Товарищ Яга

Памяти Ярослава Александровича Галана посвящается

24 октября 2019 года исполняется 70 лет со дня убийства украинскими националистами выдающегося украинского писателя Ярослава Александровича Галана (1902 — 1949).

Начало жизни и творчества

Ярослав Галан родился в украинской семье в небольшом городке Дынуве. Тогда этот город входил в состав Австро-Венгерской империи, теперь он входит в состав Польши. В 1920-х годах Я. Галан учится в Ягеллонском университете в Кракове, где сближается с коммунистами и в 1924 году вступает в Коммунистическую партию Западной Украины (в те годы Западная Украина входила в состав Польши).

Товарищ Яга

Товарищ Яга

В конце 1920-х годов Ярослав Галан начинает свою литературную деятельность и пишет несколько пьес, посвященных острым социальным проблемам. Пьеса «Дон Кихот из Этенгейма» рассказывает о послереволюционной Франции начала XIX века. Ее главный герой (прототипом которого был герцог Энгиенский) готовит заговор против наполеоновского режима. Но он не может предложить ничего, кроме восстановления старых феодально-монархических порядков. И поэтому терпит закономерное поражение.

Сатирическая комедия «99%» крайне непочтительно изображает политиканствующих западноукраинских буржуазных интеллигентов. Прежде всего в пьесе достается украинским буржуазным националистам. Таким, как адвокат Помыкевич, знойная супруга адвоката пани Милена, его жуликоватый помощник Дзуня и престарелый, но блудливый служитель церкви отец Румега. Но достается и троцкистам Пыпце и Рыпце, произносящим псевдореволюционные фразы и призывающим к борьбе с Советским Союзом. В конце концов Пыпця и Рыпця находят общий язык с националистами и принимают решение переименовать свою газету «Кровавое зарево» в «Жовтоблакитное зарево».

Возможно, что именно из-за чрезвычайного ехидства этой пьесы у Ярослава Галана и появилась партийная кличка «Товарищ Яга». То ли от начальных букв имени и фамилии, то ли от Бабы Яги.

Пьесы «Груз» и «Ячейка» посвящены классовой борьбе пролетариата. В них впервые в литературе Западной Украины появляются убежденные коммунисты, возглавляющие эту борьбу. Одной из главных идей этих пьес становится пролетарский интернационализм. Рабочие разных национальностей: и поляки, и украинцы, и евреи — должны научиться вместе бороться за свои права. Только в этом случае можно надеяться на успех.

Я. Галан был не только талантливым писателем, но и прекрасным музыкантом. Он виртуозно играл на скрипке, особенно грустные мелодии. В конце концов он подарил свою скрипку талантливому деревенскому мальчику.

Писательская деятельность не мешала Ярославу Галану заниматься активной работой в рядах Коммунистической партии. За эту работу он неоднократно подвергался арестам, к счастью, кратковременным. Однако заниматься преподавательской работой власти ему запретили. Большую часть 1930-х годов писатель был безработным и жил на случайные заработки. В письме жене Галан говорит о том, что хлеб ему только снится, и сообщает, что очередной раз уволен с работы за коммунистическую деятельность. Ибо его считают опасным коммунистом и агитатором. «В будущем я постараюсь это оправдать», — добавляет писатель.

Ярослав Галан был одним из организаторов Антифашистского конгресса деятелей культуры Польши, Западной Украины и Западной Белоруссии, который состоялся в мае 1936 года во Львове.

Ярослав Галан с женой Анной Геник (слева) и ее родственниками

В 1929 году Ярослав Галан женился на Анне Геник. Анна, как и её муж, придерживалась левых взглядов, хотя членом Компартии и не была. В середине 1930-х годов Анна Геник уехала в СССР учиться в Харьковском медицинском институте. В 1937 году она была арестована органами НКВД. Ей были предъявлены обвинения в шпионаже и террористической деятельности. В следственном деле говорилось о том, что Анна получала задания от своего мужа Ярослава Галана, который занимал крупный пост в польской разведке. Похоже на то, что подлинной мишенью этой провокации был именно Я. Галан, которого определенные силы (какие именно, можно догадываться) стремились дискредитировать в глазах советского руководства. В сентябре 1937 года Анна Геник была расстреляна.

В сентябре 1939 года Западная Украина вошла в состав СССР и Ярослав Галан стал советским гражданином. Про миф о его работе в польской разведке никто не вспоминал.

Борец с национализмом

Начиная со второй половины 1930-х годов главным направлением литературной деятельности Ярослава Галана становится публицистика, направленная против украинского буржуазного национализма.

Украинский национализм возник в середине 19 века. Среди его основателей были такие достойные и прогрессивно настроенные люди, как историк Николай Иванович Костомаров (1817 — 1885) и поэт Тарас Григорьевич Шевченко (1814 — 1861). Однако постепенно украинский национализм стал превращаться в реакционное антироссийское движение, подкармливаемое Германией и Австро-Венгрией.

Привилегированные слои населения Германии и Австро-Венгрии считали украинцев людьми второго сорта. Так же, как и русских. «Выдать русской свинье за купленную у неё свинью 25 марок», -писал в выданной крестьянину расписке немецкий офицер из романа Михаила Афанасьевича Булгакова (1891 — 1940) «Белая гвардия». Тем не менее Германия и Австро-Венгрия поддерживали украинских националистов в надежде оторвать Украину от России и превратить её в источник хлеба, сала и дешевой рабочей силы. Пусть даже и при наличии формально независимого Украинского государства. Этот проект чуть было не реализовался в 1918-19 годах, но не вышло. Большая часть Украины вошла в состав СССР, а Западная Украина отошла к Польше.

В 1929 году на съезде, проходившем в Вене, несколько националистических организаций объединились в Организацию украинских националистов (ОУН). Своими главными врагами ОУН объявила СССР и Польшу. При таком раскладе её естественным союзником оказалась Германия, с 1933 года ставшая фашистской.

Идеология украинского национализма мало чем отличалась от фашистской, о чем ещё в 1926 году открыто и с гордостью («Я – поросенок, и тем горжусь!») заявил идейный лидер украинских националистов Дмитрий Иванович Донцов (1883 — 1973), который вырос в русской семье, но почему-то считал себя украинцем.

Другим противником писателя становится униатская церковь. Сохраняя православные обряды, униатская церковь подчинялась Римскому папе и отстаивала на украинских землях интересы Запада. Униатская церковь была тесно связан с Ватиканом и Австро-Венгрией. С 1901 года до своей смерти в 1944 году Униатскую церковь возглавлял австро-венгерский граф митрополит Андрей Шептицкий (1865 — 1944), умело защищавший интересы Ватикана, Австро-Венгрии и Германии на Украине. За что однажды был даже арестован польскими властями. Впрочем, ненадолго.

После начала Великой отечественной войны А. Шептицкий встретился с лидером радикального крыла украинских националистов Степаном Андреевичем Бандерой (1909 — 1959) и благословил его на борьбу с безбожными большевиками. А 23 сентября 1941 года, когда немецкие войска захватили Киев, митрополит направил телеграмму Адольфу Гитлеру:

Ваше Превосходительство!
Как глава Украинской греко-католической церкви, я передаю Вашему Превосходительству мои сердечные поздравления по поводу овладения столицей Украины, златоглавым городом на Днепре — Киевом. Видим в Вас непобедимого полководца несравненной и славной германской армии. Дело уничтожения и искоренения большевизма, которое Вы себе, как фюрер великого германского рейха, взяли за цель в этом походе, обеспечивает Вашему Превосходительству благодарность всего христианского мира. Украинская греко-католическая церковь знает об истинном значении могучего движения германского народа под Вашим руководством. Я буду молить Бога о благословении победы, которая явится залогом длительного мира для Вашего Превосходительства, германской армии и германской нации.
С особым уважением,
Андрей граф Шептицкий, митрополит.

Этот текст не нуждается в комментариях.

В годы Великой отечественной войны Ярослав Галан работает на радиостанции имени Тараса Шевченко, вещающей на оккупированную немцами Украину, пишет сценарии радиопередач, выступает как комментатор и печатает большое количество публицистических статей. В 1946 году в качестве корреспондента газеты «Советская Украина» он присутствует на Нюрнбергском процессе. На основании своих наблюдений на процессе Я. Галан пишет ряд статей, дающих яркие, психологически точные и нелицеприятные портреты фашистских лидеров: Г. Геринга, И. Риббентропа и других.

Я. Галан за работой

На Западной Украине (так же, как и на Западной Белоруссии и в советских республиках Прибалтики) война не закончилась в 1945 году. В лесах действовали вооруженные националистические отряды, боровшиеся с советской властью и терроризирующие население, лояльно относящееся к советскому строю. Практиковали националисты и террор против деятелей, поддерживающих советский строй. Так, 20 сентября 1948 года во Львове националистом был убит униатский священник Гавриил Федорович Костельник (1886 — 1948), боровшийся за выход униатов из подчинения Ватикану и вхождение в состав Русской православной церкви.

Учитывая все эти обстоятельства, украинские писатели, даже положительно относящиеся к советскому строю, боялись открыто выступать против националистов. Единственным исключением был Ярослав Галан.

В 1946-49 годах Ярослав Галан пишет ряд ярких статей, направленных против украинских националистов, униатской церкви и её покровителей в Ватикане. О непримиримости писателя говорят уже сами названия его статей: «Их лицо», «На службе у сатаны», «Отец тьмы и присные», «Ватиканские идолы жаждут крови», «Сумерки чужих богов». Изобразил Ярослав Галан и социальную базу национализма и фашизма, создав яркий образ пана Фиалки: обывателя, преклоняющегося перед властью и силой.

В письме от 2 января 1948 года Ярослав Галан жаловался писателю Юрию Корнильевичу Смоличу (1900 — 1976), что во Львове, кроме него, никто не берется за эту «грязную» работу: «Я понимаю: ассенизационная работа — нужная и полезная работа, но почему только я, только я должен быть этим ассенизатором?.. У читателя нашей периодики невольно возникнет мысль, что есть только „маньяк“ Галан, который вцепился в украинский фашизм, как пьяный за плот, тогда как огромное большинство представителей пера игнорирует этот вопрос. Какие дальнейшие выводы сделает из этого читатель — не надо Вам говорить».

Вот как Ярослав Галан описывает «подвиги» националистов в своей статье «Чему нет названия» :

Четырнадцатилетняя девочка не может спокойно смотреть на мясо. Когда в ее присутствии собираются жарить котлеты, она бледнеет и дрожит, как осиновый лист.
Несколько месяцев назад в воробьиную ночь к крестьянской хате, недалеко от города Сарны, пришли вооруженные люди и закололи ножами хозяев. Девочка расширенными от ужаса глазами смотрела на агонию своих родителей.
Один из бандитов приложил острие ножа к горлу ребенка, но в последнюю минуту в его мозгу родилась новая “идея”.
— Живи во славу Степана Бандеры! А чтобы, чего доброго, не умерла с голоду, мы оставим тебе продукты. А ну, хлопцы, нарубите ей свинины!..
“Хлопцам” это предложение понравилось. Они постаскивали с полок тарелки и миски, и через несколько минут перед оцепеневшей от отчаяния девочкой выросла гора мяса из истекающих кровью тел ее отца и матери…

Взбесившие националисты всюду одинаковы, и подобное вполне могло произойти и после 1991 года в одной из республик, образовавшихся на территории бывшего СССР. Поэтому статьи Я.А. Галана остаются современными и сегодня.

Собрание сочинений Я. Галана

В то же время Ярослав Галан критиковал местное партийное руководство за недостаточно гибкую политику. В письме в ЦК КП Украины от 11 сентября 1949 года Ярослав Александрович писал:

«Приходится, к сожалению, констатировать, что во Львовском университете преподаватели юридического, физико-математического и геологического факультетов читают свои лекции преимущественно на русском языке. Украинский язык исчез полностью с киноафиш, теперь он исчезает и с трамвайных вагонов. На первый взгляд, может казаться, что это мелочи, однако эти мелочи тоже делают политику».

Выступал Ярослав Галан и с критикой перегибов при чрезмерно поспешном проведении коллективизации на Западной Украине. Его позиция во многом напоминала позицию Михаила Александровича Шолохова (1905 — 1984) в начале 1930-х годов.

Отношения Ярослава Галана с местным партийно-государственным руководством во Львове были достаточно сложными. Но писатель имел сильную поддержку в Москве. Его высоко ценил И.В. Сталин.

Коммунистическая партия Западной Украины, членом которой состоял Ярослав Галан, была частью Компартии Польши, которая была распущена решением Коминтерна в 1939 году. Подлинной причиной такого роспуска были, по-видимому, националистические настроения, свойственные части польских коммунистов и вызывающие опасения советского руководства. Поэтому в 1940-х годах Я. Галан числился беспартийным. Он не стремился вступать в ВКП(б) (так тогда называлась КПСС), не без основания считая, что в качестве формально беспартийного публициста, излагающего свою личную точку зрения, он принесет больше пользы. Ибо Галан выступал против украинских националистов гораздо более жестко, чем официальные советские пропагандисты.

Тем не менее в 1949 году, незадолго до гибели, писатель вступил в партию.

В конце пути

Наряду с политической публицистикой Ярослав Галан продолжал писать пьесы.

В 1947 году он пишет пьесу «Под золотым орлом», рассказывающую о перемещенных лицах, вывезенных из СССР в годы войны и оказавшихся на территории, занятой американскими войсками. Герои пьесы борются за возможность вернуться на Родину.

В 1949 году, в последние месяцы и недели своей жизни, Ярослав Галан написал свою саму сильную пьесу «Любовь на рассвете».

Однажды секретарь Львовского обкома партии Иван Самойлович Грушецкий (1904 — 1982) рассказал писателю историю из своей жизни. Как-то раз он приехал в отдаленное село и зашел в дом к председателю местного сельсовета, бывшего коммуниста-подпольщика. Между ними начался серьезный разговор.

У Вас действует очень опасный агент националистов, — сказал секретарь. – Из-за него каждый день гибнут люди. Агента необходимо как можно быстрее обезвредить. Постарайтесь нам помочь.

Хорошо, — сказал председатель сельсовета, — я попробую что-нибудь сделать.

И вышел в соседнюю комнату.

Через минуту раздались два выстрела. Секретарь обкома распахнул дверь и увидел председателя с пистолетом в руках. На полу лежала его мертвая дочь.

Вражеского агента больше нет, — сказал председатель.

Подобная же история, как мы помним, была описана Николаем Васильевичем Гоголем (1809 — 1852) в повести «Тарас Бульба». А позже – в романе Виктора Гюго (1802 — 1885) «Девяносто третий год». Наверное, в основу этих сюжетов лег пришедший из глубокой древности рассказ об основателе Римской республики Луции Юнии Бруте (умер в 509 г. до н.э.), приговорившего к смертной казни своих сыновей, предавших Республику.

В своей пьесе Ярослав Галан заменил дочь на сына. Отец был коммунистом, сидел в польских тюрьмах, а сын стал предателем, вражеским агентом и убийцей советского командира и его семьи. Но Ярослав Галан смягчает гоголевский сюжет: отец стреляет в сына, но пуля летит мимо цели. Предателя убивает его возлюбленная, учительница Варвара.

Западным аналогом пьесы Ярослава Галана можно, по-видимому, считать роман французского писателя Жака Робера (1921 — 1997) «Мари Октябрь». Одноименный французский фильм, поставленный по этому роману, пользовался широкой популярностью в СССР в начале 1960-х годов.

Послевоенные пьесы Ярослава Галана плохо вписывались в традиции советской драматургии конца 1940-х годов. Прежде всего, ввиду своей трагичности.

В июле 1949 года римский папа отлучает Ярослава Галана от церкви. Впрочем, Галана, как человека неверующего, это не слишком огорчило. В ответ на отлучение он опубликовал памфлет «Плюю на папу» и тем подписал себе смертный приговор.

Эту статью автор начинает с сентиментальных воспоминаний далекого детства:

13 июля 1949 года в моей жизни произошло знаменательное событие: папа Пий XII отлучил меня от церкви. Отлучил, как отлучают теленка от коровы. Без предупреждения.

От правды не уйдешь, конфликт между нами начался давным-давно, приблизительно сорок лет тому назад, когда нынешний Пий XII был молодым попиком Пачелли, а на святом престоле сидел Пий X. Каждое воскресенье учитель приводил нас парами в церковь монашеского ордена василиан, где читал проповедь с амвона наш преподаватель закона божьего. Василианин призывал любить надменного цесаря Франца-Иосифа I и ненавидеть «москалей», которых, дескать, надо дочиста вырезать. При этом он размахивал кулаками и извивался таким вьюном, что, казалось, вот-вот выскочит из петель… Мы со страхом пятились назад.

Впрочем, вместо того чтобы бить «москалей», пан отец предпочитал бить нас, школьников. Бил намоченными в соленом растворе розгами. Бил за «Отче наш», бил за «Верую…». У него был даже свой прейскурант: за одно пропущенное слово в пятидесятом псалме полагалось пять ударов, в «Богородице…» — десять и больше ударов, в зависимости от настроения «отца катехита». В особо важных случаях пан отец пользовался инквизиторскими мерами: после основательной порки он сажал малолетнего грешника в таз, наполненный холодной, как лед, водой.

Мне долгое время удавалось избегать карающей десницы василианина. Я выучил на зубок молитвы, а десять заповедей мог назвать даже во сне. Но, несмотря на это, пришел и мой черед.

Как-то пан отец спросил меня:
— Почему мы зовем святого отца Пием?

Простодушный ответ гласил:

— Потому что святой отец любит выпить!

Я и опомниться не успел, как мой живот оказался на монашеском колене, и священная розга запечатлела на моем теле десять заповедей.

Господь не наделил меня смирением, и, наверное, поэтому, вернувшись домой, я уже с порога сказал матери:

— Плюю на папу!

Никто, кроме матери, этого не слыхал, но, видимо, всевидящий Бог донес своему римскому наместнику, так как с тех пор греко-католическая церковь начала против меня холодную войну.

Первое, не удавшееся, покушение на Я. Галана было совершено в начале октября. Когда писатель гулял вечером со своей собакой во Львовском парке, в него стреляли неизвестные лица. Ярослав Галан не пострадал. Стрелявшие успели скрыться. А второе покушение привело к гибели писателя.

К 60-летию со дня рождения писателя

Ярослав Галан был простым и доступным человеком. К нему, как к члену городского совета, избиратели с просьбами часто приходили прямо домой. Писатель никогда не отказывал во встрече и всячески стремился помочь. Этим и воспользовались террористы. 24 октября 1949 года под видом просителей к писателю на квартиру пришли националистические боевики Михаил Стахур (1932 — 1951) и Иларий Лукашевич (1929 — 1951), Пока Лукашевич излагал свою просьбу, Стахур убил писателя одиннадцатью ударами топором.

Убийцы писателя были пойманы (правда, не так быстро, как хотелось бы) и понесли заслуженную кару.

Но много лет спустя, в нашей теперь уже современности, Указом президента Украины Виктора Андреевича Ющенко (род. 1954) за № 75 от 28 января 2010 года Стахур и Лукашевич, вместе с другими подобными же деятелями, были признаны борцами за независимость Украины и национальными героями.

Борьба продолжается

Традиции непримиримой борьбы с украинскими националистами, заложенные Ярославом Галаном, сохранялись и после его смерти. Главным продолжателем дела Ярослава Галана стал его друг писатель Владимир Павлович Беляев (1909 — 1990).

Против украинских националистов выступали не только литераторы, стоявшие на официозных советских позициях. У рано умершего поэта Василя Андреевича Симоненко (1935 — 1963) отношения с советской властью были достаточно сложными. Это не помешало ему создать яркое стихотворение, заклеймившее украинских националистов:

Я вас встречал в те горестные годы,
Когда огонь до неба доставал,
И почерневший купол небосвода
Рёв самолётов вражьих раздирал.
Тогда вас люди называли псами,
-Ведь вы лизали немцам башмаки,
Орали «Хайль» осипшими басами,
Ревели «Ще не вмерла» от тоски.
Где вы прошли — пустыни и руины,
Для трупов не хватало больше ям.
Плевала кровью «Ненька Украина»
В хозяев ваших, прямо в хари — вам.
Вы б пропили ее, забыв о Боге,
Вы б выжили и нас с своей земли,
Когда бы Украине на подмогу
С востока не вернулись «москали».
Теперь вы снова, подвязавши кости,
Торгуясь, как потасканная б**дь,
Нацистов новых кликаете в гости
-Украинские хлеб и сало жрать.
Вы будете слоняться по чужбинам,
Пока вас чёрт к себе не заберёт.
Но знайте — не погибла Украина
Фашистам даст отпор и не умрёт!

Под таким стихотворением не стыдно было бы подписаться и Ярославу Галану.

О Я. Галане в СССР было снято два художественных фильма. В 1954 году был снят фильм «Об этом забывать нельзя», в 1973 году — фильм «До последней минуты». В первом фильме главную роль сыграл Сергей Федорович Бондарчук (1920 — 1994), во втором – Владислав Вацлавович Дворжецкий (1939 — 1978). Интересно, что в фильме 1954 года главный герой остается в живых: советские художественные традиции 1940-х – начала 1950-х годов требовали позитивного финала.

Памятник Ярославу Галану во Львове

В 1971 году Владимир Павлович Беляев (1909 — 1990) и Анатолий Сергеевич Елкин (1929 — 1975) опубликовали в серии «Жизнь замечательных людей» книгу «Ярослав Галан».

Некоторые историки и литераторы, обслуживающие современную украинскую власть, ввели в обращение версию о том, что Ярослава Галана убили не украинские националисты, а советские спецслужбы. Эта версия не выдерживает критики.

Зачем советским спецслужбам убивать писателя? Говорят, что для того, чтобы иметь повод для развязывания террора против украинской интеллигенции. Но для этого в 1949 году поводов было уже более чем достаточно. На Западной Украине шла война, и были все основания для того, чтобы рассматривать националистически настроенных интеллигентов как пособников врага. И поступать с ними по законам военного времени. А Ярослав Галан, чья роль во время войны на Украине была сравнима с ролью главного советского публициста Ильи Григорьевича Эренбурга (1891 — 1967) в годы Великой отечественной войны, был нужен советскому руководству живым, здоровым и работоспособным.

Не выдерживает критики и идея о том, что организаторами убийства Я. Галана были местные Львовские власти. Их отношения с писателем были достаточно сложными, но любой советский номенклатурный работник не мог не понимать, что за таким крупным террористическим актом неизбежно последуют серьезные организационные выводы. Даже если не удастся выявить связь местных начальников с убийством. Так, после гибели Ярослава Галана был снят с занимаемой должности первый секретарь Львовского обкома партии Борис Андронникович Коваль (1903 — 1959). Думаю, что с занимаемой должностью пришлось расстаться и начальнику Львовского областного управления МВД. Есть очень веские основания полагать, что подобное не входило в интересы местных руководящих работников.

Современные украинские власти и их приспешники из числа «деятелей культуры» испытывают к Ярославу Галану животную ненависть. В 1992 году был снесен памятник писателю во Львове. Его имя вычеркнуто из официальной истории украинской литературы.

Хочется надеяться, что это ненадолго. «Те, что вышли из тьмы, во тьму и канут, ибо когда восходит солнце дня, тускнеют светила ночи», — писал Ярослав Галан.

С.В. Багоцкий

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter .