Слушая «Красную жару» или подсчитаем пролетариат

Продолжение незабытой дискуссии

… Вот какие мысли мне навеял 10-ый выпуск «Красной жары» вкупе с отзвуками прошлых выпусков и прочтением социологической статьи, рекомендованной В.М.Соловейчиком.

Пролетариат

Во времена В.И.Ленина фабрично-заводских промышленных рабочих насчитывалось около 3-4 млн на 160 млн населения, 80% коего составляли крестьяне. То бишь сравнительно небольшой рабочий класс и тонкая прослойка (порядка нескольких сотен тысяч) разночинной интеллигенции пребывали в окружении мелкобуржуазной крестьянской стихии. То на сегодняшний день количество настоящих крестьян, то есть обособленных мелких сельхозпроизводителей, какими они были в Российской Империи, значительно сократилось. Крестьянство составляет, по некоторым оценкам, не более 12% населения России, что, вроде бы, тоже немало — около 17 млн человек. Но похоже, что в эту цифру засчитаны все работники, занятые в сельском хозяйстве, а не собственно фермеры.

Численно возросший рабочий класс ныне включает в себя промышленных и сельскохозяйственных рабочих, в том числе занятых в инфраструктуре. Роль же прежней мелкобуржуазной крестьянской стихии исполняют во много раз более многочисленные (сравнительно с дореволюционной интеллигенцией) слои работников умственного труда или трудящихся непроизводственной сферы, в том числе управленцы, отраслевые специалисты, офисный планктон, самозанятые. Если принять за основу нынешнюю численность рабочего класса, оцененную В.И.Галко в лекции о законе народонаселения приблизительно в 25-28 млн по состоянию на 2013 год, то можно грубо прикинуть, что трудящихся, не занятых непосредственно производством и перемещением материальных благ, минимум столько же или даже больше.

Во времена Ленина прогрессивная разночинная интеллигенция, во-первых, сама себя подготавливала в теоретическом плане, никто её не нянчил, «Капитал» не разжёвывал и в рот не клал. Во-вторых, она, в силу своей малочисленности и слабости, неизбежно должна была опираться на промышленный пролетариат и брать за основу не свои узкогрупповые, а его объективные интересы. Численно преобладавшее в стране крестьянство имело собственные материальные интересы, с которыми необходимо было считаться всем социальным группам, желающим привлечь крестьянское большинство в свои политические союзники. С другой стороны, крестьянство хоть и было в огромной массе неграмотным или малограмотным, но ощущало в этом свою ущербность и страстно тянулось к образованию и наукам, связывая с образованностью надежды на улучшение своего материального положения. Я бы ещё отметила, что, в отличие от современных креаклов и хипстеров, крестьяне занимались материально производительным трудом.

По сравнению с началом прошлого века, сегодня количество рабочих намного больше, но с их вероятными союзниками по классовой борьбе ситуация непростая. Место малограмотного мелкобуржуазного крестьянства, в основном, заняли «белые воротнички», в массе своей более образованные, чем рабочие, чувствующие своё над рабочими не только интеллектуальное, но и социальное превосходство если не по доходам, то по профессиональному и должностному престижу, а также по более благоприятным условиям труда. Как мне представляется, действительно прогрессивная часть интеллигенции сейчас даже меньше, чем была в царской России, а подавляющее большинство интеллектуальных работников вполне буржуазно по взглядам.

Полагаю, что вместо обозначенного Лениным противоречия между городом и деревней на первый план вышло противоречие между рабочими материального производства и инфраструктуры, с одной стороны, и трудящимися в непроизводственной сфере, с другой, вполне оформившееся ещё в позднесоветский период. Противоречие между управленцами и исполнителями, бывшее чрезвычайно острым в сословной Российской Империи, в теперешней буржуазной России мало-помалу тоже обостряется. Так в чём же проявляется буржуазность социальных групп, занятых непроизводительным трудом?

Думаю, ответ простой. У них всегда имеется, подспудно либо осознанно, объективный экономический интерес: присесть на холку материальным производителям и профессионально заняться чем-нибудь непыльным и денежным, интеллектуальным или руководящим, престижным или не очень, но всяко престижнее физического труда. Поздний СССР сию тенденцию ярко продемонстрировал, когда большинство чадолюбивого населения, особенно с деревенскими корнями, вперегонки стремилось дать детям высшее образование и пристроить хотя бы офисным клерком, так называемым «инженером». Ведь «мои дети рождены не для того, чтобы коровам хвосты крутить или у станка горбатиться». А чуть позднее те же самые офисные клерки и прочая творческая интеллигенция дружно ударились в антисоветчину и возмечтали о капиталистическом товарном изобилии. Наивные работяги потянулись было за ними вслед, не понимая, что их-то в «высшие сферы» никто не приглашал, их-то обязанность останется прежней: обеспечивать материально-бытовой комфорт для очередных самозваных потребителей, для очередной «чистой публики».

Офисный планктон

В целом мне ясна позиция коммунистов, выходящих именно к заводским проходным с печатной продукцией: с газетами, листовками, бумажными объявлениями. Ведь доля рабочих, регулярно посещающих интернет, на мой взгляд, слишком мала, в то время как «белые воротнички» представлены в интернете практически поголовно. Коммунисты хотят сплотить, вооружить теоретическими знаниями и нацелить на классовую борьбу рабочий класс.

Однако настоящих коммунистов, ставящих в приоритет интересы рабочего класса, по-моему, гораздо меньше, нежели разного рода левых активистов. Одни левые активисты трактуют пролетариат в максимально широком смысле как всех наёмных работников, а то и вместе с самозанятыми, другие вообще считают, что понятие «диктатура пролетариата» либо устарело, либо изначально было чем-то плохим.

И я не очень понимаю, каких целей добиваются «левые», сосредоточившиеся на интернет-пропаганде и агитирующие, по их словам, «просто людей». К чему они призывают этих самых «просто людей», по большей части оказывающихся работниками умственного труда? Призывают ли их служить рабочему классу или осознать эгоистические интересы своей социальной группы? Что явится результатом такой левой пропаганды в интернете? Реальное сплочение в отдельный сознающий себя класс пока ещё атомизированных работников непроизводственной сферы? Станет ли эта большая социальная группа равноправным, сознательным и надёжным союзником рабочего класса в борьбе за справедливое переустройство общества? Или возомнит себя новоявленной «меритократией», достойной возвышаться над рабочими, самовластно управлять ими и присваивать значительную часть плодов их труда? Ещё неизвестно, кого из двух проще теоретически переубедить и нацелить на подлинно коммунистические идеалы: малограмотного, тянущегося к знаниям и одновременно практичного в житейском смысле дореволюционного крестьянина-общинника, настрадавшегося от голода, малоземелья, кровопролитной войны, или же избалованного кредитным «потребл*тством», самоуверенного в своём нахлебничестве офисного служащего, индивидуалиста, с буржуазной кашей вместо мозгов, где отлично совмещаются патерналистский социализм и поддержка малого и среднего бизнеса, который, по меткому выражению Бориса Юлина, патриотичен ровно постольку, поскольку ещё не дорос до крупных размеров.

Напомню вкратце, почему коммунисты обычно ставят в приоритет взаимодействие именно с рабочими, занятыми производительным трудом? На то есть целый ряд причин. Во-первых, работать с самыми широкими массами наёмных работников у коммунистов часто не хватает сил и идеологических кадров. Поэтому и выбирается главное звено, чтобы не распылять силы и не разбрасываться. Во-вторых, фабрично-заводские рабочие обычно имеют хорошие навыки работы в бригадах, поэтому наиболее способны к коллективной борьбе. В-третьих, рабочие в сферах производства и инфраструктуры изготавливают и транспортируют продукцию, необходимую для жизнеобеспечения общества. Если они приостановят свою работу в ходе забастовки, то это подействует как на капиталиста, который потерпит убытки, так и на пробуждение общества. В-четвёртых, рабочие коллективы при поддержке коммунистов способны быстро возобновить работу производственных объектов и объектов инфраструктуры, остановленных капиталистами в порядке локаутов, и осуществлять управление этими хозяйственными объектами. В-пятых, производственные рабочие находятся в социальном низу и подвергаются наиболее жёсткой эксплуатации. Они непосредственно заинтересованы в социальном равноправии и равном доступе к материальным и духовным благам. В-шестых, объективные интересы рабочих включают развитие и повышение благосостояния всех трудящихся. Таким образом, на первом этапе идеологическая часть авангарда теоретически подготавливает рабочую часть авангарда.

Мне бы очень не хотелось возникновения очередных «меритократий» — я предпочитаю движение от равноправия социальных групп к равноправию всех сограждан. Так в каком направлении все мы должны продвигаться, если планируем прийти к коммунизму? Я могу назвать три основных момента, которые нужно как можно более равномерно распространить на всех трудоспособных членов общества: качественное образование (желательно всеобщее высшее), обязательное (с учётом половозрастных и физических ограничений) участие в материально производительном труде, обязательное участие в управлении и планировании.

Чего удалось достичь на сегодня, по сравнению с дореволюционной царской Россией? Значительного повышения уровня образования в обществе, это особенно заметно в замещении большой доли крестьянства широкими слоями интеллектуальных работников. Каковы текущие недоработки? До сих пор живучи давние вредные стереотипы о том, что физический труд — удел малообразованных маргиналов и что руководить способна исключительно «высшая каста» профессиональных управленцев. Оба этих стереотипа придётся планомерно изживать.

Рабочий

Во-первых, необходимо будет наладить систему массового, в перспективе всеобщего, обучения управленческих кадров для Советов всех уровней. Во-вторых, постепенно перераспределить задачи материального жизнеобеспечения, весь объём работ в материальном производстве и в инфраструктуре на всех трудоспособных членов общества, как делят бытовые обязанности в домашнем хозяйстве на всех членов большой семьи, чтобы пришлось поработать каждому посильно и потратить относительно малое количество времени. Ну а уровень и качество образования тоже давайте будем улучшать, ибо нет предела совершенству.

Diletant_ka


К вопросу о пролетариате

В данной статье поднимается важная проблема социальной базы коммунистов. Статья написана по мотивам «Красной жары», организованной Красным ТВ 2 года назад. На этой передаче разные представители левого движения высказывали свои позиции относительно пролетариата, существующего строя в России и о том, как стоит работать коммунистам и на что  делать упор. Все указанные вопросы не утратили актуальность и спустя два года. А в условиях кризиса, который обострился в 2020 году, приобрели большую практическую значимость.

Предлагаемая статья интересна и полезна, так как поднимает указанные выше вопросы. Несомненным достоинством статьи является точное определение рабочего класса как главной социальной базы коммунистов. Сегодня очень многие под «широким» пониманием пролетариата подводят аргументы расширения социальной базы коммунистов за счет всех наемных работников. Однако это неправильно, так как, во-первых, не все наемные работники — пролетарии (Путин тоже наемный работник, если рассуждать формально), во-вторых, сам класс пролетариев состоит из различных групп, неодинаково склонных к борьбе за свои права и осознанию своего классового положения. В этом смысле правильно определять не только пролетариат в широком смысле, но и ту его наиболее революционную часть, которая и должна быть в центре внимания коммунистов. Наиболее революционная и последовательная часть пролетариата – это пролетариат, занятый в материальном производстве. В статье эта мысль достаточно точно сформулирована и развернуто аргументирована.

Вместе с тем, присутствует и то, что вызывает споры.

К основным таким спорным местам относится отношение к работникам непроизводственного сектора («белым воротничкам»). Автор пишет:

«По сравнению с началом прошлого века сегодня количество рабочих намного больше, но с их вероятными союзниками по классовой борьбе ситуация непростая. Место малограмотного мелкобуржуазного крестьянства в основном заняли «белые воротнички», в массе своей более образованные, чем рабочие, чувствующие своё над рабочими не только интеллектуальное, но и социальное превосходство если не по доходам, то по профессиональному и должностному престижу, а также по более благоприятным условиям труда».

В этой аналогии есть определенная доля истины, но важно понимать, что большинство из представителей работников умственного труда — наемные работники, а не собственники, многие из них находятся в самом настоящем пролетарском положении и выступают частью пролетариата. Задача коммунистов как раз соединять борьбу «белых» и «синих» воротничков, показывать, что делить им по большому счету нечего (за исключением высокооплачиваемых специалистов).

Поэтому крайне спорно выглядит следующий тезис:

«Полагаю, что вместо обозначенного Лениным противоречия между городом и деревней на первый план теперь вышло противоречие между рабочими материального производства и инфраструктуры, с одной стороны, и трудящимися в непроизводственной сфере, с другой, вполне оформившееся ещё в позднесоветский период». 

Во-первых, В.И. Ленин вел речь не о противоречии, а о противоположности города и деревни. Во-вторых, сама категория непроизводственных работников не монолитна, а расколота и состоит из представителей разных классов. В любой IT-компании есть программисты, которые пишут программы, и есть владельцы этой компании, получающие прибыль. И, несмотря на свое неплохое положение (относительно заводского пролетариата), программист, работающий по найму, точно также приносит прибыль своему хозяину и точно так же лишен собственности на средства производства и живет своим трудом. То же можно сказать и про работников образования и науки, в особенности если речь идет о частных организациях. По уровню квалификации и образованности ректор и обычный доцент вуза могут находится на сопоставимом уровне, но по своему реальному социальному положению они не равны и главное неравенство проходит в области отношения к средствам производства.

И так можно сказать про любую сферу: про медицину, юридические услуги, государственную службу. Везде мы увидим пролетаризованные «низы» условных «белых воротничков», которые либо являются частью пролетариата (если приносят прибавочную стоимость), либо являются крайне близкими к пролетариату слоями (например, рядовые служащие государственных учреждений, банков и пр.). С другой стороны, мы видим представителей класса буржуазии, на которых работают условные «белые воротнички». По своему социально-классовому положению представители наемных работников, не занятых в материальном производстве непосредственно, по своему положению либо очень близки к пролетариату, либо являются его составной частью. Делить этим категориям трудящихся с заводскими рабочими нечего. Но субъективно, как и весь остальной трудовой народ (в том числе рабочий класс), эта группа трудящихся заражена мелкобуржуазным сознанием, что выражается в отмеченном автором статьи снобизме «белых воротничков» в отношении заводского рабочего класса.  Задача коммунистов, опираясь на заводской пролетариат, способствовать объединению пролетариата как класса, независимо от профессиональной деятельности и разъяснять пролетариям разных профессий их классовый интерес.

В статье написано по поводу агитации:

«В целом мне ясна позиция коммунистов, выходящих именно к заводским проходным с печатной продукцией: с газетами, листовками, бумажными объявлениями. Ведь доля рабочих, регулярно посещающих интернет, на мой взгляд, слишком мала, в то время как «белые воротнички» представлены в интернете так или иначе практически поголовно… И я не очень понимаю, каких целей добиваются левые активисты, сосредоточившиеся на интернет-пропаганде и агитирующие, по их словам, «просто людей». К чему они призывают этих самых «просто людей», по большей части оказывающихся работниками умственного труда? Призывают ли их служить рабочему классу или осознать эгоистические интересы своей социальной группы? Что явится результатом такой левой пропаганды в интернете? Реальное сплочение в отдельный сознающий себя класс пока ещё атомизированных работников непроизводственной сферы?»

На самом деле, если брать молодых рабочих, то интернет они посещают весьма активно, иной вопрос, что для того чтобы они вышли на классовые материалы коммунистической пропаганды, они должны начать их искать. В этом смысле печатная агитация в форме раздач газет из рук в руки у заводских проходных полезна с точки зрения привлечения внимания и непосредственного контакта рабочих с коммунистическими агитаторами. Нельзя не согласиться и с сомнениями в агитации «просто людей», так как агитация вообще без опоры на свой класс не работает или работает в случайном режиме. Агитация же непосредственно своей социальной базы помогает проводить последовательную политику в интересах пролетариата. Но с другой стороны, на наш взгляд, акцент опять смещен в сторону противопоставления работников непроизводственной и производственной сферы. Даже если мы допустим, что рабочие не смотрят интернет, а его смотрят только «офисные» трудящиеся (что, повторим, не так), меняет ли это что-либо по существу? Нет.

Работник непроизводственной сферы

И тут мы выходим на вопрос взаимодействия коммунистов с трудящимися непроизводственного сектора. И тут важно со всей прямотой сказать, что в условиях деиндустриализации, когда во многих крупных городах данный тип трудящихся становится значимым, а то и численно чуть ли не доминирующим, игнорировать эту категорию трудящихся  нельзя. Возникает вопрос: зачем нам с ними работать? Ведь наша база заводской пролетариат.

Но, во-первых, опора на заводской пролетариат как нашу основную социальную базу не отменяет необходимости работать с другими отрядами пролетариата и даже мелкой буржуазии. Большевики, считая своей основной классовой опорой фабрично-заводской рабочий класс, активно работали и со студенчеством, и с крестьянством, и в армии.

Во-вторых, привлечение в свои ряды представителей так называемых «белых воротничков» позволит, используя их знания и квалификацию, поднять работу с заводским пролетариатом на более высокий уровень.

В-третьих, не нужно забывать, что, пусть не вся, но явно основная часть «белых воротничков» — такие же пролетарии, и задача, как мы уже писали выше, заключается в том, чтобы соединить пролетариат разных сфер и профессий в единую силу, чтобы сформировать пролетариат как класс для себя. Замыкание исключительно на одном рабочем классе препятствует формирование пролетариата как класса для себя. И тут, несмотря на то, что ядром является рабочий класс, без привлечения других пролетарских отрядов не обойтись. Если с этими довольно массовыми слоями «нерабочего» пролетариата не поработают коммунисты, то обязательно поработают (и уже работают) антикоммунисты: либералы, фашисты. Учитывая широкое распространение мелкобуржуазного сознания, данные слои трудящихся легко будут уведены в сторону от своих классовых интересов и составят массовую базу поддержки буржуазным силам. Именно по этой причине коммунистам важно работать не только с чисто рабочим, но и с так называемым «общегражданским протестам», который организуют враждебные коммунистам либеральные силы, собирающие большое количество «непроизводственного пролетариата».

Все это ни в коей мере не означает призыва идти на поводу у либеральных мелкобуржуазных иллюзий. Как раз наоборот, коммунисты должны бороться с этими иллюзиями и привлекать «непроизводственный пролетариат» на сторону заводского пролетариата.

Современный кризис показал, что, кем бы ни был конкретный представитель трудящегося населения: рабочим, офисным наемным клерком, преподавателем, мелким предпринимателем, — капитал не пощадит никого, а поэтому, чтобы противостоять наступлению капитала на права трудящихся, нужен единый классовый фронт. Пролетариат как наиболее передовой класс общества должен осознать свои коренные интересы и, наконец, превратиться из класса в себе в класс для себя, увлекая за собой другие слои трудящихся (промежуточные и мелкобуржуазные слои).  

Роман Осин, член Идеологической Комиссии ЦК РКРП-КПСС, кандидат философских наук

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter .