«Таксист»: вопросы без ответа

Рецензия на фильм 1976 года

Пересмотрел классический фильм «Таксист» 1976 года.

И тут не могу не кинуть камень в огород советской цензуры – этот фильм в СССР не показывали. А надо было. Надо было не только его показывать, а ещё и учредить специального советского «Оскара» и выдать денег, чтобы побольше такого снимали! Это же самая действенная антикапиталистическая пропаганда, пускай и имплицитная по своему содержанию (Мартин Скорсезе никакой не левый, и вряд ли он планировал опорочить своим фильмом капитализм как таковой).

«Таксист»: вопросы без ответа

Эксплицировать данное содержание в форму здравой коммунистической пропаганды – что могло быть проще? Могли ли советские люди 70-х годов вообразить торговлю несовершеннолетними проститутками посреди города? Могли ли советские люди представить себе уровень преступности, при котором гастроном мог быть ограблен пятый раз за год, при этом убийство грабителя было бы так же буднично, как и само ограбление? Вопросы, понятно, риторические. Но нет, мы лучше просто по старинке будем «держать и не пускать»! Впрочем, речь не об этом сейчас.

Ключевой момент фильма – это вовсе не пляски Де Ниро возле зеркала с вопросительными возгласами «You’r talkin to me?!” (процитированные всеми, кому не лень, начиная от «Назад в будущее-3» и заканчивая недавним «Джокером») и не финальный кровавый макабр.

Главное в фильме – невзрачный эпизод в середине, когда Трэвис беседует со старшим коллегой из службы такси.

«Таксист»: вопросы без ответа

Он там спрашивает товарищеского совета, да и просто хочет поделиться с кем-то своими мыслями, причём он там на грани безумия уже от всего происходящего вокруг. И вот что он слышит в ответ:

«Человек устраивается на работу. И работа – это то, что он есть. Я, например, 17 лет проработал в такси, 10 из них ночью, и у меня до сих пор нет своей машины. Знаешь, почему? – потому что мне она не нужна. Развлекись, напейся, переспи с кем-нибудь…»

Причём, когда Трэвис говорит ему что-то вроде «большей бредятины я в жизни не слышал», тот отвечает: «Ну, я не Бертран Рассел». То есть на непонимание своего классового положения ввиду необразованности тут никак нельзя списать – необразованный человек обычно не знает вообще, кто такой Бертран Рассел.

По сути, собеседник Трэвиса, обозначенный в титрах как Wizard (мудрец, по-нашему) – это идеальная иллюстрация «одномерного человека», при этом человека, не просто в трудовой своей функции подчинённого машине как живой её придаток (как объяснял это Маркс), но и не мыслящий никакого выхода из этого состояния и, более того, понимающий это состояние и сознательно не желающий ничего менять. Ведь одномерный человек, по Маркузе, это не просто «винтик» машины по получению дохода, а такой «винтик», который не мыслит другого существования, который не имеет критического измерения в своём сознании (поэтому – одномерный) по отношению к себе и к обществу.

«Таксист»: вопросы без ответа

Сила фильма в его незавершённости, в том, что он не даёт лёгких ответов на поставленные тяжелые вопросы (героизм Трэвиса ничего не изменил, на что явно указывает его тревожный взгляд в зеркало заднего вида в конце фильма, да и вся история, ввиду явного безумия главного героя, возможно, лишь фантазия).

Фильм задаёт вопросы капиталистическому обществу, причём со стороны самого капитала, как и недавний «Джокер». В этом его сила. Слабость – в том, что он не даёт ответов. Впрочем, мы не сильно в претензии. Ответы мы и сами дадим, рано или поздно.

Макаров Андрей

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter .