электрической системе существует также термический предел мощности линий передачи для передачи энергии в требуемом объеме в любой данный момент времени, что является основной причиной, по которой необходимо выбрать, какие установки первыми входят в сеть, поскольку предел мощности не позволяет подключить все одновременно.

Текущая установленная мощность мгновенной генерации почти на 70% превышает спрос в режиме реального времени. Это превышение также характерно и для других стран, поскольку объясняется требованиями безопасности и условиями технического обслуживания (не все станции работают с одинаковым коэффициентом готовности). Это означает, что необходимо выбрать, согласно определенному критерию, какие станции вводить первыми для отправки. В настоящее время за основной критерий принят экономический, а это означает, что первой входит в сеть установка с наименьшей себестоимостью энергии. Министерство энергетики предлагает заменить экономический критерий диспетчеризации на критерий надежности системы, что означает первоочередное подключение станций, которые могут предложить базовую нагрузку, т.е. станции с тепловым или комбинированным циклом. Большинство таких станций принадлежит CFE.

Основная проблема, выходящая за рамки контекста и технического объяснения, на самом деле заключается в борьбе за контроль над рынком электроэнергии между госкорпорацией CFE и частными компаниями — в основном с высоким компонентом иностранного капитала. В настоящее время в негласном соглашении о долях рынка для CFE и частного сектора устанавливается соотношение 54% / 46%. Это соотношение не имеет экономического или какого-либо иного обоснования, которое отдавало бы приоритет технологическому развитию стратегических областей, которые, в свою очередь, могли бы реально выиграть от инвестиций в энергетическую инфраструктуру и в разработку новых технологий, применяемых в агропромышленных процессах и сопутствующей экономической деятельности. Подлинный интерес этой администрации заключается в том, чтобы CFE восстановила свою долю на рынке путем косвенного субсидирования Мексиканской нефтегазовой госкорпорацией (PEMEX), для чего на своих станциях, определённых в качестве «обязательных» (т.е. таких, которые должны быть задействованы для снабжения электроэнергией в приоритетном режиме), они будут обеспечивать рентабельное использование мазута, являющегося вторичным производным нефтеперерабатывающего процесса, использование которого в последнее время было запрещено во всем мире из-за высокого содержания серы и высокого потенциала загрязнения. С другой стороны, основной интерес частных компаний состоит в том, чтобы интенсифицировать процесс прироста стоимости капитала путем заключения договоров купли-продажи энергии с промышленными потребителями, которые зачастую принадлежат к одним и тем же группам инвесторов и имеют одинаковые экономические и классовые интересы.

Счёт за электричество, Мексика

Мы являемся свидетелями ожесточенной борьбы за контроль над сектором производства электроэнергии в контексте новой вариации циклического кризиса капитала. Этот кризис вновь станет своего рода аварийным клапаном для накопившегося негатива в отношении либерального прогресса, как бы последний не именовался: социал-демократия, неолиберализм, консервативная или либеральная партия. Он даст ещё одну возможность предложить новые и инновационные формы финансового регулирования, новые корректировки заработной платы топ-менеджеров, новое предельное увеличение минимальной заработной платы и перспективные политики распределения доходов. Все эти меры помогут общественному принятию представления о том, что кризис был жестким, да, но что в конце концов всё обернулось хорошо и финансиализация экономики является чем-то желательным, позволяя нам продолжать верить в то, что противоречие между трудом и капиталом имеет решение в реформистских рамках, и с воодушевлением голосовать на следующих выборах за самый инновационный вариант, веря в то, что больше всего нам нравится капитализм версии А, В или С. «Зёленый» капитализм, который спасает нас от нас самих, который успокаивает и умиротворяет нашу искреннюю тревогу об окружающей среде слепым доверием к чистой энергии. Технологии, которые будут просто выполнять функцию бальзама до тех пор, пока не изменится способ производства, который требует бесконечного роста ВВП для поддержания уровня прибыли, и одновременно уменьшает долю органического капитала (так в тексте — Ред.), источник всей его ценности. До тех пор, пока организованный и сознательный отказ от этой «логики вечного роста» не материализуется путем замены государственного монополистического капитализма государством с рациональным социалистическим планированием, мы будем и впредь верить, что нового регулирования, нового технологического прогресса будет достаточно для преодоления следующего кризиса, мы будем и дальше сохранять непоколебимую веру в то, что всё будет хорошо, как только возвратится «новая нормальность».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter .